НАСТОЯЩЕЕ современная русская литература

Настоящее - 1

книга текстов

о/для

"младшей"

молодёжи

0.1

Идея: Василий ЛИФАНОВ

Авторы: Василий ЛИФАНОВ, Серж ЖИРО, Анна МЕЛЬНИКОВА

Со-авторы: Александр МАРГОРИН, Анна КУЗНЕЦОВА, Валерий ЗАЩЕПЕНКОВ, Алик ВОСТОКОВ

Участники/рассказчики: Васо ЛИФАНОВ, Серж ЖИРО, Аня МЕЛЬНИКОВА, Лёша БАРМАЛЕЙ, Деня ШЛИОНСКИЙ, Гриша МАРОВ, Линас, Саша ГРУСТНЫЙ, Кирилл МАРКУШИН, Алик ВОСТОКОВ (Дюша Дрыкин), Машка НЕВАЛЯШКА, Оля ОСИПОВА, Лёша МУНИПОВ, Лёша ГИСАК, Гриша ЛУКАШЕНКО и другие...

0

Василий ЛИФАНОВ

Предисловие

Эта книга о/для тех, кто проводит самый "горячий" и "безумный" период своей молодости как и задумано, то есть - дико насыщенно и максимально включённо - так, что жизнь проживается на 200%.

Эта книга о/для тех, кто открыт любым приключениям, кто максимально-драйвово и творчески познаёт и себя, и окружающий мир.

Эта книга о/для тех, кто ЗДОРОВ; и кому по Большому Счёту интереснее ВВЕРХ, чем вниз.

1

Василий ЛИФАНОВ

Чтобы полноценно жить -

нужно полноценным быть/стать.

2

Василий ЛИФАНОВ

Руссо ТРИППО

... фотография мужчины на надгробье...

Над городом - погожий летний вечерок.

Еще светло. Часов, наверное, шесть или семь. Патрульный "Газик", будто принюхиваясь, медленно кружит по району, что-то бубукая в потрескивающий эфир, и вот уже в -дцатый раз проезжает мимо высоченной "башни", откуда из распахнутых (и почему-то освещенных) окон пятнадцатого этажа трубадурит разудалая музыка в стиле ска и доносятся ликующие вопли.

"Газик" скрывается из виду, и в тот же миг из-за угла дома выруливает молодой человек лет 25 (волевой, чуть выдвинутый вперёд подбородок, серые глаза, перебитый в двух местах нос, красная майка с фамилией "Owen" и номером 10 на широкой спине), который, пребывая в состоянии глубокой задумчивости, если не сказать - грусти, упругой походкой следует к подъезду, над коим творится вышеозначенный звуковой беспредел.

Подойдя, достает из набедренного кармана шорт записную книжечку. Листает, склонив загорелое лицо с обветренными скулами и потрескавшимися губами. И вдруг замечает, что сидящий на скамейке старичок в пиджачке и с суковатой палкой меж вытертых колен недовольно глазеет вверх. Молодой человек прослеживают его взгляд, снимает наушники и интересуется:

- Не беспокоят... с пятнадцатого?

- Часик еще потерпим - тут же отзывается старичок - и милицию вызовем. А то расхрабрились... наркоманы проклятые!

- Не часик, а четыре часика придётся потерпеть! Там серебрянную свадьбу справляют, понимаете?

Старичок изумляется:

- Се-ребрянную?

Молодой человек утвердительно кивает и отводит повеселевшие глаза.

Старичок вздыхает:

- Мы до серебрянной свадьбы месяц не дотянули. Даа... - смотрит наверх - И то-то, я гляжу, музыка такая веселая - как на демонстрации! Уж на что я глухой пенёк, а - ВСЁ слышу, едри их в пупок!.. Ну, ладно. Потерпим.

15-й этаж.

Молодой человек долго звонит - ноль внимания, музыка. Молотит кулаком - то же самое. Тогда отходит и с разбега, в прыжке, долбает ногой. Железная дверь ухает, площадка содрогается и... лязгает ключ.

Дверь - нараспашку, звук - наружу.

На пороге - рослый парняга с пузцом, альтернативной бородкой, в семейных трусах, шерстяной шапочке и с бейсбольной битой наготове. А рядом - выставила кулачки взъерошенная синьорита в розовом лифчике, тёмных трусиках-штанишках и сноубордических ботинках (явно заимствованных).

Молодой человек, обозрев их, непочтительно ржёт.

Синьорита поднимает глаза на парнягу, а тот расплывается в бескрайней улыбке и, бросив биту, речитативит что-то, хип-хоперски крестя ладони - только не слышно ни хрена. И тогда синьорита деловито вытаскивает у парняги пульт, заткнутый за резинку трусов, и давит кнопку. Звук опадает и слышится зычное:

- Хорошо сидим, Е, далеко глядим, Ё! Хорошо сидим, Е, далеко глядим, Ё! Кастет, ты вернулся, ты жив! Заходи быстрее, негритос! Пупс любит тебя! - и распахивает объятия.

Парни, хохоча, ворочают и приподнимают друг друга.

Затем Кастет стаскивает бейсболку с английским флагом, парняга - шапочку, и они стукаются лысыми бошками. Кастет шагает в освещенную прихожую, заваленную разнокалиберной спортивной обувью и снимает кеды до кучи. Вешает бейсболку. Пупс, натянув шапочку, переминается рядом, выхлопывая ладонями ритм.

Синьорита же, засунув пульт за резинку его трусов, встаёт в крепления сноуборда, разложенного поверх чьих-то сумок/рюкзаков.

Кастет, порывшись в шортах, протягивает пачку презервативов:

- С Днем Рождения!

- О-о-о! - показав из-под шапочки глаза, как ребёнок радуется Пупс и хватает подарок - У меня как раз кончились! Последний порвался при исполнении. - и, увлекая Кастета за собой - Слушай, посмотри заодно и мой компьютер, а? А то его чего-то в последнее время глючит... А ты, крошка - это синьорите - застегивайся, я щас. Кстати, Кастет, это - Даша! Даша, это - Кастет!

Даша приветственно поднимает ладонь.

Кастет поднимает кулак.

Через полчаса.

Совмещенный санузел. Дверь - на задвижке.

Стены оклеены распечатками сто-долларовых купюр размера А4 и японскими порно-девчушками, скачанными из Интернета. В кружку с зубными щётками, стоящей под зеркалом, засунут пульт и штопор.

Пупс сидит по-турецки на толчке, а Кастет - на корточках в пустой ванне. Первый потягивает вино, второй щелкает зажигалкой, пытаясь запалить косяк.

Пупс протягивает бутылку:

- Может, лучше это, мэн?

- Не, спасибо... - реагирует Кастет - Не хочу.

Показывает папиросу:

- Я лучше ЭТИМ займусь. - и вздыхает - Может, мне ЦВЕТНЕЕ станет... А ты чего вино хлещешь, а не пиво?

Пупс шмякает бутылкой по пузу:

- А я худею!

Кастет уважительно поднимает брови.

Запаливает, наконец, папиросу и затягивается.

- А в чём ТВОЯ-то проблема, скажешь? - осторожно интересуется Пупс.

Кастет неторопливо затягивается, выдыхает длинный столб дыма, завороженно следит, как он расходится и, с трудом отвлекшись, неохотно говорит:

- Да их херова туча...

- А например?

- Например?.. Ну... Ну, например, месяц воздержания.

- БЕ-ДО-ЛАГА! - неподдельно и как-то даже облегчённо сочувствует Пупс - Да я б такого и врагу не пожелал! - и качает головой - Это ж надо! ЦЕ-ЛЫЙ МЕСЯЦ НИКОГО НЕ МУЧИТЬ!

- Ну да. Я же по Хибинам лазал, как ненормальный.

- А я - НЕТ! - хвастает Пупс. Оборачивается к стене и любовно поглаживает по головке ближайшую порно-девчушку.

- Но... постой-ка... - вдруг спохватывается он - А ты разве не с Катькой лазал?

Кастет, играя желваками, шипит "бычком" о край ванны:

- Ушла Катька... Расстались мы.

- НИЧЁ СЕЕ! - поражается Пупс - А чё?

- А НИЧЁ! В том-то вся и беда! Я её только-только начал в цвет к жизни вводить, а она мне вдруг говорит: "Я не чувствую себя с тобой в безопасности, и я устала. Хотя мне с тобой и интересно, как ни с кем. Но я с тобой будто на каком-то Везувии живу! И меня того и гляди накроет, как Помпею! Ты же беспредельщик конченный, идиот!" - и ушла... - криво усмехается и, помолчав - И самое обидное, Пупс, что она не к другому, который как бы лучше для неё, ушла, а - ПРОСТО ушла... от меня. Вычеркнула, в общем... И меня. И моё. И мою...

- Да-а-а? - серьёзнеет Пупс и даже ставит бутылку на пол.

Поразмыслив, говорит:

- А хочешь, ПОМУЧЬ Дашку! Я не против.

В дверь кто-то скребётся.

Пупс поднимает голову:

- Кто там?

- Да-аша.

- О! А мы как раз о тебе... - и, с трудом поднимаясь, - А хочешь, крошка, я тебя познакомлю... с моим другом Кастетом?

И вдруг Кастета будто выбрасывает со дна ванной, и он стискивает плечо Пупса. Тот осекается и - под взглядом Кастета - возвращается на толчок.

А из-за двери доносится:

- Не надо, не открывай! Я знакома с ним! ТЫ же нас знакомил! Пупс, ТУПИЗДЕНЬ, твоею памятью можно как градусником в носу ковырять!

- А чего ты тогда хотела-то?

- Еще раз тебя поздравить! Желаю всё такое! Я пойду!

- Так скоро?

- Цветы надо полить.

- А... ну иди.

- Кастет, пока! - доносится из-за двери.

- Пока, Даша! - хрипло отзывается Кастет.

Даша уходит. Друзья молчат.

Наконец, Пупс спрашивает:

- Ты чего... ОКРЫСИЛСЯ?

- Не обижайся, - примиряюще отвечает Кастет. - Это всё Катькин синдром.

- ??

- Ну... Понимаешь... В том-то всё и дело, что я ФИЗИЧЕСКИ не могу быть с теми, кто на Катьку НЕ ПОХОЖ, хоть эту... как её... (вытягивает руку вверх) ... ОСТАНКИНСКУЮ БАШНЮ ко мне приделай! Такая фигня!

Пупс поражённо крутит головой.

Открывает штопором вторую бутылку, опрокидывает, пьёт.

Багровая струйка ползёт с подбородка - на шею - на грудь.

Отрывается от горлышка:

- Да-а, эк тебя... Ну да, понятно, Дашка - не твой формат. Катька же - КРОВЬ... - смотрит на бутылку - ВИНО! И МОЛОКО! Я ж её помню! Высокая, глазища - ставит бутылку и хлопает ладонями в глазницах - во! Осанка! Стать! Физкультурница!!

... Мелькает смеющееся лицо девушки...

- Да, - вздыхает Кастет, часто моргая, будто заново настраиваясь.

- А я всегда вам завидовал. Вот у них - думаю - Настоящий Секс!

- Хочешь, займись...

- Ну... - смущается Пупс, поднимая бутылку.

- Да не робей! - хлопает по плечу и промахивается - Мне уже - перпендекулярно! Я - свободный радикал!

Лезет в карман, достаёт паспорт, вынимает оттуда визитку, протягивает:

- Тут координаты... Бери, чего уставился!

Пупс молча отстраняется.

- Ну, как хочешь! - и Кастет вкладывает визитку обратно. Убирает паспорт в карман.

Молчат.

Пупс машинально прикладывается к бутылке.

Кастет разминает новую папиросу. Достаёт зажигалку.

- Слушай - вдруг говорит Пупс. - А я думал, ты в Хибины от ментов слился. Ну... после ТОГО матча.

- Да нет, я Хибинами от Катьки лечился.

- А я слышал, вы в Лужниках что-то НЕРЕАЛЬНОЕ учинили в хардкор секторах!

- Ну... да. - нехотя соглашается Кастет, снова принимаясь разминать в пальцах папиросу.

Секунда видео-хроники:

... фанаты лавой атакуют с верха трибуны, град из сидений, менты, вжав головы в плечи, поспешно ретируются...

- А ещё я слышал, вам после матча ПРЕСС был.

Кастет молча встает, поднимает майку и поворачивается мускулистой спиной - там вытатуировано "Gladiators" и идут частые багровые рубцы (Пупс поёживается), садится и сообщает:

- Условный срок дали. И подписку о невыезде. Менты всегда своё возьмут.

- А как же ты... в Хибины-то? - поражается Пупс.

- ДА КЛАЛ Я НА НИХ!! - зло восклицает Кастет. - МНЕ НУЖНО БЫЛО, Я И ПОЕХАЛ!! - мрачнеет - А пока я в Хибинах отсутствовал, представляешь, отца изувечили. Я-то ему перед отъездом про Катьку и Хибины сказал, а про подписку, дурак - нет. А он: "Езжай, конечно, коли так, лечись горами. Но только мне кажется - не стоит это дело того, сынок, не стоит, но, впрочем - как знаешь." Не хотел он - было видно - чтобы я уезжал, будто что-то чувствовал. А я не послушал его, уехал - психанул из-за Катьки. И его изувечили. Ночью, на МКАДе. Менты бухие. Я-то ведь должен был в ту поездку с ним ехать. А так - он один. Так они остановили его, прицепились к какой-то фигне и стали денег требовать. А отец возразил. Слово за слово, и понеслось. А он, сам знаешь, какой человек! - тяжело вздыхает - В общем, забили его... дубинками... и ногами... Лицо всё изуродовали... А уж про внутренности я и не говорю - в мясо всё... Деньги забрали, и уехали. Слава богу, люди какие-то видели. Отвезли в больницу, маме сообщили. Она начала было кипиш поднимать, а следователь ей прямо сказал: ЛУЧШЕ - НЕ ДЁРГАЙТЕСЬ! Иначе сына вашего - ПОСАДИМ! Он же подписку о невыезде нарушил! Прикинь, да, какие НАХОДЧИВЫЕ! - и, играя желваками, стискивает кулак.

- А с отцом... что?

Кастет сникает:

- Две недели лежал... в реанимации. В безнадёжном. Будто ждал меня. Я вернулся, а он... уже похоронен.

... мелькает фотография мужчины на надгробье...

- На маму смотреть больно...

... фотографию заслоняет лицо заплаканной женщины...

Страдальчески сморщившись, поводит головой:

- Я после всего этого... дома просто НЕ МОГУ находиться! Не выдерживаю. Маму жалко, отца, себя. Отец же у меня - ТАКОЙ красивый человек был! Мне до него по жизни, как из ямы выгребной - до Солнца! Звезды по имени Солнце... Отныне погасшей. - и горько усмехается - Так что, Пупс, это я снаружи, типа, такой весёлый. А внутри... Хотел тех свидетелей найти, а мама - ни в какую! Только плачет. Вот я и не просыхаю с тех пор. И не выветриваюсь. Такие дела. - и тягуче сплёвывает в слив.

- Да-а, дела-а! - чешет затылок Пупс, делает максимальный глоток и впадает в глубокую прострацию.

Кастет же, закурив, надолго задумывается...

... Мелькает смеющееся лицо девушки...

И вдруг наклоняется и кричит:

- ВЕРЬ... СВОЕЙ... БОЛИ, Пу-упс!!!

- ТАК ТОЧНО, МЭН!! - ревёт очнувшийся Пупс.

Вздевает бутылку и хреначит В ПОЛ! -

Та разрывается мириадом осколков, и на пол выстреливает багровая текучая звезда.

...

Пупс, придя в себя, потерянно оглядывается.

Кастет, не обращая на него внимания, задумчиво курит.

Пупс наклоняется и нашаривает бутылку №1. Задирает к потолку - и в его воспалённый глаз срывается одинокая капля.

