Денис Гуцко: "Там, при реках Вавилона"
В гостинице по коридорам ходили братки-сослуживцы. Некоторые, уже
умытые и готовые "отбиться", расхаживали в подштанниках,
сапогах и с автоматами. "Беспризорные" автоматы норовят
умыкнуть, спрятать - пусть раззява поищет. Кто-то развалился перед
телевизором. К телевизору тянутся. Там все так, как было раньше: Хрюша,
перестройка, аэробика. Аэробику любят особенно - воскресным утром
перед экраном столпотворение: передача "Для тех, кто служит"
о девушках в купальниках и полосатых гетрах. "Вот, вот эта на
мою бывшую похожа!" Кто-то сидел в распахнутых окнах, свесив
ноги наружу и неутомимо шлепая комаров.
- Живучие, суки.
- Новый год на носу, а они, как летом.
Вообще-то сидеть в раскрытых окнах запрещалось. Считалось, что
это оскорбляет эстетические чувства местных жителей. Стодеревский
так и сказал: эстетические. Еще совсем недавно запреты начальства
действовали без сбоев, как простые механизмы. Но это было в прошлом.
Каждый из них успел спасти кого-нибудь от погрома, постоял в оцеплении
под хищными зрачками толпы. Каждый хотя бы раз успел побыть сильным.
Не было больше придушенных желторотиков из пехотной учебки.
читать с начала
Цитаты
|
Колонка редактора - 31.10.07
Колонка редактора - 30.09.07
|