Опускает бутылку и, одев тапки, слезает с толчка. Смахивает "слезинку". Выкидывает в унитаз бутылку. Обнажает "гусеничку" и поливает сверху. Хлопает резинкой. Шумно спускает воду. Сообщает:

- Я щас!

Качнувшись, отпирает задвижку и выходит, оставив дверь полуоткрытой... Через минуту сквозь музыку пробивается его гневное бушевание:

- ... Как выпили? А имениннику?.. Пор-р-рву!! - музыка выключается, и поднимается недовольный ропот ("Хорош, Пупс, ты чего творишь-то?"; "Пупс - старый обломщик!"), который сминается зычным - Спокойно, мэны! Итак, за вином КТО-НИБУДЬ сходит, или мне, юбиляру, придётся?

Кастет вдруг прислушивается и... надсаживаясь, орёт:

- Пупс! Пу-упс!! Пупс, твою мать!!!

За дверью - тишина. Потом в щели возникает альтернативная бородка:

- Чё?

- Я схожу. - и Кастет осторожно поднимается в ванне.

Не на шутку встревоженный Пупс закрывает за собой дверь (за которой - снова музыка):

- Кастет, ты что?? Ты ж - в хлам!! Примут же! Пошлют на экспертизу, наркотики подбросят! Лёхе вон, три года влепили!! А ТЕБЕ ВООБЩЕ НЕЛЬЗЯ В МЕНТЫ ПОПАДАТЬ!! У ТЕБЯ ЖЕ - МАМА НА РУКАХ!! МА-МА! Кастет, остынь!.. Ну... Ну... А хочешь, спать ложись, я из спальни всех выгоню!

- Пупс... чёрт... мне воздух нужен! З-УЭЖЕСТЬ!

- Но...

- Лыжню!

- Но...

- ЛЫЖНЮ!!

- Погоди! - и Пупс исчезает за дверь.

Возвращается с кедами Кастета. Хватает веник и заметает осколки. Шмякает и возит тряпку. Отжимает и расстилает. На тряпку ставит кеды - один носком вперед, а другой - назад. Меняет местами. Разворачивает "задний". Снова меняет местами.

- А ты, случайно, не напёрсточник? - интересуются сверху Кастет.

Пупс, не отвечая, развязывает шнурки. Разгибается:

- Вот! А теперь - попасть! Опирайся на меня!

- Пупс, я хоть и в ХЛАМ, но не в... СИСЬКУ же! - возмутившись, возражает Кастет. - Лыжню!

Пупс нехотя отступает.

Кастет перелезает из ванны в кеды. Присаживается и завязывает шнурки. Пупс же включает в ванну столб холодной воды, ополаскивает руки и предлагает:

- Освежись!

Кастет встаёт и, наклонясь, засовывает голову под воду. Летят брызги... Затем, распрямившись, издает победный рёв Кинг-Конга:

- А-а-а-а-а-а-а-а!

Обхватывает Пупса и, покачиваясь, затягивает:

Олле-е-е-е-е-оле-оле-оле-Россия, вперёд!

Пупс аккуратно высвобождается:

- Я щас! - и - за дверь.

Пока его нет, Кастет обтирается. Приблизив к зеркалу загорелое лицо, внимательно рассматривает его... Давит прыщ.

Возвращается Пупс с майкой в зелёных маскировочных разводах и с порога командует:

- А ну, быстро снимай свой "Манчестер Юнайтед"!

- No fuckin "Манчестер Юнайтед"! - и Кастет бугрит мышцу -"Ливерпуль"!

И вдруг настораживается:

- А... зачем?

- А ты в ней того... слишком заметный! А в этой майке - и Пупс демонстрирует - ты - КАСТЕТ-НЕВИДИМКА!

Кастет смеётся, обнимает друга и целует в лысую макушку. Снимает свою красно-белую майку, вешает к полотенцам и с трудом натягивает "маскировочную". Просовывает наушники, просит:

- Слушай, а можешь поставить мой мобильник на зарядку?

- Угу. Незамедлительно.

- А ещё: выдай мне какую-нибудь кассету, а? В проводники моего руссо триппо! А то мне моя надоела. Можно даже рэп, мне по фигу!

Пупс кивает:

- Я тебе СУПЕР-РЭП дам! - и вдруг добавляет - А ещё для полной маскировки вот это одень! - и нахлобучивает на лысину друга невесть откуда взявшуюся соломенную панамку.

Кастет смотрится в зеркало.

Майка - явно в обтяг. Панамка - явно идиотская. Откидывает её назад - и та повисает за головой на шёлковой ленточке. Поводит широкими плечами:

- Выгляжу, блин... как последний ПИДОР!

- ЧТО ТЫ! - пугается Пупс - НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ! - и, ещё раз придирчиво оглядев Кастета с головы до ног, добавляет - Но, во всяком случае, на футбольного хулс ты сейчас точно не похож!

Кастет, косясь на себя в зеркале:

- Ладно, покатит, но только ради тебя, Пупс! А откуда это?

- А... - Пупс небрежно махает рукой - валяется там один... О, идея!! - и - снова за дверь.

Возвращается с зелёными носками:

- Одевай!

Кастет переводит взгляд на свои - относительно белые - и возмущается:

- Да ты вконец съехал!! Тоже снял?

- А-ГА! - лыбится Пупс.

- Нет уж, сам носи!

Пупс нюхает трофей:

- А что? Почти не пахнут!

- Да иди ты!! - от души посылает Кастет и выходит из санузла.

Пупс, заткнув пульт в трусы, выходит за ним.

Кастет лязгает дверью подъезда.

Сидящий на скамейке старичок в пиджачке и с суковатой палкой меж вытертых колен вежливо интересуется:

- Уже уходите?

Кастет притормаживает:

- Да за спиртным послали!

Старичок поднимает брови:

- Неужто всё вылакали? - и качает головой - Сильны же ваши молодожёны, сильны, нечего сказать, едри их в пупок!

- Сильны не то слово, отец!

Старичок поучительно поднимает палец:

- "Богатыри, как говаривал Пушкин, не Вы"!

- Ага, а Лермонтов ему отвечал: "Выпьем с горя, где же кружка, друг мой Пушка-Раскладушка!"

- Вам, молодой человек, всё бы ШУТКИ шутить! - сухо отвечает старичок и вдруг ласково торопит - Ну иди, иди быстрее! УВАЖЬ СТАРИКОВ, сам таким будешь!

Кастет салютует ему, суёт руки в карманы и "плывёт" вдоль дома.

Шумный проспект.

Снуёт народ. Сплошным потоком летят машины. Кастет проходит мимо подземного перехода и останавливается на краю бордюра. Покачивается, руки в карманах, и отслеживает проносящийся транспорт.

Носки его кед - ЗА гранью бордюра...

Рывками пересекает пронзительно сигналящий авто-поток. На разделительной полосе останавливается, машины - спереди, сзади: ффууу, ффууу!

Следя за дорогой машинально почёсывает промежность и, улучив момент, срывается дальше...

Вскочив на тротуар, "плывёт" к палаткам, что неподалёку.

И вдруг:

- Молодой человек!

Поворачивает голову - наперерез спешат двое рядовых ментовских войск.

Подходят.

Ковшики ладоней - к вискам, что-то буркают, и первый - сутулый, носатый, с дубинкой у пояса - негромко просит:

- Ваши документы!

Второй - миловидный, с нежным пушком на щеках - смотрит в сторону, постукивая дубинкой по руке.

Кастет протягивает паспорт. Носатый небрежно его листает, подхватывает выпавшую визитку, вкладывает обратно, затем поднимает спокойные глаза:

- Почему дорогу в неположенном месте переходили?

Глядя поверх служивых, Кастет роняет:

- Очень тороплюсь, ребята. Девушка ждёт.

- Пройдёмте в отделение! - и Носатый прячет паспорт во внутренний карман кителя.

Кастет опускает на него недоумённый взгляд:

- Ребята, я же ВСЁ понял! В следующий раз обязательно воспользуюсь... этим... как его... переходом. Который под землёй. Спасибо, что сказали! Больше - ни-ког-да, ни-за-что!

- Ага - подаёт голос Миловидный - а у нас на той неделе два трупа сбило!

- Молодой человек, пройдёмте! - повторяет Носатый.

- Ребята...

- Мы что, с вами препираться будем?

- Нет, нет, я не отказываюсь. - поднимает ладони Кастет. - Я же по-человечески... Поймите, меня ДЕВУШКА ЖДЁТ - вон там! - и показывает рукой в сторону палаток. - Она же...

- Любит, дождётся! - уверенно заявляет Носатый - Пройдёмте.

- Вот вы принципиальные! У вас что, план?

- План, план... - постукивает дубинкой Миловидный.

- Тогда паспорт верните! - и в глазах Кастета мелькает решительное выражение и он весь подбирается.

Носатый смотрит на Миловидного - тот еле заметно качает головой.

- В отделении вернём. - и, неожиданно переходя на неофициальный тон - Да успеешь ты к своей девушке, не переживай. Здесь рядом. Подержат минут десять, штраф 10 рублей заплатишь, и отпустят. - и примирительно улыбается - Да не обижайся ты! У меня отпуск под вопросом, вот я и цепляюсь. А иначе хрен отпустят. А меня ведь тоже девушка ждёт!

Кастет с пол-минуты разглядывает служивого, а потом вздыхает:

- А хрен с тобой, пошли.

- Прибыли! - указывает Носатый на серое двухэтажное здание. Троица обходит его, и через раскрытые металлические ворота вступает во двор, где стоит несколько служебных "Газиков" и "Жигулей".

Сморкающийся дневальный в будке-КПП провожает их выпученным бессмысленным взглядом.

Поднимаются по ступенькам, заходят внутрь. Оказываются перед решёткой, перегородившей тускловатый холл. Носатый просовывает руку - замок жужжит и размыкается...

Слева - "обезьянник", набитый какими-то невзрачными молодыми людьми, потёртыми пьянчужками, имеется даже солидный мужчина кавказкой внешности в костюме.

Справа - застеклённое окно рубки дежурного с прорезью для переговоров и подоконником для локтей. Сам дежурный - черноволосый, интеллегентного вида майор в очёчках - сидит за пультом и названивает кому-то по селектору.

Носатый кивком головы подзывает замешкавшегося Кастета, они заворачивают за угол и оказываются в коридорчике, где с одной стороны длится стекло рубки с прорезанным окошком и закрыта дверь, а с другой - расположена небольшая комнатка-рекреация, залитая неоновым светом, где стоит стол, на который скучающе облокотилась полноватая белокурая тётенька в форме. Рядом с её локтём лежит связка ключей.

Носатый останавливается и приказывает Миловидному:

- Постой с ним.

И - ободряюще - Кастету:

- Это минут 15 займёт, не больше. Экспертизу пройдёшь, и свободен! - и заходит в рубку.

Кастет при слове "ЭКСПЕРТИЗА" вздрагивает...

... и на него вдруг обрушивается тишина...

... и всё плывёт перед глазами...

... и высвечивается упаковка "Моментального теста на наркотики", что продаётся в аптеках...

... и мелькает скорбная рожа Пупса, почему-то за решёткой...

... фотография мужчины на надгробье...

... лицо заплаканной женщины...

Кастет оцепенело смотрит, как Носатый отдаёт паспорт и докладывает; как шевелятся при этом его губы; как шевелятся губы Майора, что-то уточняя. Носатый выходит, улыбается Кастету, что-то говорит (тот машинально кивает), и рядовые ментовских войск удаляются.

Майор листает паспорт Кастета, прочитав, откладывает Катькину визитку и что-то спрашивает, показывая страницы паспорта. Кастет ожесточённо трёт лоб и, судорожно сглотнув, переспрашивает:

- ... ?

- ... чему новая фотография не вклеена? - ПРОРЫВАЕТ беззвучие строгий вопрос.

И тут Кастета включает: он встряхивает головой, отгоняя паранойю, наклоняется и сноровисто тележит, в то время как...

... ЕГО ПАЛЬЦЫ НАПРЯЖЁННО ОБЖИМАЮТ ПОДОКОННИК...

- А... так я не успел, товарищ майор! Я вчера случайно постирал её вместе с шортами. И теперь она сохнет. А как высохнет, вклею! Выну из шорт и вклею!

Женщина-ключница, выглянув из-за спины Кастета, громко спрашивает:

- В "обезьянник" его, или пусть здесь подождёт?

- Пусть тут подождёт. - отзывается Майор, откладывает паспорт, а визитку, привстав, прокидывает через прорезь на подоконник. Садится и снова куда-то названивает.

Кастет берёт визитку, оборачивается к Ключнице и лезет в карман:

- Выкладывать всё, да?

- Зачем? - лениво удивляется Ключница.

- Ну, чтобы оформить.

- Да не выкладывай. - вялое движение рукой - Успеешь ещё...

Кастет прислоняется к стене и машинально крутит в пальцах визитку.

Ключница же рассматривает Кастета.

- За что тебя? - вдруг интересуется она.

Кастет, нехотя:

- А... бредок. Дорогу перешёл в неположенном месте.

- Куда ж так спешил? За пивом, что ли?

- К девушке. Договорились встретиться, и вот - смотрит на ладони - не встретились.

Ключница, смягчившись:

- А что, девушка здесь в районе живёт?

- Живёт.

- А по какому адресу?

Кастет мнётся:

- Ну... Я точно не знаю... Помню визуально.

- И где же?

- М-м-м... - и Кастет напряжённо закатывает глаза - Там рядом, кажется, аптека.

... ПАЛЬЦЫ СГИБАЮТ, И РАЗГИБАЮТ, И СГИБАЮТ ВИЗИТКУ...

Ключница внимательно наблюдает за ним.

- Эй, кто тут есть? В паспортный стол можно попасть? - звучит из холла раскатистый баритон.

Кастет, выдохнув, выглядывает. За входной решёткой - осанистый мужчина в костюме с ослепительной улыбкой. Мимо, поводя бёдрами, проходит Ключница, отворяет решётку и с легчайшим налётом кокетства тянет:

- На второй этаж... ПОДНИМЕТЕСЬ, и направо. Найдёте?

- А если не найду - отвечает мужчина, проходя - ВЫ мне ПОМОЖЕТЕ?

- Помогу!.. Как не помочь! - затворяя решётку, тягуче обещает Ключница, обещает так, будто сулит неземные блаженства. И, поглядывая на лестницу, по которой возносятся блистательные штиблеты, неторопливо движется обратно.

Какой-то пьяненький из "обезьянника" глухо зовёт её:

- Начальник, слышь... Слышь, НАЧАЛЬНИК!

Ключница останавливается и величественно указывает на рубку:

- ТАМ твой начальник!

Опускается за стол, небрежно бросает связку ключей и снова наводит на Кастета ленивый взгляд.

Тот же сосредоточенно смотрит ПОВЕРХ - на замысловатый узор стенных трещинок.

- А чего у тебя глаза такие красные?

Жмурится, трёт двумя пальцами переносицу, а потом отвечает:

- За компьютером помногу торчу.

Ключница понимающе кивает и голос её теплеет:

- Моя дочь тоже вот... калькулятором пользуется. А тебе сколько лет-то?

- 25.

- А я думала - 17!

- Обоснуйте.

Ключница прищуривается:

- Да одет ты уж больно... Как этот, как его... гомо... гомо...

- Гомосек?

- Да нет! ПЕДЕРАСТИК!

- Ну и что? - пожимает плечами - Говорят, это даже приятно!

... ПАЛЬЦЫ СМИНАЮТ, И РАЗМИНАЮТ, И СМИНАЮТ ВИЗИТКУ...

Ключница же прыскает, как натуральная девчонка. И сдержанно смеётся, вытирая наворачивающиеся слёзы.

И тут из холла слышится:

- Простите, а могу я пройти в паспортный стол?

Кастет снова выглядывает. За входной решёткой - симпатичная молодая женщина в льняном сарафане, отягощённая пакетами с провизией.

Ключница перегибается и рявкает:

- Ка-кой Вам паспортный стол, девушка? Вы на часы смотрели? Ну так ПОСМОТРИТЕ!! Вы бы ещё ночью пришли!

Женщина, растерянно потоптавшись, разворачивается и неловко - рукой с пакетом - открывает дверь...

Из рубки показывается Майор и быстро проходит в холл. Ключница поднимается за ним.

Майор, сдвинув брови, рассматривает "содержимое" обезьянника. Целится пальцем:

- Так. Ты... ты... - наклоняется - и... ты - на выход! Вставай, чего сидишь?

Ключница с лязгом отпирает замки.

Двое смуглых хмельных мужичков в пиджачках и оттянутых трениках подхватывают упирающегося третьего и выводят из "обезьянника".

Ключница лязгает за ними замками.

Майор держит настежь входную решётку.

Мужички нетвёрдо выходят, аккуратно притворяя за собой дверь...

И вдруг третий, видимо, вырвавшись, снова нарисовывается в предбаннике и, прошатавшись, что-то бормочет Майору. Но тот, не слушая, разворачивает его и сильно толкает в спину. Мужичок, запутавшись в ногах, ЛИЦОМ раскрывает дверь и выпадает на волю.

Население "обезьянника" угрюмо следит за происходящим...

Майор с грохотом захлопывает решётку.

С сосредоточенно-служебным видом быстро возвращается восвояси. Ключница, неторопливо, за ним. Проходя мимо Кастета, Майор бросает:

- Так. Теперь с тобой. Садись за стол. - и скрывается в рубке.

Кастет отделяется от стены.

И только сейчас видно, что его майка на спине - как раз под панамкой - и подмышками вся ТЁМНАЯ ОТ ПОТА...

- Да ты весь мокрый! И вид какой-то шальной. - удивляется Ключница - Тебя не продуло? Ты не заболел?

- Да я здоров, как ЛЕВ! - хрипло отвечает Кастет, садясь за стол.

И, сев, глядит перед собой... По шее, за ухом, стекает струйка пота.

... ПАЛЬЦЫ РВУТ, И ТЕРЕБЯТ, И РВУТ КОМОЧЕК ВИЗИТКИ...

Закрывает глаза.

...

И - во тьме - слышит:

удаляющиеся шаги Ключницы,

позвякивание ключей;

голоса из "обезьянника";

гулкие удары сердца;

отдалённый вой сирены.

...

Отворяется дверь. Кто-то подходит, кладёт что-то на стол.

- Чёрт, самое главное забыл!

Удаляются твёрдые шаги.

... Из темноты неотвратимо проступает упаковка "Моментального теста на наркотики", и её контур наливается пульсирующим, режущим светом...

... мелькает скорбная рожа Пупса, почему-то за решёткой...

... фотография мужчины на надгробье...

... лицо заплаканной женщины...

Сердце колотится на всю голову, сирена всё громче...

Приближаются твёрдые шаги.

Кто-то подходит, шелестит бумагами. Голос Майора:

- Так. Подпишешь здесь и здесь. Ручку дать?

Кастет открывает глаза...

Перед ним на столе - несколько бланков, на верхнем написано "Акт о добровольной дактилоскопизации", и - в сторонке - пластмассовая ванночка с валиком и пузырёк с чёрной тушью.

Шумно выдыхает - фу-у-у-у, пронесло...

А затем поднимает повеселевший взгляд:

- Это - ЧТО?

- Ты дактилоскопию когда-нибудь делал?

- Нет.

- Вот сейчас и сделаешь. - и Майор достаёт из кармана кителя ручку - Держи!

Кастет бережно ссыпает обрывки в карман, берёт ручку и читает бланк. Поднимает глаза:

- Но ведь тут написано: "Акт о ДОБРОВОЛЬНОЙ дактилоскопизации"!

- А ты что - и Майор усмехается - не хочешь ДОБРОВОЛЬНО сейчас сдать отпечатки?

- Вообще-то нет.

- Так. Ясно... И это твоё ПОСЛЕДНЕЕ слово? - интересуется Майор, пристально глядя на Кастета.

Тот разводит руками:

- Но я же, всё-таки, не преступник! Я - нарушитель! А это разные темы.

- А мы не только с преступников отпечатки берём. Сейчас, чтоб ты знал, идёт всероссийская компания по добровольной дактилоскопизации ВСЕГО населения. - поясняет Майор и приказывает - Поэтому давай-ка, подписывай, у меня мало времени!

Кастет всё ещё раздумывает. Майор смягчается:

- Ну чего ты так волнуешься? Ничего страшного в этой процедуре нет! С НАС САМИХ уже два раза снимали! А руки потом отмоешь в туалете.

- А про какую тогда "ЭКСПЕРТИЗУ" солдаты говорили?

- Экспертизу? - удивляется Майор - Не знаю. Может, они ЭТО имели в виду?

- Это, это! - подтверждает Ключница, возникнув в проёме. - Они уже второй день путают "ПРОЦЕДУРУ" с "ЭКСПЕРТИЗОЙ". Поэтому и тащут кого попало.

- Ну, на экспертизу никого никогда не поздно направить... - как бы между прочим роняет Майор.

- О-Кэ. - соглашается Кастет и подписывает бланк.

- Отлично! - и Майор отодвигает его. Затем командует:

- Так. Давай правую руку. Разверни ладонь. - и, открыв пузырёк, выливает тушь в ванночку, обмакивает валик и тщательно закрашивает Кастетовы пальцы.

Наблюдая за процессом, тот рассуждает:

- По идее, у меня нужно не с РУК отпечатки снимать, а с НОГ - я же ИМИ нарушал! А вот у тех, кто алименты не платит, нужно брать отпечатки с "ГУ-УСЕНИЧЕК"! - и шевелит согнутым книзу пальчиком.

Ключница фыркает и выходит.

Майор отрывается:

- Теперь прикладывай вот сюда - посильнее.

Кастет давит.

- А этим пальцем - сюда! - и Майор подсовывает другой бланк.

...

- А этим - сюда!

- А этим...

- А этим...

- А теперь - левую руку!

...

- А теперь всю ладонь. - и закрашивает Кастетовы ладони, утешая на ходу - Зато когда новый паспорт получишь, никто им не воспользуется! Если потеряешь.

- Заботливые вы!

- Но лучше - НЕ ТЕРЯТЬ! - строго добавляет Майор.

- И чего, скоро в каждом отделении компьютер будет стоять?

- Зачем? - удивляется Майор, приостанавливаясь.

- Ну, раз туда, ВСУНУЛ - и про тебя на экране всё засветилось!

- Может, и будет. - возобновляет покраску - ... Так. А теперь прикладывай сюда. И сюда... Но это ж денег сколько надо!

- НЕМЕРЕННО! - заверяет Кастет, отлепляя ладони.

- Вроде всё. - заключает Майор, оглядывая стол, покрытый замаранными листами. И вдруг интересуется:

- А ты... сам-то с компьютерами... КАК?

Кастет, рассматривающий ладони, роняет:

- На "ты"! - и, поднимаясь из-за стола - Я же компьтерщик.

- А ты... - и Майор бросает быстрый взгляд в сторону и понижает голос - случайно, не знаешь игру "Quake-2"?

- Я?? - поражённо восклицает Кастет и воинственно выпячивает нижнюю губу - Да Я - ЧЕМПИОН-СЕТЕВИК!! Валю сраных гоблинов направо и налево!

... Возникают отцифрованные стены сумрачного лабиринта, по нижнему обрезу - строчащий ствол, отлетают "кровавые" ошмётки от встречного "гоблина"...

- Я тоже валю... Когда сын на тренировке. - смущённо признаётся Майор - А может, подскажешь мне кое-что? А то я уже второй месяц бьюсь!

- А в чём вопрос-то? - любопытствует Кастет.

И Майор жалуется:

- Да, понимаешь, никак не могу найти "коммандер-хэд" в лаборатории! А без неё дверь не открыть. Так я, представляешь, просто ОБЫСКАЛСЯ эту "хэд" гадскую! УМА не приложу, где она! У мужиков спрашивал - тут никто не знает! Сын же смеётся и не говорит! Обещаю этого паршивца выпороть, а он обещает пароль новый в машину ввести! И ЧТО за люди за такие рождаются, не пойму?! Может, объяснишь?

- Конечно, объясню! - и Кастет садится на краешек стола - Для начала нужно зайти на сайт quake.ru, или games.ru, или gamezone.ru. Там есть опция "Подсказки". Заходите туда и задаёте свой вопрос. Кто-нибудь, да ответит. А при помощи "коммандер хэд" дверь откроется, и вы... - и осекается.

Потому что открывается входная дверь и, пошатываясь, в предбанник заходит тот - третий - мужичок с кровоточащим, разбитым лицом. Он вцепляется в решётку, перегородившую холл, и что-то нечленораздельно бормочет.

Майор, заметив в Кастете перемену, выглядывает в холл. На его лице тут же - сосредоточенно-служебное выражение, голос - затвердевает:

- Так. Ты куда опять лезешь? Тебе что, мало?.. - и, начальственно - Тамара Ивановна! (выглядывает Ключница) Посади его!

- Сей-час... - ворчит она, неспешно направляясь...

Жужжит и размыкается замок.

Мужичок распахивает решётку своим весом. Ключница, опытно, под локоток, отделяет его и уже собирается закрыть решётку, как... вниз по лестнице сбегают блистательные штиблеты, и в холл выпархивает осанистый мужчина в костюме с ослепительной улыбкой.

Ключница улыбается ему навстречу, но...

при виде кровоточащего ЛИЦА ослепительная улыбка пропадает, взгляд отводится и, торопливо миновав холл и предбанник, мужчина выходит, гулко хлопая дверью.

Ключница же - по мере его продвижения - всё больше мрачнеет, а от хлопка дверью отшатывается, будто ЕЁ ударили по ЛИЦУ. Зло смотрит на мужичка, невменяемо покачивающегося рядом, и, грубо встряхнув, кричит:

- ЧЕГО ВСТАЛ, ПОШЛИ!!

Ведёт к "обезьяннику".

- СТОЯТЬ!!

Лязгают замки... И, отворив камеру, мощно вталкивает - мужичок влетает внутрь, бьётся ЛИЦОМ об стену и, роняя алые капли и смазывая по штукатурке алый след, медленно оседает.

- И навязался же на нашу голову, КОЗЗЁЛ!

"Обезьянник" возмущённо взрывается:

- Э, ТИ, СЛЫШЬ, ПОЛЭГЧЕ, А!! СОВСЕМ ОСАТАНЕЛА БАБА!! ВЫПОРОТЬ БЫ ЕЁ ХОРОШЕНЬКО, ЧТОБ ЗНАЛА!! ИШЬ ЖОПУ ОТРАСТИЛА!! КАК ТАК МОЖНО С ЛЮДЬМИ ПОСТУПАТЬ??

Ключница же, не отвечая, лязгает замками и, подобно грозовой туче, уходит вглубь здания, колыхая бёдрами.

- А ну, ТИХО!! - перекрывает возмущение жёсткий голос Майора - Я НЕ ПОНЯЛ: вы что, хотите ЕЩЁ СУТКИ просидеть? А может, кто-то вообще желает ПРОСИДЕТЬ ДО СЕДИН?? А??

"Обезьянник", ненавидяще косясь, замолкает.

Сообща поднимают невменяемого мужичка, сажают и платками обтирают окровавленное ЛИЦО.

А тот начинает горланить песню удалую...

Майор поворачивается к покусывающему потрескавшиеся губы Кастету и спокойно говорит:

- Видишь, какой у нас тут ЦИРК С КОНЯМИ происходит? - и невесело вздыхает - Такая вот ХУЕТА ХУЕТ... Мда... Ну ладно, не бери в голову. Ты лучше скажи, где "коммандер хэд" находится! Чего я буду на какие-то сайты заходить?

- А я не помню... ЧЕСТНОЕ СЛОВО, ей богу! - клянётся Кастет - Давно просто не рубился.

- Ну... - и Майор заметно огорчается - и шут с тобой! Тогда названия тех сайтов запиши, что ли! Иначе я не запомню.

Кастет показывает испачканные ладони.

- Ах, да. - понимает Майор - На второй этаж, по коридору, и вниз по лестнице. Там туалет с умывальником. Мыло, вроде, есть. Запомнил?

- А почему он СНОВА пришёл? - спрашивает Кастет, вставая со стола и кивая на "обезьянник".

- Дурак... - отзывается Майор, собирая бланки с отпечатками - Боится, что мы в протокол напишем, сколько он выпил. А что протокол никуда не пойдёт, ему объяснять бесполезно. Он же из Молдавии, нужно нам туда бумаги слать, как же!

Кастет выходит... Сворачивает направо, поднимается по лестнице на второй этаж и оказывается в середине длинного сумрачного коридора с рядом дверей, который освещён синеватыми неоновыми лампами. Нерешительно озирается. И тут из какой-то двери выходит могучий короткостриженный мужчина в белой рубашке, брюках, туфлях и закрывает ключом дверь.

- Извините, а где нужно спуститься, чтоб в туалет попать?

Мужчина поворачивает к Кастету круглую лоснящуюся голову и, простирая руку, рокочет:

- Видишь ПРОСВЕТ?

Кастет напряжённо всматривается в указанном направлении - в глухой конец коридора. Говорит неуверенно:

- В-вижу...

- Вот и иди на него.

Кастет медленно движется по коридору, оглядываясь на двери с обеих сторон. И - в конце коридора, слева - обнаруживает лестницу. Спускается, проходит в туалет.

В умывальнике синий кран есть, а красного - нет, свинчен. Мыло отсутствует. Кастет пускает воду, суёт руки, трёт - не смывается. Смотрит вправо-влево, и обнаруживает на полу, в самом углу, небольшой коричневатый обмылок. Наклоняется.

Стекает чёрная вода...

...

Заглядывает со стороны холла в рубку - Майор, сидя за пультом, опять говорит по селектору. Бросает трубку.

Кастет показывает влажные ладони:

- Почти чистые!

Майор поднимает глаза:

- А, это ты! Протокол заполни! - и, перегнувшись, выкладывает через прорезь на подоконник чистый бланк протокола. - Сейчас ручку дам.

- Только она мокрой будет.

Майор встаёт, захватывает ещё пару бланков, паспорта, выходит в холл, кладёт бланки на подоконник и громко зовёт:

- Тамара Ивановна! - и снова целится пальцем на "обезьянник" - Так. Ты и... ты. На выход.

Из глубины здания выходит Ключница с застывшим густо-припудренным лицом, скрывающим общую заплаканность.

Лязгает замками, открывая-закрывая, и снова удаляется...

Из "обезьянника" показываются два невзрачных юноши, то ли робких, то ли смущённых. Майор пальцем подзывает их. Строго спрашивает:

- Ручка есть? - юноши кивают - Отлично! - и, показывая на Кастета - ЕМУ потом дадите! Заполняйте...

Достают ручки, склоняются. Пишут Ф.И.О., адреса, телефоны.

- А сюда что писать? - указывают на графу "Причина задержания".

Майор, заглянув, стукает пальцем:

- А тут пишите: "Выпил 100 грамм водки".

Переглядываются.

Майор, с нажимом:

- Ведь ПИЛИ ЖЕ?

Юноши, неуверенно:

- Пили...

- Вот и пишите: "Выпил 100 грамм водки". И по 10 рублей скидывайтесь. Штраф!

Склоняются, пишут, ставят подписи, вынимают деньги, протягивают. Один спохватывается и отдаёт ручку Кастету.

Тот тоже пишет Ф.И.О. и прочее.

- А мне что писать? "Перешёл дорогу в неположенном месте"?

Майор на секунду задумывается...

- Пиши: "Правила ПДД нарушать не буду".

Кастет, ухмыляясь, склоняется.

- А имена сайтов?

- Чиркни на обороте!

Кастет переворачивает протокол и с обратной стороны крупными печатными буквами выводит: QUAKE.RU., GAMES.RU., GAMEZONE.RU.

Майор раздаёт паспорта и забирает протоколы:

- Всё, вы свободны. Счастливо! - и спешит в рубку, где уже надрывается селектор.

- И вам счастливо! - говорит Кастет и, бросив взгляд на "обезьянник", выходит следом за юношами.

За дверью издаёт радостный ВОПЛЬ и сигает с крыльца через ВСЕ ступеньки... Юноши, ушедшие вперёд, испуганно оглядываются. Кастет показывает им "Victory".

Проходя мимо будки-КПП, торжественно отдаёт честь. Дневальный улыбается и грозит пальцем.

Миновав двор, выдвигается на улицу.

Одевает наушники и включает "супер-рэп", который - удивительно "в тему" - победную, радостную. Блаженно улыбаясь и ритмично покачивая головой, направляется к дороге.

А невдалеке о чём-то ссорятся освобождённые юноши...

Кастет неторопливо "плывёт" по безлюдному тротуару.

Почему-то - хотя светло - вдоль дороги уже горят фонари.

Подходит к перекрёстку: главная дорога минус боковая. На боковой дороге - пешеходная "зебра". Однако нарисована она хитро: чтобы по ней пересечь перекрёсток, нужно пройти от главной дороги в сторону - сначала 20 метров ТУДА, а потом - 20 метров ОБРАТНО. Естественно, все ходят ПРЯМО - перед Кастетом это дама и какой-то мужик.

Кастет автоматически идёт следом.

Фонарь, что светит за его спиной, отбрасывает на асфальт растущую тень...

Внезапно Кастет снижает скорость и принимается с интересом следить за метаморфозой своего силуэта, что в его изменённом состоянии представляется чрезвычайно занятным и до жути осмысленным. Возвращается и опять начинает с короткого. Медленно его "выращивает".

И вдруг, откуда ни возьмись, перед Кастетом притормаживает патрульный "Газик"...

Кастет поднимает глаза и... удивляется:

- ... !

На что выбравшийся из "Газика" сержант - крепкий малый с нервно подёргивающимся веком - зло отзывается:

- ... ... ... ... !

Кастет выключает музыку и снимает наушники:

- ЧТО?

Сержант, не отвечая, подходит, берёт Кастета за подбородок и разворачивает к свету. Долго всматривается в зрачки, потом отпускает:

- Понятно... В машину!

- Что, переходил дорогу в неположенном месте?

- И это ТОЖЕ! Давай, пошевеливайся.

- А представиться не хотите для начала?

Сержант хмыкает, дёргает головой и обращается к сидящим в машине:

- Нет, вы слышали? - и, издевательски - МИЛИЦИОНЕРЫ МЫ!

- А фамилию там, звание, номер отделения? - не сдаётся Кастет.

- МОЖЕШЬ ЖАЛОВАТЬСЯ! - и кладёт руки на пояс, где висит кобура и дубинка - А ну в машину, быстро, скачками!! Это каков умник нашёлся!

Кастет хочет ещё что-то сказать, но, взглянув в сузившиеся ментовские глаза, передумывает и неторопливо лезет в машину. Следом, пружинисто - Сержант.

"Газик" медленно трогается.

- На экспертизу повезём голубя! - сообщает Сержант товарищам.

- Если вы про ДАКТИЛОСКОПИЗАЦИЮ, то я её уже прошёл. Причём добровольно. - делится Кастет, и подносит ладони под нос Сержанту - Вот, даже следы остались!

Тот от неожиданности дёргается, а потом резко бьёт по ладоням и - коротким - в челюсть: ННА!!

И ещё раз - ННА!!

- СИДИ СМИРНО, ССУКА!!! - и кричит повернувшемуся с переднего сидения флегматичному толстяку - Нет, ты только глянь на него! Он же УДУТЫЙ В НОЛЬ! Да, НАРКОМАН??

Кастет, потирая челюсть, сдержанно отвечает:

- Лицо расслабьте, сержант!

- Я тебя сейчас всего РАССЛАБЛЮ, урод!!

- Протокол только заведите.

- Заведём, не ссы! - и отворачивается.

Кастет одевает наушники и, играя желваками, включает максимальную громкость... С кассеты гвоздит боевая тема...

"Газик" минует металлические ворота, будку-КПП и заруливает в знакомый двор.

Сержант распахивает дверцу, выскакивает:

- ... !

Кастет неторопливо выбирается. Оглядывается. И получает сильнейший тычок в шею - наушники слетают, слышно:

- ПШЁЛ!!

Кастет, как ужаленный, поворачивается и, прямо глядя на мента, раздельно и чётко говорит:

- РУКИ НЕ РАСПУСКАЙ, ТЫ!

И, одевая наушники, неспеша поднимается по ступенькам.

Харкает мимо урны.

Настороженный Сержант с рукой на кобуре и флегматичный Толстяк следуют за ним. Заходят в предбанник, и - в холл.

Знакомый Майор и Ключница беседуют в рубке.

При виде зашедшей троицы на лице Майора мелькает удивление, а на лице Ключницы повисает изумление.

- ... ! - приказывает Сержант Толстяку, указывая глазами на Кастета, а сам заходит в рубку.

И Кастет из ожесточённо-гвоздящего рэп-эпицентра хмуро наблюдает, как, козырнув, Сержант докладывает; как шевелятся при этом его губы; как шевелятся губы Майора, что-то уточняя. Сержант рассказывает, бурно жестикулируя. Ключница переводит изумлённый взгляд с Сержанта на Кастета и обратно. Наконец, Майор отдаёт какое-то приказание. Сержант кивает, протягивает руку, Ключница небрежно швыряет ему связку ключей.

Отпирает "обезьянник"...

Запирая замки, что-то угрожающе цедит. Кастет сдвигает наушник и презрительно переспрашивает:

- ЧТО??

- Скоро я за тобой ЗАЕДУ, сучёныш - вот ЧТО! Ты у меня, блядь, ПОПЛЯШЕШЬ!! Ты у меня, блядь, ПОХАРКАЕШЬ... кровью!!

Кастет надвигает наушник и вдруг приникает к решётке:

- УТИ-И, ТИ, МОЙ СЛА-АДЕНЬКИЙ!! - и страстно трепещет язычком.

Флегматичный Толстяк и население "обезьянника" дружно ржёт...

Сержант дёргает-дёргает заевший ключ, наконец, справляется, через прорезь прокидывает связку ключей в рубку и вместе с Толстяком выходит...

Кто-то трогает Кастета за локоть.

Оборачивается: сидящий у стены тот - ТРЕТИЙ - мужичок с багровеющим лицом показывает пальцами: "курить есть?" Разводит руками: "нет". Мужичок тяжело вздыхает.

Кастет, тоже вздохнув, присаживается рядом с мужичком и неотрывно глядит в пол.

А вокруг - стоят, сидят за решёткой такие же невесёлые люди...

И звучит невесёлая хип-хоперская тема...

...

На полу - там, куда глядит Кастет - проступает скорбное лицо Пупса,

потом - фотография мужчины на надгробье,

потом - лицо заплаканной женщины.

И всё это заслоняет - смеющееся лицо девушки...

...

...

...

Внезапно мужичок толкает Кастета.

Тот поднимает взгляд, снимает наушники - в раскрытой двери "обезьянника" стоит Ключница:

- К майору иди, раздолбай!

Встаёт и выходит. За ним лязгают замки... Пересекает холл, подходит к рубке. Майор жестом показывает: "зайди".

Притворяет за собой дверь. Майор поворачивается к нему в кресле:

- Ну и?

Кастет пожимает плечами.

- Ты мне вот тут написал - берёт со стола протокол - "Правила ПДД нарушать не буду". - смотрит на Кастета - Я тебе, можно сказать, ПОВЕРИЛ, а ты... Мало того, что опять перешёл не там, где следует, так ещё и совершал загадочные эволюции на проезжей части! Чем, собственно, и вызвал справедливое подозрение сержанта. А он у нас в этих делах товарищ опытный... Признавайся, УПОТРЕБЛЯЛ?

- Что? - искренне удивляется Кастет.

- Наркотики!

- Нет.

Майор недобро прищуривается:

- А за слова... ОТВЕТИШЬ? На экспертизе?

- Отвечу. - выдерживает его взгляд Кастет.

Майор в задумчивости крутит ручку.

- А тогда почему манёвры устроил на проезжей части? Ты, вообще, В СВОЁМ УМЕ был?

- Так это я от радости ум-то потерял! - оправдывается Кастет - Вышел на свободу, к девушке иду, музыка играет - КАЙФ ведь! Вот и сманеврировал. Ну вы же понимаете, товарищ майор!

- Что к девушке идти - кайф, это я понимаю. Остальное - не очень... - испытующе смотрит на Кастета - А парень ты, вроде, хороший... И Тамара Ивановна того же мнения. Поэтому на экспертизу тебя отправлять не хочется. Но ЧТО-ТО ведь надо с тобой делать! Может, посоветуешь?

- Я бы Вас - отпустил.

- Что, вот так вот просто - взял и отпустил бы? - поражённо восклицает Майор.

- А чего сложного-то? Вы тоже человек хороший.

- Так ты же - ОПАСНЫЙ РЕЦИДИВИСТ!

- А по правде - и Кастет скромно опускает очи - я славный и пушистый! Не человек, а... ЗАЙКА-ВЫБЕГАЙКА!

- Пушистый... Зайка... - усмехается Майор - С таким "пушистиком" в тёмном месте как встретишься! Я и то бы испугался!

- А у вас табельное оружие есть.

- Так. - наконец-то решает Майор - Всё, закончили. Теперь слушай сюда! ПРОСТО ТАК я тебя отпустить не могу, ты сам это прекрасно понимаешь. Нужно, чтобы ты этот день запомнил - на всю свою развесёлую жизнь.

- А вы мне протокол подарите! Я его правнукам покажу!

Майор усмехается:

- Подарю, подарю... Помоешь мне полы в коридоре на втором этаже, и подарю! А успеешь помыть ДО приезда сержанта - отпущу.

- ПОЛЫ??? ПОМЫТЬ??? - и Кастет теряет дар речи...

Майор разводит руками:

- Или на экспертизу поедешь! С сержантом. Через ПОЛЧАСА. А сейчас... - смотрит на запястье - 20.22. И учти, Я - НЕ ШУЧУ!

Кастет открывает дверь...

- Правильно, не хочешь. - удовлетворённо констатирует Майор и кричит в полуоткрытую дверь - Тамара Ивановна, выдай молодому человеку инвентарь!

Улыбающаяся Ключница с шумом поднимается из-за стола.

Кастет в наушниках, елозя на корточках и не разгибаясь, моет пол в синеватом от неона коридоре второго этажа. Поминутно останавливается, трёт тыльной стороной ладони потный лоб, жмурит глаза.

Его - и сейчас это особенно заметно - уже давно и неслабо "канифасит". Он прозревает во всём окружающем - а это пол в мокрых разводах, ведро с грязной водой, плинтус, тряпка, руки - сказочно-прекрасные обличия. А при перемещении взгляда с объекта на объект ("чик", "чик", "чик" - в ритме рэпа!), реальность с готовностью "расщёлкивается" на шлейф из кадриков-планов; и в итоге воспринимается уже не как ТО-ЧТО-ПРОИСХОДИТ, а как КЛИП-О-ТОМ-ЧТО-ПРОИСХОДИТ.

Естественно, из-за созерцания всей этой ФЕЕРИИ мытьё полов продвигается медленно. Конец коридора по-прежнему уходит за горизонт.

Внезапно Кастет замечает, что его тряпка подползла к тёмным туфлям, откуда стартуют ввысь обтекаемые Ноги в гладких чулках, которые, красиво "мигнув" коленями, скрываются в "тоннель" серой форменной юбки, полной таинственного мрака...

Кастет стаскивает наушник и говорит, не поднимая головы:

- А Вы могли бы переставить - показывает - ИХ?

Ноги послушно переставляются.

Сверху же звучит насмешливый голос с "бархатной" фактурой:

- А ты чего полы-то моешь?

- Да нравится мне! - неприветливо отзывается Кастет, возя тряпку - Хлебом меня не корми, а дай в ментуре полы помыть! - подтаскивает ведро и топит тряпку:

- Я - ваша новая уборщица Баба Дуся!

- Да ладно гнать-то! - усмехается Голос.

- Майор заставил. - сознаётся Кастет, полоща и отжимая.

- За что?

Кастет стаскивает второй наушник и рассказывает Ногам:

- А меня ваши орлы дважды приняли за то, что я дорогу в неположенном месте переходил. И во второй раз сержант, МУДЛО, решил из меня наркомана сделать, а заодно и избить. А майор, ну, у которого ОЧКИ СВЕРКАЮТ...

- Который дежурный? - уточняет Голос.

- Да я не против! Он поставил условие: если я вымою коридор ДО возвращения сержанта, а именно... - и Кастет, уставившись в пространство, шевелит губами - ... до, короче, 20.22 плюс полчаса...

- То есть... до 20.52.! - подсчитывает Голос.

- Да. То он меня отпустит. - и расправляет тряпку на полу.

- Майор - мужик правильный! - соглашается Голос - Хотя, конечно, и мент поганый... А сержант - какой? Дёрганный такой, как Бэгби из "Транспойтинга"?

- Да. - и Кастет начинает возить тряпку.

Ноги переставляются подальше.

- А я его знаю. - говорит Голос и сообщает - Тебе к нему никак нельзя - он тебя В МЯСО уделает! Он же тут первый энтузиаст ПРЕСС-КАМЕРЫ! Его даже свои менты не уважают.

- А чего он такой... зверёк-то?

- А его семью в Грозном вырезали в начале войны. Он там тоже ментом работал. И, видимо, достал чеченов своим русским ментовским национализмом.

Кастет качает головой:

- Точно. Тупой. Озлобленный. Кретин!

- Ну, знаешь... - говорит Голос - Человек, можно сказать, ВСЁ потерял, а ты...

- А зачем ДАЛЬШЕ-то Зло нести? ХОЧЕШЬ МСТИТЬ - МСТИ ПО АДРЕСУ! Чего он ЗДЕСЬ беспределит, ответь? Я не против ментов на трибунах, и не против таких ментов, как майор - они действительно СВОЁ ДЕЛО делают! А таких, как сержант - убивать надо! Потому что они - произвол творят! Чё хочу, то и ворочу! Для них форма - это крыша, как у бандитов! А сами они - ЧМО! Им бы только деньги тянуть да над людьми глумиться. А был бы сержант МУЖИКОМ, то не здесь бы распрягался, а в Чечне воевал.

- А он и воевал... до ранения. И психику там же повредил. У него веко, думаешь, почему так дёргается? Мне его иногда даже жалко становится.

- А мне - НЕТ! - зло бросает Кастет, бросая тряпку.

И ожесточённо садит:

- Почему, скажи на милость, из-за того, что ОН меня не уважает, Я должен СЕБЯ не уважать, а ЕГО несчастья - уважать?? Ах ОН, БЕДНЕНЬКИЙ!! Ах, НЕПОЛНОЦЕННЕНЬКИЙ!! А ЭТОТ ХУЙ ПРИЕДЕТ, В НАРУЧНИКИ МЕНЯ ЗАСУНЕТ, ОТХУЯРИТ В МАШИНЕ ДО КРОВАВОЙ ИКОТЫ, ГЕРОИН ПОДБРОСИТ И ЗА РЕШЁТКУ УПРЯЧЕТ!! - Что я, сценарий не знаю? Зарывается он, я тебе скажу, сильно зарывается! Он думает, погоны нацепил, и всё, блядь, пиздец! - РАЗДАЙСЯ МОРЕ, ГОВНО ПЛЫВЁТ!! А не думает, кретин, про ОТВЕТКУ! Чечены его уже раз проучили, и здесь кто-нибудь проучит! Может, поумнеет наконец, ссука... - и снова берётся за тряпку...

- Ты ЗЛО говоришь. - осуждает сверху Голос.

- Я не ЗЛО говорю, - ворчит Кастет - а СПРАВЕДЛИВО! Жизнь - она равновесие любит. И человеческое достоинство...

Помолчав, спрашивает:

- Слушай, а откуда ты всё про него знаешь?

- А он за мной ухаживать пытался! Шуточки сальные отпускал и всё такое. Я ему отчимом пригрозила, вроде, подействовало. Ну и сама справки навела, так, на всякий случай. Я же по базам данных, как бы, специалист.

- По базам данных? Ничё сее... - поражается Кастет - А что, неужели тут компьютер есть?

- Есть. Один!

- А ты здесь по долгу совести, что ль, тоже работаешь?

- Не, я - ЗАРАБАТЫВАЮ!

- Че-го??

- У меня отчим - крупный милицейский чин. И он меня сюда на лето устроил, пока каникулы. Всё о судьбе моей печётся.

- И ты... СОГЛАСИЛАСЬ?? - не верит Кастет.

- А он за это обещал ЧУДО-КСИВУ сделать. Чтобы бесплатный проезд, проход и, если что, отпускали. Я же - ОТОРВА!

Ноги переходят подальше. Кастет возит тряпку:

- Так тебя и так бы отпускали. Всё-таки, отчим!

- Не факт. - возражает Голос - Мама собирается расстаться с ним.

- Разлюбила?

- Наверное. - легко соглашается Голос - Он неплохой, в принципе, чел, но большой любитель ПОЛИРОВАТЬ ШЛЕМ. А это, согласись, кого угодно может достать.

- Согласен... - грустно вздыхает Кастет.

... Мелькает смеющееся лицо девушки...

И, по-прежнему не глядя вверх, поднимает мокрую ладонь:

- Кастет. Он же Костя.

- Маришка. - делают реверанс Ноги, а на Кастетово запястье ложится узкая ладошка. - Она же Марина.

Кастет легонько встряхивает запястье:

- Очень приятно.

- И мне.

Ладошка взлетает вверх и вдруг Голос ужаленно вскрикивает:

- Фак!! Кастет, а ты в курсе, СКОЛЬКО ВРЕМЕНИ??

- Времени хватит на всех! - рассудительно отвечает Кастет.

- Уже 20.45!! А ты ещё и половины не помыл!

- Да... - соглашается Кастет.

- Блин, давай, я тебе помогу, что ли! - и Ноги, развернувшись, торопливо уходят.

- Ох, спасибо, доченька-а. - скрипит вслед Кастет - Бабе Дусе прия-ятно!

Ноги возвращаются. Присаживаются.

И оказывается, что рядом с Кастетом - настоящая КРОВЬ, ВИНО И МОЛОКО: глазища - во! осанка! стать! физкультурница!! - одетая в ментовскую форму и с тряпкой в руке. И даже синюшный неоновый свет не может затушевать все вышеописанные КРАСОТЫ.

Кастет поднимает глаза, и - обалдевает...

Она же, сдувая рыжую прядку, принимается сноровисто драить пол.

- Ка-кая же ты... НЕВЕРОЯТНАЯ! - наконец, восхищённо выдыхает он.

- Полы мой! - приказывает она - А то не успеем!

- А, ну да... - и Кастет возвращается к прерванному занятию.

И в четыре руки, две головы и два зада они моют пол.

Дело теперь идёт гораздо быстрее.

Захлёстнутый Маришкиной энергией, Кастет моет пол, будто богатырь-стахановец. Маришка же напоминает проштрафившуюся валькирию. На ходу обмениваются репликами:

- Стягивай воду!

- Поменять её надо бы.

- Через пять метров, гуд?

- Гуд...

- А ты куда так спешил-то, когда дорогу переходил?

- Тут всем говорил, что к девушке.

- А на самом деле?

Молчание... Кастет, остановившись, напряжённо вспоминает. Наконец, неуверенно произносит:

- Чёрт... А я и не помню!

- Вот те и раз! - удивляется девушка, тоже остановившись - А откуда шёл, помнишь?

- ... Ну... А! Так я свежим воздухом вышел подышать!

- Подышал?

- Как видишь! - и широко улыбается.

Маришка качает головой:

- Ну ты и ПЕРЕЦ!.. А можешь исполнить моё самое заветное желание?

Кастет - само внимание.

- Метнись-ка за водой!

Кастет возвращается с полным ведром. Ставит его, опускается на корточки, берётся за тряпку и объявляет:

- Я вспомнил!

- Сла-ава тее господи!

- У меня тут недалеко друг живёт - Пупс, крутой РАЗНОБОРДИСТ. И он, вроде, отмечает сегодня день рождения. Пошли к нему, как освободимся?

- Ты меня ЧТО, приглашаешь?

Кастет согласно кивает.

Маришка, улыбаясь, показывает на свою форму:

- Что, прям так?

Кастет пугается:

- Ты ЧТО???

- Вот и я думаю, переодеться надо. - и полощет тряпку.

Отжимает:

- Но ничего, я тут на местности живу, неподалёку. - смотрит на часики (20.51) - Фак... Кастет, ходу!!!

Кастет с протоколом в руках выходит на крыльцо.

Прислоняется к перилам и, сложив, убирает протокол в карман. Следом выскакивает озабоченная Маришка и сбегает со ступенек. Улыбающийся Кастет неторопливо спускается следом. Девушка нетерпеливо приплясывает внизу.

Не выдержав, вскакивает на ступеньку, хватает Кастета за руку и тащит. Кастет послушно сбегает и комментирует:

- Родная милиция меня бережёт!

- Слушай, хватит, а? - возмущается Маришка, увлекая его за собой - Какая я тебе "родная милиция"? "Родная милиция" ща как въедет!

Проходя мимо будки-КПП, Кастет, задержавшись, приветственно поднимает ладонь.

Дневальный улыбается ему, как старому знакомому, и козыряет.

Беспокойно посматривающая на ворота Маришка, дёрнув, увлекает расслабленно шагающего Кастета дальше.

Миновав двор, выходят, наконец, за ворота.

И вдруг мгновенно-преобразившейся Кастет хватает девушку и, с силой пригибая, юркает в кусты...

А во двор с дороги заворачивает патрульный "Газик"...

Провожая его глазами, Маришка встревоженно говорит:

- А сержант-то - злопамятный чёрт! Он тебя теперь искать будет по району!

- А ФЛАГ ЕМУ В РУКИ! - спокойно отвечает Кастет.

Пробираются сквозь кусты на дорогу.

Кастет идёт первый и предостерегает:

- Осторожно, тут какашка!

- Мерси... - отзывается Маришка и вдруг кричит - Ах ты, СВОЛОЧЬ!!

Кастет поворачивается:

- Это ты мне?

- Ему! - и девушка пинает туфлёй торчащий из куста сучок и неожиданно жалуется в рифму - Засмотрелась я на кал, и сучок чулки порвал! - и демонстрирует дырку на чулке.

- Маришка, так это ж ПОЭЗИЯ! - смеётся Кастет - Надо будет Пупсу сказать, пусть в свою рэпчину куда-нибудь воткнёт.

Озирает девушку с ног до головы:

- Да не расстраивайся ты! Ты любая хороша, моя душа!

- Правда? - округляет глаза Маришка и лукаво переспрашивает, дурашливо принимая позу Венеры - То есть Я - Самая Красивая?

Кастет долго смотрит на неё...

- Допустим...

Чуть смутившись, она берёт его за руку, и они выбираются на дорогу.

- Двинём партизанскими! - решает Маришка и, перебежав дорогу, решительно взбирается на забор.

Кастет, подойдя, с отсутствующим видом оглядывается по сторонам.

Девушка спрыгивает.

Кастет в свой черёд ловко перемахивает преграду.

А из ворот районного отделения милиции, ревя мотором, выезжает патрульный "Газик" с зажжёнными фарами...

Из какой-то подворотни молодые люди выруливают к отдельно стоящему высотному жилому дому, на первом этаже которого - круглосуточная аптека.

- Вот это да! - удивляется Кастет, останавливаясь - Прикинь, Маришка, я, когда гнал в отделении про свою мифическую девушку, сказал, что она живёт рядом с аптекой!

- А, может, ты МЕНЯ имел в виду? - улыбаясь, предполагает Маришка, пританцовывая под какую-то внутреннюю мелодию - Ты же не помнишь ни хрена!

- Может, и тебя... - чешет голову Кастет - Я не спорю, Мариш, моей памятью, как градусником, можно в носу ковырять! - и опять спохватывается - Слушай, а ведь ЭТО я ТОЖЕ где-то слышал!

- Так мы идём? - улыбаясь, интересуется Маришка. - Я, между прочим, смерть как в туалет хочу!

Кастет трогается и, переходя за Маришкой дорогу, удивляется:

- Как же много всего нужно вспомнить-то... за жизнь!

Вскочив на тротуар, опять тормозится, глядя на аптеку:

- Мариш, а давай зайдём, Пупсу подарок купим!

- Соску, что ли?

- Презервативы! Они ему как воздух нужны!

- А, может, потом?

- А потом я могу забыть! Мы быстро!

Маришка, шумно выдохнув, распахивает дверь...

Кастет, покусывая потрескавшиеся губы, напряжённо думает у витрины, а Маришка, оборотясь "форменной" спиной к пустынному залу, изучает на стене рекламу лекарственных препаратов.

За ними выжидательно наблюдает продавщица - невысокая благообразная женщина с белом халате с табличкой на груди. Седые волосы аккуратно убраны под белую шапочку.

- Знаете... - наконец, выдаёт Кастет - Вот хочу другу подарок сделать. А он здоровый и ужасно НАПОРИСТЫЙ, понимаете? Нет, правда! (продавщица, сдерживая улыбку, кивает) Какой посоветуете? - и указывает на противозачаточные средства - СПИД же не спит!

- Купите вот эти, за 33 рубля. - доброжелательно говорит женщина, заглядывая в витрину.

- Это вон те, серенькие?

- Серенькие.

- А сдюжат?

- Должны.

- Беру. - и лезет в карман.

Продавщица выкладывает искомое, принимает деньги, отсчитывает сдачу и, когда Кастет с Маришкой выскакивают из аптеки, усмешливо говорит:

- Друг у него, как же... САМИМ НЕВМОГОТУ!

Открываются двери лифта.

Маришка, доставая ключи, просит Кастета:

- Подожди меня тут, я быстро! Просто не хочу, чтобы мама беспокоила тебя рассказами о своей жизни! - и прикасается к его руке - Не обижайся!

- Да не вопрос! - и Кастет беспечно съезжает по перилине к окну.

Хлопает дверь...

Кастет, одев наушники, ритмично покачивается, неотрывно глядя на далёкий закат.

Хлопает дверь...

На лесничной площадке показывается радикально преображённая Маришка: кеды, ниспадающие свободные штаны кирпичного цвета, серая облегающая майка с оранжевой мишенью на груди, рыжие волосы всклокочены, на высокой шее - деревянные бусы, на руке - стильные часы в массивном ребристом корпусе.

Кастет оборачивается и... одобрительно аплодирует. Маришка грациозно вспрыгивает на перилину и с визгом скатывается вниз. Ловко спрыгивает. Кастет снимает наушники и в манере Пупса дурашливо крестит кулаки:

- Ну что, ТУСУЕМСЯ, НЕ РАСХОДИМСЯ?

Девушка берёт его за руку:

- Пошли!

И тянет по лестнице.

- Но Пупс же - там! - указывает вниз Кастет.

- Я тебе кое-что покажу!

...

Убирая в карман связку ключей, выбирается вслед за Кастетом на крышу, с которой открывается чудный, дух перехватывающий, вид - на небо с перистыми облаками, янтарный закат и все четыре стороны света.

Кастет заворожённо смотрит, как парит над далёкими домами медно-солнечный диск.

Маришка подходит и встаёт рядом.

На фоне неба - тёмные силуэты с тончайшим огнистым контуром...

Кастет, прощаясь, поднимает руку.

Маришка, тихо:

- До встречи...

И вдруг, толкнув Кастета плечом, спрашивает:

- ПОКУРИМ?

- А... есть? - поворачивает тот голову.

Маришка достает из кармана штанов бумажный свёрток, показывает его и присаживается на крышу. Скрещивает ноги по-турецки и, развернув бумажку, шелушит зелёные комочки. Затем начинает сосредоточенно выбивать табак из папиросы.

- А я, пожалуй, костерок замучу! - решает Кастет и ныряет в отверстие чердака.

Приносит охапку каких-то дощечек, бумажек. Присев, укладывает в шалашик.

Маришка же тем временем аккуратно заколачивает гильзу, мурлыча на разные лады:

- ... травка зеленеет... и солнышко блестит... и ласточка с весною... в сени к нам летит... трам-пам-пам... травка зеленеет... солнышко блестит...

- Дай зажигалку! - просит Кастет.

Маришка бросает - Кастет ловит.

Поджигает свой шалашик, и язычки пламени весело бегут по бумаге и щепочкам...

- Готово! - говорит девушка и демонстрирует своих рук дело.

Кастет, присев рядом, протягивает зажигалку:

- Взрывай!

Маришка запаливает папиросу, затягивается и передаёт Кастету...

Неторопливо, со знанием дела, курят.

Уютно потрескивает у ног костерок, вздыхает у губ огонёк, улетая, тает дымок - прямо в небо тает...

- Славно, да?

- Супер! Спасибо тебе и за... - обводит рукой янтарные небеса - и за... - показывает папиросу.

- Да не за что! - улыбается Маришка.

- А откуда у тебя ключи от крыши?

- А я старый замок спилила, а свой - повесила!

- А вот Я иногда думаю: хорошо бы ВСЕ замки на свете спилить, а свои - повесить!

Затягивается ... выдыхает.

- А знаешь, я бы в жизни не догадался, что ты... - и указывает глазами на папиросу.

Маришка, улыбаясь, берёт её:

- А я сразу про тебя догадалась! Ещё в ментуре.

- Что, заметно было?

- Мне - да!

- И сержанту! Наверняка сам покуривает, подлец. - и Кастет сплёвывает.

- Да уж наверняка! Всё-таки с юга парень. - и Маришка затягивается.

Кастет подбрасывает щепочку:

- А на Украине, я слышал, уже практически ЛЕГАЛАЙЗ.

Маришка выдыхает... Запрокидывает голову:

- Хоть в этом им повезло... На, держи! Добивай.

Кастет приканчивает папиросу.

Окурок летит в огонь.

- А вот интересно - говорит Маришка - почему хохлы - в массе своей - гораздо терпимее к траве, чем русские?

- Потому что русские, Мариш, торчат, в основном, на алкоголе, винте и героине! И трава им поэтому - ГЛУБОКО НЕНАВИСТНА! А у украинцев она - под каждым забором!

- Ну и что?

- А то! Хохлы же её КУРЯТ! Поэтому и парятся меньше... Я, Мариш, когда-нибудь тоже райский садик дома заведу. Как в фильме "Карты, деньги, два ствола"!

- Продавать будешь? - интересуется Маришка. - А почём?

- За кого ты меня принимаешь? - обижается Кастет - Конечно, нет. Я барыжничество ненавижу. Для себя и близких друзей.

- А вот это - БЛАГОРОДНО! - одобряет Маришка. И, глядя на закатное зарево, мечтательно говорит:

- Я бы хотела... пропалывать твой садик.

- Да не вопрос! - смеётся Кастет, легонько толкая в плечо улыбающуюся девушку.

Помолчав, Маришка говорит:

- Только ведь марихуана - не алкоголь, дело подсудное. Сесть не боишься? Ты вон сегодня... ЧУДОМ ведь жив остался!

- Конечно, боюсь. Я и так уже почти сел (Маришка бросает на Кастета удивлённый взгляд)... Но что нам теперь, НЕ ЖИТЬ? Мы, русские, всё время, блин, на какую-то ВОДУ дуем! Хотя в МОЛОКЕ уже все пальцы...

- Ш-ВАРИЛИ! - выпятив нижнюю челюсть, шамкает Маришка.

- Точно! - восклицает Кастет, и они, смеясь, хлопаются ладонями, и Кастет истошно голосит, тряся пальцами:

- А-а-а! Русские сардельки! Кому варёные русские сардельки?

Маришка покатывается со смеху.

Кастет подносит пальцы к её лицу:

- НЕ ЖЕЛАЕТЕ?

Маришка согласно кивает.

Открывает рот и...

медленно-медленно...

неторопливо-неторопливо...

погружает в себя Кастетов большой палец,

не касаясь при этом губами...

И вдруг - как КУСНЁТ!!

- А!!! - он пытается вырвать палец, но Маришка, хищно рыча, держит крепко, потом отпускает, Кастет, стеная, валится на спину, а она дико ржёт, заходится просто...

Потирая руку, садится.

Ждёт, когда Маришка успокоится, а затем показывает ей палец со следами зубов:

- БО-БО!

Она виновато берёт его пятерню:

- Так ведь... САРДЕЛЬКА ЖЕ!

И, поднеся ко рту, ласково поглаживает укушенный большой палец:

- Не бойся, не бойся... малыш... - трепетно дует - ... ну ничего, ничего, всё уже прошло... прошло... не болит... а ещё... ХОЧЕШЬ?

На что палец тут же заныривает в здоровенную дулю под носом.

- Ах ты, МЕРЗАВЕЦ! - кричит в свою очередь Маришка и, подорвавшись, молотит кулачками закрывающегося Кастета - Я УБЬЮ ТЕБЯ!!

- Смотри, не обосрись! - советует из-за рук смеющийся Кастет. И принимается время от времени легонько тыркать её пальчиками - то с правой, то с левой...

Маришка подпрыгивает, ойкает, но упорно лезет.

Тогда, привстав, он сгребает её в объятия. Та отчаянно вырывается, но он силён, и... расстояние между их губами неумолимо сокращается...

И вот уже остаётся ЧУТЬ, и вот уже Маришка покорно замирает, как вдруг... Кастет ненароком бросает взгляд в сторону:

ПЛАМЯ ВОВСЮ ЛИЖЕТ МАРИШКИН КЕД И КРАЙ ШТАНИНЫ...

Переворот!! Разворот!

И, обжигаясь, хлопает ладонями по тлеющей ткани.

- А ну стой! - Маришка вскакивает и начинает сильно стучать ногой по "горелой" ноге.

Кастет на коленях, наклонивши голову к крыше, наблюдает снизу за ходом спасательных работ... Наконец, поднимает руку, мол "всё, хорош". Маришка останавливается. Кастет оттягивает штанину, смотрит, зачем-то нюхает.

- О-Кэ!

Маришка снова садится, Кастет пристраивается рядом и кладёт голову ей на плечо.

Некоторое время молчат...

Уютно потрескивает костерок...

Янтареет закат...

...

Затем Маришка трогает обгоревшую штанину и огорчённо восклицает:

- Вот так всегда! Вещи на мне - ОГНЁМ ГОРЯТ! Сначала чулки, теперь это... А кеды, между прочим, совсем новые.

- НЕ-НА-ДЁВАННЫЕ! - голосом сварливой бабы подхватывает Кастет.

Маришка пинает его в бок:

- А тебе всё смешно! Балбес!

- Ты любая хороша, моя душа! - декламирует Кастет, глядя на неё с плеча.

Рассмеявшись, она шлёпает ладошкой по его бритому черепу:

- Какой БАШ-КО-ВИ-ТЕНЬ-КИЙ!

Затем встаёт, потягивается и внезапно просит:

- А дай мне твою шляпку померить!

- Пожалуйста. Дарю её тебе! - и Кастет, привстав, передаёт ей соломенную панамку.

- Мерси! - делает книксен Маришка, берёт панамку и... тут же роняет, суматошно ловит, но панамка, пройдясь колесом по рукам, падает в костерок, и тот мгновенно оживляется и весело пожирает соломку.

- Опань-ки! - разводит руками Кастет.

Маришка в бешенстве хлопает себя по бёдрам:

- Нет, ты ВИДЕЛ?? О, СРАНЬ ГОСПОДНЯ!!

Кастет вздымает грозный перст:

- НЕ БОГОХУЛЬСТВУЙ, КРОШКА! - и, нормальным голосом - Предлагаю сжечь протокол!

- АУТОДОФЕ ПРОТОКОЛУ! - торжественно провозглашает девушка - Попрошу всех сесть! - и присаживается на корточки.

Кастет достаёт из кармана протокол, разворачивает и возлагает на огонь.

Бумага моментально темнеет, сворачивается, пламя вскидывает руки...

Кастет начинает покачиваться, мерно бить в ладони и заводит:

Олле-е-е-е-е-оле-оле-оле-Россия, вперёд!

Олле-е-е-е-е-оле-оле-оле-Россия, вперёд!

Маришка вскакивает и пускается в дикий пляс.

Олле-е-е-е-е-оле-оле-оле-Россия, вперёд!-

разносится на все четыре стороны света...

Полыхает протокол задержания...

Приближается патрульный "Газик" с зажжёнными фарами...

Мерно бьют ладони...

Кружит запрокинутое ЛИЦО...

Шагает к Кастету - тот тянет к ней руки - и вытягивает-поднимает его.

И, обняв за плечи, присоединяется:

Олле-е-е-е-е-оле-оле-оле-Россия, вперёд!

Внезапно подскакивает и сильно пинает костерок - выстреливают огнистые уголья - в разные стороны!

- ВОН!!!

Следом подскакивает Кастет...

- ВОН!!! ВОН!!! ВОН!!!

Кувыркаясь и катясь под их ударами, искристые головни летят с крыши...

Зафутболив последнюю, издают победный ВОПЛЬ и, обнявшись, начинают бешено целоваться.

Их кеды - НА самом краю...

Внезапно Маришка толкает Кастета в грудь и кричит:

- Пупс!!

- Точно! - и, повернувшись к янтарному небу и к бездне, ликующе кричит-орёт-вопит:

- ПУПС ТВОЮ МАТЬ!!!!

Носки его кед - ЗА краем крыши...

Выбегают из подъезда.

Тормозятся и чинно проходят мимо бабушек на скамейке, которые смотрят вверх и негодующе переговариваются:

- Ишь, развелось хулиганьё! Милицию нужно вызвать! Это ж надо так орать! Совсем распустилась молодёжь! СПЛОШНЫЕ хулиганы!

Внезапно Кастет верещит:

- ФУЛЮГАНЫ!! ФУ-ЛЮГАНЫ-Ы!!! МИЛИЦИЯ!! МИЛИЦИЯ!! СТРАНУ ПРОДАЛИ!! ДА ЗДРАВСТВУЕТ СССР!! УРА, ТОВАРИЩИ!!

Маришка присоединяется:

- УРА-А-А!!!

И, хохоча, они перебегают дорогу и скрываются в домах.

Обнявшись, идут по дороге.

То и дело останавливаются, целуются.

Кастет перемахивает через какую-то ограду, рвёт одуванчики на газоне неподалёку от какой-то помойки и, перемахнув, подносит букет Маришке.

Они смотрят друг на друга сквозь букет...

Зардевшись, Маришка командует:

- Три, четыре! - и надувает щёки.

И Кастет надувает.

И, зажмурившись, они дружно дуют, и белый летучий рой срывается с одуванчиков и кружит, кружит меж ними...

Идут дальше.

Кастет вдруг говорит:

- ЦВЕТНО мне вдруг стало, понимаешь? СЧАСТЛИВО мне с тобой.

- Счастливо, в попе слива! Счастливо, в попе слива! - вприпрыжку дразнится Маришка.

Кастет, изловчившись, хлопает её по заднице:

- Вот в этой, что ли?

- Фу-у-у, что за обращение? - надувает губы - И совсем не только в ЭТОЙ! - и, внезапно вспрыгнув Кастету на плечи, бьёт-бьёт-бьёт его коленкой - Но и В ЭТОЙ, и В ЭТОЙ, и В ЭТОЙ!

Кастет, смеясь, подставляет руки, всячески юлит, наконец, вывёртывается и отдирает от себя Маришку.

И тут слышится приближающийся гул мотора, по деревьям - кустам - гаражам бегут бледные отсветы, и из-за домов выворачивает патрульный "Газик" с зажжёнными фарами.

Кастет, оглянувшись, хватает Маришку за руку и стремительно утаскивает в кусты. Обхватив за плечи, с силой пригибает и усаживает на корточки.

- ЧТО?? В ЧЁМ ДЕЛО?? - переполошённо отбивается Маришка.

Кастет, состроив умоляющее лицо, прикладывает палец к губам.

"Газик" подъезжает и останавливается за кустами.

Работает мотор.

- Менты? - тихо спрашивает Маришка.

Кастет, шёпотом:

- Плохое чувство...

Маришка, так же шёпотом:

- Сержант?

Кастет кивает.

И приподнявшись, выглядывает - дверца "Газика" открывается, и на дорогу действительно спрыгивает Сержант.

Он смотрит по сторонам, затем небрежно бросает обернувшемуся с переднего сидения флегматичному Толстяку:

- Пойду, ПОССУ! - хлопает дверцей и направляется к кустам.

Кастет резко присаживается...

Сержант раздвигает ветки и...

- А, Ч-ЧЧЁРТ! КОЗЛЫ ВОНЮЧИЕ, ГОВНА НАЛОЖИЛИ, ШАГУ НЕ СТУПИШЬ!! - и, матерясь, вытирает подошву о траву...

А в это время Кастет и Маришка, крадучись, перебегают в сторону - за другой куст. И тут Кастет тормозится, усаживает Маришку и шёпотом говорит:

- Если кто из машины вылезет, кричи: "Стой, кто идёт!" - и сразу беги! Встретимся у помойки, ну, у той. Поняла?

Встревоженная Маришка хочет что-то сказать, но, заглянув в его глаза...

где, в глубине - фотография мужчины на надгробье

... кивает.

И Кастет крадётся обратно...

Девушка выглядывает из-за кустов на дорогу...

Сержант, стоя лицом к бетонному забору и придерживая рукой кобуру с выглядывающей оттуда рукояткой ПИСТОЛЕТА, обильно мочится.

Кастет выскакивает из-за дерева и, бесшумно подбежав, что есть силы хреначит его ЛИЦОМ о забор - ННА!!

И, не давая опомниться -

ННА!!

ННА!!

ННА!!

(глухой стук ударов)

И ещё раз -

ННААА!!!!

Отпускает - и, смааааазывая по шероховатому бетону текучий алый след, Сержант мееееедленно сползааааает в собственную мочу, с расстёгнутой ширинкой, вынутым членом и сочащимся алым МЕСИВОМ вместо ЛИЦА.

И тут из-за кустов раздаётся:

- СТОЙ, КТО ИДЁТ!!!

Кастет, быстро оглянувшись, присаживается к телу.

Переворачивает его.

Маришка беспокойно слоняется неподалёко от ТОЙ помойки - и пух облетает с задетых одуванчиков... Поворачивает голову на любой шум. Но всё тихо...

И тут кто-то обнимает её со спины. Она резко дёргает назад головой.

Объятия разжимаются...

Маришка оборачивается - сзади стоит Кастет и держится за разбитую губу.

- Ой, прости, прости! - кидается к нему Маришка - Я просто не ожидала!

- НИ-ЧЕГО... м-м-м... страшного! Хорошо... не по носу... он у меня сломан... весь. - и сплёвывает длинную красную слюну.

Маришка, обняв, порывисто целует его в губы.

Кастет обнимает её и затягивает, и усиливает, и продляет поцелуй...

Отрываются, наконец, друг от друга.

Маришка, тяжело дыша, достаёт из кармана белый платок и протягивает Кастету. Тот намокает его БАГРОВЫМ ЦВЕТОМ и возвращает. Девушка обтирает свои ГУБЫ и, скомкав, делает шаг к помойке, но Кастет удерживает её и забирает платок. Промокает ещё раз и суёт в карман.

- Может, партизанскими двинем? - предлагает Маришка.

- ТАК двинем... в открытую.

Идут по пустынному тротуару. Впереди - шумит проспект.

- Но с тобой-то ВСЁ нормально? - допытывается Маришка - Кроме губы, естественно.

- Ну да!

- А с сержантом? Ты его не убил?

- Не знаю. Навряд ли... Клопа танком не раздавишь.

- А он... ВИДЕЛ?

- Нет. - и, взглянув ей в глаза - А знаешь, я сейчас прямо-таки до БОЛИ ощутил, как ТЫ мне дорога, МАМА... и Пупс! А своей БОЛИ я ВЕРЮ.

Подходят к затихающему вечернему проспекту.

К остановке подкатывает троллейбус. Кастет забирается в него, следом - Маришка.

Едут, трясясь на задней площадке.

Троллейбус оставляет позади знакомую "башню", и Кастет провожает её долгим прощальным взглядом...

- Мы к Пупсу, милый? - вдруг интересуется Маришка.

- Неа. - улыбается он - Мы не к Пупсу, любимая. И даже не ко мне.

- А куда?

- МЫ ЕДЕМ СТРЕЛЯТЬ ПО ЗВЁЗДАМ. ПРОЩАЛЬНЫМ САЛЮТОМ. С МОГИЛЫ ОТЦА. - и, оглянувшись на пустующий салон, достаёт из шорт ПИСТОЛЕТ.

А вдали завывают сирены.

... фотография мужчины на надгробье...

3

Василий ЛИФАНОВ, Анна МЕЛЬНИКОВА

Есть вещи...

1.

Однажды, катаясь на лонгборде, я навернулся на дикой скорости об асфальт и сильно разбил коленку.

Намазал ее перед сном мазью жгучей-прежгучей, на пчелином яде. А чтобы усилить лечебный эффект, обмотал коленку чем-то, что нащупал впотьмах. Пригляделся - трусы. И пусть - не искать же бинт в темноте среди этого бедлама! А спустя пару суток я случайно одел те трусы и пришёл на свидание.

И - так ОГНЕННО прихватили меня те трусики! Так ОГНЕННО!

И я cбежал, позорно cбежал.

Меня, наверное, посчитали странным типом,

ну и что - есть вещи посильнее Любви!

2.

Однажды меня обидела любимая девушка. Незаслужено.

Мы шли с рэп-вечерины к метро и я аж скрежетал от злости, высказывая ей всё. Еще немного, и я грохнул бы ее в этой вот подворотне! Но внезапно я замолчал. Потому что ощутил - мои трусы очутились в районе колен, на "дне" рэперских штанов...

И я, еле пройдя ещё пару шагов, озадаченно сказал:

- Не могу больше ругаться - с меня трусы упали, идти неудобно!

Мы переглянулись... и начали ржать, бешено ржать -

ведь есть вещи посильнее Злобы!

3.

Однажды рано утром я сидел в комнате за столом и читал, покуривая папиросу. Докурил, перелистнул страницу и, не глядя, кинул окурок в мусорную корзину, набитую, как всегда, бумагами.

А они как полыхнут! Сноп огня жахнул вверх и стал облизывать шторы. Ой, мамочки, пожар! - Сейчас все вспыхнет! Звать на помощь! Кого? Нельзя! Мама - в соседней комнате, она же с ума сойдет! - Нет, сейчас заору! Нельзя! Тушить! Чем? - в панике шарю по столу. О, трусы. Куда их? - В рот! Зачем? - Не знаю (только потом понимаю - чтоб не орать). Окно! Распахиваю его и метаю туда пылающую корзину.

Фу-у-у, пронесло.

Двумя пальцами бережно вытягиваю изо рта свои трусы-ы-ы...

и понимаю - есть вещи посильнее Страха!

4

Анна МЕЛЬНИКОВА

Загадка

Влезла без мыла

А устала как лошадь.

5

Василий ЛИФАНОВ

Drum-n-Skate

Музыка - тело

сверху-снизу-сбоку

толкает:

Drum-n-Bass-Bass,

Drum-n-Bass-Bass

Экран в голове

и там -

бесконечный

danger,

danger:

... Ступеньки, разгон, прыжок,

скейт под ногами крутанул - абвгдеёА! -

удар

четырех колес об асфальт -

(наезд-повтор):

у-дар

че-ты-рёх ко-лёс об ас-фальт -

ГУЛ-КО!

Пластинку ладонь толкает -

и опять, опять, опять-опять, опять:

The danger,

danger

Drum-n-Bass-Bass,

Skate-n-Life-Life...

Хорошо!

6

Василий ЛИФАНОВ

Как я заработал свои первые деньги

Свои первые деньги я заработал разбоем.

Сидели у Лёнчика, пили с его отцом. Лет 16 мне было. Тогда только-только перестройка началась и весь этот российский капитализм. Год 1989 был. Папа Лёнчика, бывший мент, работал в охране; сам роста небольшого, а нрава решительного.

Звонит телефон.

- Але! - говорит Папа Лёнчика. - О'кей!

Кладёт трубку и - ко мне:

- Пойдёшь со мной, Денис? Ты один здесь на мужика похож. Надо акт заключения сделки по-охранять. Постоишь рядом, и все довольны. Денег заработаешь. Ну что, идёшь?

- Иду!

Мне - по приколу.

Поднимаемся и, пошатываясь, выходим. Лёнчик нас провожает, пьяные слёзы льет, жалеет. У дверей вручает мне небольшую литую гантельку "на всякий случай"!

Сую её в карман.

Встречаемся на "Таганке" с Шефом Сашей - здоровым бородатым мужиком. А он говорит:

- Вводные изменились. Нужно прессануть одного козла - а то совсем оборзел!

(на самом же деле, как потом выяснилось, "козёл" - это бывший компаньон Шефа; просто они власть не поделили и Шеф решил "наехать")

Затем Шеф подозрительно смотрит в мою сторону, а Папа Лёнчика меня расписывает:

- Ты не смотри, что он такой средненький! Деня - самый здоровый мужик из тех, кого я знаю! Шварценеггер по сравнению с ним - щенок недоразвитый! А Чак Норрис - вообще бред говна! Он каратист знаешь какой? - Каких свет не видывал! Может запросто человека в лоскуты порвать!

Шеф Саша не очень-то убежден.

- Вы пистолеты-то хоть взяли? - спрашивает он, недоверчиво оглядывая меня.

А я, прикинь, и сейчас-то щупленький, а тогда был - вообще "доход"!

- Не! - говорит Папа Лёнчика - Мы нунчаки взяли! - и достает их из-под полы. - А у Дени - и показывает на меня - гантеля есть!

И тут я понимаю, что влип.

Ехал сделку охранять, а попал на разборку. Но не отступать же! - Мужик я, или не мужик?

Едем.

У самого дома Шеф Саша говорит:

- Не помню я, где он живёт. Вон, видите, фура стоит? В кабине водила. Сходите и узнайте номер квартиры.

Папа Лёнчика прямо так нунчаками и постучал по стеклу кабины. И водила, меланхолично жуя резинку, нам всё объяснил.

Звоним в квартиру.

Открывает тёща в бигудях, которая, увидев нас, с лица переменилась...

(Шеф Саша, оказывается, уже один раз приходил сюда, но с реальными пацанами - с пушками)

... и ка-ак заголосит:

- Ой, только не нужно мебель ломать!!!

Мы заходим. Шеф Саша отправляет нас в детскую, а сам уходит базарить.

Стоим там минут десять. Дети спрашивают:

- Дяденьки, а у Вас пистолеты есть?

- Конечно, есть. - отвечаю я.

- И автоматы есть. - добавляет Папа Лёнчика.

- А вы, как в фильмах, умеете стрелять? - спрашивают дети.

- Летая, что ли? - улыбаюсь я.

- Да, да! - радуются дети - Как Женщина-Кошка!

- Мы круче! - решительно заявляет Папа Ленчика. - Потому что мы - русские! А Женщина-Кошка у нас просто сосёт... леденцы!

Тут дверь открывается, и Шеф Саша забирает Папу Лёнчика дальше базарить.

Жду. Долго жду.

Дети показывают мне своё игрушечное оружие - пистолеты всякие, мечи, бластеры. Я их зацениваю и объясняю как пользоваться.

И вдруг влетает Шеф Саша и кричит одну фразу:

- Он!!! Напал!!!

Я понимаю - мой выход.

Забегаем в спальню, а там - картина:

на кровати лежит бесчувственный Папа Лёнчика, а на нём сидит худющий дядя в отвислой тельняшке-маечке и отоваривает его по морде, по морде! Разломанные же нунчаки застряли в разломанном стуле.

Я, видя комплекцию противника, резко смелею, прямо в ботинках запрыгиваю на кровать и сметаю дядю, как ураган. Дядя отлетает к шкафу, с рычанием выхватывает оттуда хрустальную вилку и - на меня.

Я выхватываю гантельку и - на него.

Он наносит удар, метя в голову, я отбиваю, вилка - вдребезги. Но... упускаю гантельку и та, описав дугу, шмякается на подушку рядом с лицом Папы Ленчика, который тут же приходит в себя.

А я, не теряясь, по морде дядю - Рраз! Два! Три!

Дядя валится. А к нему подскакивают Шеф Саша и Папа Лёнчика с криком:

- Добей его, Денис!

Но я величественно отвечаю:

- Каратисты лежачих не бьют!

Тогда Шеф Саша сгребает дядю за шкирку и волокёт к двери.

Но... в комнату вдруг вламывается водила - сам рама 7Х8 и с ножом-стропорезом в руке. Его тёща позвала.

Перепуганный Шеф Саша бросает дядю, тот очухивается и - ко мне. Тоненьким голоском кричит:

- Да ты знаешь, на кого руку поднял? Да ты не знаешь, на кого руку поднял!

И - ну кулачками молотить. А за ним водила с ножом маячит и тёща в бигудях.

Побледневшие же Шеф Саша и Папа Лёнчика стоят в углу и не мешают.

Я понимаю - надо притворяться, чтобы живым уйти. Поэтому сильно преувеличиваю силу дядиных ударов - кричу, кривляюсь.

И тут водила, выплюнув жвачку, отстраняет дядю, и бьет меня ножом в живот... Ну, то есть, делает вид, что бьет. И пригвождает за куртку к стене. Я мгновенно покрываюсь холодным потом.

Но тут вмешивается тёща:

- Хватит мальчика бить! Он нипричём! Мне дети все рассказали!

И меня оставляют в покое.

Водила меланхолично отцепляет куртку и, развернув, дает мне такого "леща", что я вылетаю из комнаты, как Женщина-Кошка.

Следом выходит теща и закрывает дверь.

Затем ведет меня на кухню и, усадив на табурет и налив борща, штопает куртку "чтобы мама не расстроилась".

Дети рядом крутятся, играть зовут.

А я, опустив глаза, в борще ложкой вожу.

Спустя какое-то время из комнаты выходит Папа Лёнчика со сломанными нунчаками, отдает гантельку и хмуро говорит:

- Айда на выход! Сами разберутся!

- А Шеф Саша? - спрашиваю.

- Заложник он.

- Что, так и не договорились? - интересуется теща и предлагает - Может, борща?

- Сыт по горло! - отрезает Папа Ленчика и выходит.

Я, сбивчиво поблагодарив, выскакиваю следом.

Мы возвращаемся домой, поймав раздвижной "Икарус". А дома Папа Лёнчика вручает мне гонорар - 20 $ - за "настоящую мужскую работу".

И берёт с меня слово, что я эту историю никому не расскажу.

И я это слово до сих пор держу!

7

Серж ЖИРО

Ты

Ты - жопой нюхаешь

цветы.

Ты - жопой нюхаешь

мосты,

листы,

шесты

и абрикосы.

8

Василий ЛИФАНОВ

В барчике

Бар гостиницы "Чегет", что на Кавказе, на Эльбрусе. Угарно, жарко, тесно, громко, по телеку в баре - скоростной спуск крутят, музыка пытается всех переорать, все пытаются её переорать, смеются, пьют, танцуют, поют, опять наливают, спорят, дым коромыслом и вверх тормашками всё!

- Ты мне три года коньяк должен!

- Всё равно сноуборд быстрее!

- Не-е-ет, горные лыжи!

- А ты у меня шапку взял, когда отдашь?

- Ты же всего два дня на доске, а уже всё понимаешь.

- Конечно!

- Ты мне в 97 коньяк задолжал. Поэтому шапку обратно получишь в январе 2002 года!

- Слыхал, конец света скоро?

- И-и-и-и-и-и! Мы все погибнем!!!

- У меня bad-trip.

- Представляю, какие козьи морды ты видишь! Может, на улицу тебе выйти?

- Не-е, ты что! Там ТАК накрывает!

- Она съела чего-нибудь?

- Да. И ей на улицу нельзя, прямой канал образуется. Изо лба - на небо, меж звёзд и дальше...

- А о чем поет эта, как её?

- Уа-у-уа-у-а, подпевай!

- Хочу взять у вас интервью! Говори в кулак... Это - Вы?

- Да-а-а!!! Это - Я!!!

- Она поет: "Влюбилась в другого дурака!"

- Очень жизненная история. Так часто бывает. Опыт ума не добавляет.

- Тебе лучше знать - ты лысый!

- Это - постучи по голове - мозг, а не опыт...

- И-и-и-и-и-и! Мы все погибнем!!!

- Отрадное, давай!

- Он на чеченца похож.

- Вылитый. А на самом деле - профессиональный футболист, дубль в "Спартаке". В Москве с его чеченской внешностью - ему просто хана. Менты достают. Раз в месяц он пизды получает стабильно!

- За что?

- А паспорт дома забывает. Хотя сам он - русский с головы до ног!

- Встретимся на склоне!

- Ты с ним не гоняйся, я буду с ним гоняться!

- У них есть такая "0-порция" кофе! Знаешь, что это такое?

- Что?

- Это когда в чашку сыпят кофейный порошок, сахар и... ПЛЮЮТ! Получается "0-порция", понял?

- Ха-ха-ха-ха-ха, ой, блин, ой, не могу, вот прогнал-то! А я повёлся! Ха-ха-ха! "0-порция"!

- Меня Вася зовут.

- И меня - Вася!

- Он шутит! Меня - Миша, его - Рома, Саша и ещё раз Саша.

- Напился, чувствую себя устойчиво, и никакой женщины не надо!

- Так это же отлично!

- Супер.

- Какая у тебя кофточка прикольная, с жирафами!

- Из секонда. А меня тут все осудили, представляешь!

- Зря. Как специалист говорю!

- А вот и не проносишь её на руках весь танец!

- Делаем ставки. Серега, только тебе советую - спорь на 40 секунд! Она же увесистая!

- А где Седой?

- 30 секунд.

- Нет, 40 секунд!

- 1, 2, не мешай, 3, 4...

- Глянь, как Ванесса смычком наяривает!

- А смотри - как он её в танце вытворяет!

- Того и гляди зашвырнет в телевизор - на трассу, под ноги тому чуваку! И он кубарём... на скорости 100 км/ч!

- Нет уж, не надо. Я как ПРЕДСТАВИЛ себя на его месте!

- 15, 16... 30!

- Я проиграл.

- За барную стойку его!

- Мы из-за того, что снега нет, и уезжаем!

- А утром не встанем!

- И-и-и-и-и-и! Мы все погибнем!!!

- Выпей! Коньяка графу!

- Девушка! Нам - 5нет6нет7-8-9... 9, то есть - 10 по 50 грамм!

- И лимон!

- Смотри, какой у него безумный вид...

- Это - нормально!

- Лысый, ты хорошо сказал!

- Видишь - девушка на стол забралась, танцует?

- Ух, кинуть бы в неё бутылку!

- Вполне можно. А как красиво она разобьется!

- Обо что?

- Если о голову, это - нard-вариант. Если о столб поблизости - soft. Выбирай. У нас - интерактивное кино.

- Лучше soft.

- Ну вот. Замедленные съемки: осколки разлетаются красиво, а лицо девушки - совершенно случайно - проходит меж ними - фиу-у-у-у! И последний осколок, когда она, крутанув волосы цвета ржи...

- Ржи или ржавчины?

- Ржи... Вихрь волос вокруг головы, она её, значит, поворачивает, улыбаясь нам: "Ну, как я Вам?" - и последний осколок проходит сквозь ее улыбку...

- Подрезав попутно щёчки!

- Да! Челюсть девушки отваливается, и улыбка становится шире и прекрасней! И все: "Вау! - Да ты красавица!"

- Не пей!

- А я его обогнал метров на 400 и ждал 3 секунды.

- Не может быть. Его скорость тогда была бы 100 м/с!

- И-и-и-и-и-и! Мы все погибнем!!!

- Точно говорю - 3 секунды! И 3 года ждал коньяка. Давай краба. Меня Валерий Валерьевич зовут.

- Меня - Вася, Миша, Серега, Рома!

- Ди-Джей.

- А чего музыки нету?

- Они компакт, наверное, перематывают.

- Ненавижу горнолыжников!

- Всех горнолыжников сослать на Чегет!

- Они коленками стучат!

- Бугров наделали - хрен проедешь!

- Ребята, на самом деле это - пьяные базары! Мы все напились, а вообще сюда приезжаем адреналин получать. Потому что без него уже не можем в этой жизни!

- Выступаешь серьёзно, Ди-Джей, уважаю! За тебя, друг!

- За нас!

- За снег!

- За горы!

- За сноуборд!

- И-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и!!!

9

Василий ЛИФАНОВ

Полёт

А-а-а-а-а-а-а-а... - РАЗВЕВАЯСЬ ВО ВСЁ НЕБО!!!

3 мин.

10

Василий ЛИФАНОВ

Аня Мельникова

Аня - румяная, весёлая и плотно-статная девушка со смешной "гусиной" походкой, царственной осанкой и с окаянными чёрными глазищами, родом из Пензы и танцунья - с детства, училась тогда в танцевальном училище при Московском Институте Культуры, работала в танцевальном коллективе "Подмосковные вечера", снимала комнату в районе Цветного бульвара и любилась со мной.

Встречаясь, мы рассказывали друг другу разные истории, которые произошли с каждым по отдельности. А потом радостно пускались в совместное плавание.

Вот несколько рассказов Ани.

А ты будешь себя прилично вести?

Я люблю поорать после занятий, натанцевавшись. Просто так, поорать - такой кайф! А-а-а-а-а-а-а!!! А-а-а-а-а-а-а!!!

Начинаю ещё на лестнице в раздевалку. Ору и в раздевалке. Иногда - на выходе из училища.

Девчонки уже привыкли, относятся cпокойно.

А сегодня вот что случилось.

Все девочки оделись, попрощались и ушли. А одной из них - Диной зовут - я предложила пойти вместе. Та согласилась и ещё минут десять наблюдала, как я носилась по раздевалке и орала:

- А-а-а-а-а-а-а-а!!! Йя-я-я-я-я-я-я!!!

Ну ладно. Оделась. У меня такое умиротворение в душе, так спокойно. Выходим из института, а Дина на меня так опасливо смотрит и спрашивает:

- Аня, а ты на улице будешь себя прилично вести?

- Ну конечно!

Идём по парку. Тихо, листья кружат, осень. Проходим мимо какого-то дерева, и тут я вижу, что на нём сидит немерянное количество ворон и, похоже, спят. Ни фига себе!

И я им как заору:

- Ка-а-а-арррр!!!

Что тут случилось. Дерево будто взорвалось. Из него рванули ополоумевшие вороны, суматошно молотя крыльями и опережая свой испуганный крик.

Дина укоризнено качает головой и, когда мы отходим от эпицентра стихийного бедствия, говорит (а девушка она культурная, воспитанная):

- Аня, ты ж обещала!

- Всё, всё, Диночка, буду вести себя прилично.

И я веду себя прилично.

Чинно идём и беседуем с Диной о высоких материях. Но когда мы проходим мимо ларька хлебобулочных изделий, и я вдруг слышу, как какой-то бодрый старикан спрашивает у продавщицы:

- У Вас черный круглый хлеб есть? - то не выдерживаю и, повернувшись, кричу ему в спину ужасным трубным голосом:

- Не-е-е-е-е-ет!!!

Старикан от неожиданности подпрыгивает и озирается испуганно. И три тетёньки в очереди замолкают и смотрят.

А мы неспеша уходим, чувствуя на себе их взгляды...

Но после этого я вела себя очень прилично.

Закодированные

У меня подружка на диету села. Встречаемся - глаза блестят, энергия какая-то из неё прёт. Я-то такая всегда, а она - когда на диете. В общем, у обоих крыши отсутствуют.

Ладно. Приезжаем в "Пироги". Смотрим: в зале - народ спокойно сидит, кто-то книжки читает, кто-то тихо беседует.

Садимся за столик, берём по чаю. Она - потому что на диете, а я - за компанию. Сидим, пьём. И тут нас чего-то на хи-хи пробило. Сидим, друг на дружку смотрим, и давимся со смеху. И остановиться ну никак не можем! Краем глаза замечаю, что на нас двое каких-то интеллегентных дядечки дико посматривают из-за соседнего столика. И тут подружка отлучается в туалет. А дядечки меня спрашивают:

- Скажите, а Вы в чай себе ничего не подсыпали?

- Нет - отвечаю - возможно, это нам кто-то что-то подсыпал.

Дядечки заметно оживляются и предлагают:

- А может, Вам туда подсыпать ещё и рома?

- Спасибо, не надо. Мы с подружкой закодированные, пьем только чай и смеёмся. И больше нам ничего нельзя!

И дядечки опять смотрят дико...

Телефонный молодой человек

Как-то зимой Аня вечером возвращалась откуда-то домой и спустилась в районе Арбата в подземный переход. А там уличные музыканты играли лихое рокабилли. И стояла толпа всяко-разных людей. А у Ани было такое настроение, что ей очень хотелось попрыгать. И она влезла в круг и принялась эк-выкаблучивать. А рядом какие-то молодые люди танцевали. В конце концов они познакомились. Эти молодые люди даже проводили её домой - в один из тех переулков, которые во множестве параллелятся между Сретенкой и Трубной, и один молодой человек даже попросили у неё телефон. Аня влёгкую его дала.

И всё.

Позвонил этот парень в мае.

- А Аню можно?

- Я Аня.

- А вот помните, меня... Рината?

- Какого Рината? Может быть, вы ошиблись номером?

- Нет, нет, это тот-то и тот-то номер?

- Да.

- Значит, это Вы. Помните меня, мы с Вами познакомились в январе на Арбатской и...

- Помню, ну и что Вам надо?

...

И с тех пор Ринат звонит периодически. Причём, такое ощущение, что звонит он просто из-за жажды общения.

Я же прикалываюсь по-всякому.

Например, когда мне неохота с ним говорить, я сообщаю в трубку:

- Аня, а её нет дома.

- А когда она будет?

- Поздно, может, вообще сегодня не будет.

В другой раз он мне говорит:

- А это что у тебя, сестра есть?

- Да, конечно.

- Голоса так похожи. Я вас путаю. Знаешь, она говорит, когда я прошу Аню: "Аню не можно!"

Тут я возмущаюсь - я помню, что я так не говорила.

- Да не могла она так сказать - что я, свою сестру не знаю?

В другой раз он думает, что это - моя мама.

- Да, конечно. - говорю я.

А он не помнит ничего.

...

В какой-то момент он стал допытываться, как я выгляжу, потому что, естественно, забыл.

- Вот тебе и раз... Да и я не помню, как ты выглядешь, Ринат.

- Я катаюсь по Москве на лыжах и в красных трусах. А как выглядешь ты?

- Красиво.

...

Звонит после этого:

- Гулял и, кажется, видел тебя. Ты - такая низенькая девочка в шапочке, ножки у тебя колесом, и ты прямо катишься на них. А ещё - у тебя очки с толщиной стекол 4 мм.

- Ну конечно, это я. Молодец, узнал.

- Почему же ты на меня не обратила внимания?

- Ну я же не видела лыжника в красных трусах. Если увижу - обязательно отсалютую ему.

...

В какой-то момент он стал интересоваться - где я живу. Потому что, опять-таки, забыл.

- Я помню, ты живешь в районе Цветного бульвара, а переулок - забыл!

- Ну что же ты так!

- Слушай, я хочу разыскать то место, где ты живешь.

- Ну, разыскивай.

...

И вот он с тех пор меня частенько разыскивает. Причём звонит периодически по мобильному, который незаконно подключен - иначе стал бы он со мной по пол-часа разговаривать!

И, видимо, к нему постоянно подходят на улице денег просить, потому что я часто слышу в середине фразы:

- Вот сейчас украду, и тебе дам!

Или:

- Опять в мою сторону мальчик направляется. Мальчик, мальчик, мимо, мимо!

Очень часто звонит из телефонной будки. Потому что кричит:

- Аня, Аня, у меня время кончается.

- Так ты из телефонной будки говоришь?

- Да! Я там живу!

- И как же ты там спишь?

- А я её набок кладу.

- Хорошо, наверное, тебе - и телефон, и душ, и коечка в одном месте.

- Да, хорошо. Аня, в каком же ты переулке живёшь?

- Ищи, если хочешь.

...

На другой день звонит:

- Искал тебя вчера с 11 ночи. В одном подъезде увидел девушку, стоящую раком... она тоже чего-то искала. Подошел, поинтересовался. Глаза у девушки были заплаканные. И мы разговорились. А потом она повела меня к себе домой... искать домового. После этого мы пошли играть в "Бинго", сути игры я так и не понял, но проиграл 150 рублей. После этого девушка меня повела на экскурсию по подвалам по местным... Знаешь, Аня, какие у Вас подвалы в районе замечательные! Очень красивые есть места... В общем, закончили мы по подвалам ходить в 6 утра. И я больше не стал тебя искать, Аня. Потому что хотел спать.

- Ничего, в другой раз найдёшь.

- Сегодня вечером.

- Ищи.

Вечером, часов в 12, звонит:

- Аня, я замучился ходить, да вспоминать, давай я буду кричать под окнами: "Аня, Аня"! И если я угадал дом, ты выглянешь?

- Хорошо, выгляну.

Занимаюсь своими делами. За окном тишина, ничего не слышно.

Звонок через час-полтора. Кричит Ринат:

- Аня, прощай, меня забирают!!! - и тишина...

...

На следующий день звонит, рассказывает:

- Стою в одном переулке, кричу под окнами: "Аня, Аня!" Никто не выглядывает. Перехожу в другой переулок. Опять кричу под окнами: "Аня, Аня!" Едет милицейская машина. "Чего кричишь в пол-первого ночи?" "Так, мол, и так, девушку вызываю". "А чего в дом не зайдёшь?" "Понимаете, там родители, то сё..." Ну ладно. Уехали. Перехожу в другой перулок. Кричу опять: "Аня, Аня!". Никто не выглядывает. И тут опять - менты. "Смотри, он опять орёт. Чего здесь-то орёшь?" "Понимаете, вчера вечером провожал, переулок не помню, вот и перепутал". Хорошо. Тоже всё логично. Уехали. Перехожу в третий переулок. Кричу: "Аня, Аня!". И вижу - те же менты. А они, наверное, тоже увидели меня - у меня яркая жёлтая куртка. И тут я вдруг понял, что отмазаться мне уже не удасться. И кинулся бежать. Они - в погоню. С мигалками... Аня, я изучил все ваши районные тупики! Но в одном они меня настигли. Но я успел тебе позвонить!

- Теперь-то я понимаю, почему у тебя голос был такой грубый!

Не хочешь ли ты себя... понаслаждать?

Аня рассказывала, что у неё дома соседнюю комнату хозяйка сдала какому-то манекенщику. Манекенщик - высокий прозрачный юноша, звать... впрочем, неважно. По словам Ани - очень странный персонаж: в комнату заходит в куртке и в ботинках, а выходит оттуда тоже в куртке и в ботинках. Неизвестно, где моется и чем питается. Хотя чем он питается, Аня случайно выяснила.

Время - пол-двенадцатого ночи. Собирается она на встречу со мной и слышит из-за неплотно прикрытой двери в комнату такой разговор. Видимо, манекенщик говорит со своей девушкой. Говорит нежным томным голосом:

- А сегодня после трудного трудового дня на подиуме я решил себя... ПОНАСЛАЖДАТЬ: я съел мороженое "Славутич"!

И так как по всей видимости, девушка не понимает, что это за мороженое, пускается в объяснения:

- Ну, оно напоминает "Опал Фрутс".

Опять не понимает!

- Ну помнишь, на рекламном щите у станции "Университет" мы его видели?

...

- Не-ет! Оно такое в стаканчике, в середине - глазурь, а внутри - варенье!

...

(растерянно)

- Да... Почему я съел его без тебя?

(горячо)

- Ну хочешь, я тебе завтра куплю это мороженое?

...

- Нет... А хочешь, я тебе сегодня его куплю, приеду к тебе и куплю? И понаслаждаю?

...

(мрачно)

- Не хочешь, чтобы я приезжал... Ну и не надо.

И в этот момент посмеивающаяся Аня уходит на встречу со мной.

11

Анна МЕЛЬНИКОВА

Загадка

Вставили боком,

А дальше не пустили.

12

Василий ЛИФАНОВ

Первый поцелуй

Солнечное утро.

Модная спальня с интерьером и дизайном. В ней царит бардак: разбросана одежда, обувь; валяются пустые бутылки, тарелки с подсохшими ништяками, компакты и видеокассеты.

На громадном "сексодроме" спят трое: юноша, девушка, юноша. Всем - лет по 18. Девушка - коротко стриженная, круглое лицо, полные губы, нежный румянец. Юноша№1 - горбоносый (в левой ноздре - шляпка гвоздя), лысый, лишь на затылке - белёсая прядка. Юноша№2 - дреды, узкое лицо, полуоткрытый рот, не хватает переднего зуба.

Спят.

Издалека раздаётся долгий звонок в дверь.

Девушка просыпается. Блаженно зевает. Затем прислушивается.

Вдруг на её лице - ужас. Она бросается тормошить ребят:

- Грустный (это лысине), Вован (это дредам), просыпайтесь-родители вернулись!

Те что-то бурчат. Открывают глаза.

Грустный недовольно восклицает:

- Глашка, ты что - осатанела? Какие родители? Они же должны в середине мая вернуться!

- Так сейчас и есть середина мая! Давайте в шкаф быстрей залезайте!

Вован рассудительно отвечает:

- Не, Глашка, в шкаф - это не круто!

Грустный добавляет:

- Сидеть в шкафу до вечера - это ТРЭШ! Лично я в шкаф не полезу.

Девушка вскакивает с кровати, мечется по комнате, ища свою одежду. Находит - широченные штаны, гигантская майка. Суматошно натягивает (звонок между тем надрывается).

Вован и Грустный лёжа спокойно следят за нею.

Наконец, Вован говорит:

- Да-а-а, крошка, придётся тебе сказать всю правду.

- Ты с ума сошёл! - кричит девушка, - Меня же папа убьёт!.. Ну придумайте же что-нибудь! - в её голосе слышно отчаяние.

- А ты скажи родителям, что мы - "голубые"! - вдруг предлагает Грустный.

- Да, - соглашается Вован - Мы даже поцеловаться можем.

- Ладно. Это пойдёт. - успокаивается Глашка. - Вот только как я объясню, что двое "голубых" оказались в родительской кровати? - раздумчиво бормочет она, скрываясь за дверью.

Слышны торопливые удаляющиеся шаги.

Требовательные трели звонка.

Потом - тишина.

Потом - грохот чего-то опрокинутого.

Потом - тяжёлые приближающиеся шаги в паре с лёгкими.

У двери они останавливаются...

Вован и Грустный взасос целуются.

Дверь пинком распахивается.

На пороге - покосившийся взъерошенный молодой человек в порванной грязной майке, со скейтом в руках и с початой бутылкой водки в кармане полусвалившихся штанов. На локте - кровоточащая ссадина. Взгляд - мутный.

- О-о-о! - удивляется молодой человек, икнув. - Я всегда подозревал... что Вован и Грустный... "голубые"!

А те, оторвавшись друг от друга, глумливыми гнусными голосами поют:

"Первый поцелуй, первая печаааль,

Первое прости, первое прощааай!.."

Потом Грустный кричит:

- Плоский, иди к нам!

Плоский поднимает скейт над головой и выдаёт:

- А давайте жиранём и пойдём кататься! - швыряет скейт на пол и - прямо в кедах - вспрыгивает на кровать и, не устояв, валится на бешено хохочущих Вована и Грустного...

Глашка в дверях беспомощно вздыхает.

13

Анна МЕЛЬНИКОВА

Загадка

Конь, а не лошадь!

14

Василий ЛИФАНОВ

ЦСКА - Спартак, 1 : 1

Беснуются трибуны:

слева - всё красно-белое, спартаковское.

справа - красно-синее, армейское.

Вечернее метро. Вагон, в принципе, свободен, но все сидящие места заняты. Кое-кто стоит.

На одной из скамеек, запрокинув стриженную голову, спит ультрас "ЦСКА": красно-синий шарф, натруженные кулаки, на разбитых губах - запёкшаяся кровяная корка, рукав куртки надорван.

Рядом с фанатом пустует место - одно-единственное в вагоне.

Народ на это место косится и не занимает.

Станция.

Прихрамывая, в вагон устало заходит спартаковский фанат: красно-белый шарф, на выбритых висках - спартаковские эмблемы, под глазом - обширная гематома. Кроссовки забрызганы кровью.

С ненавистью оглядев армейского фэна, "спартаковец" прислоняется у дверей. И его тоже начинает неудержимо клонить в сон: голова падает на грудь, ноги подкашиваются. "Спартаковец" просыпается, переступает, морщится. Тоскливо оглядывается на манящий кусок сидения. Смотрит туда-сюда на соседние вагоны - а там все сидячие места тоже заняты. Тяжело вздохнув, снова пытается заснуть, и снова неудобно.

Просыпается и, решившись, грубо подвигает армейского фэна и усаживается рядом.

Парни беспокойно спят:

ворочаются, хмурятся, открывают и закрывают рты...

Наконец, устраиваются удобно:

склонив головы друг на друга, мирно спят.

И вдруг им - ВИДЕНИЕ:

Трибуны, рёв, слева - всё красно-белое, справа - всё красно-синее.

Парни разом - как от кошмара - просыпаются.

Ошалело смотрят друг на друга...

Но вот их глаза проясняются. И наливаются ненавистью.

Отодвинувшись, они буравят друг друга взглядами.

СТИСНУТЫЕ КУЛАКИ С РАССАЖЕННЫМИ КОСТЯШКАМИ...

И тут у спартаковского фэна - видимо, от напряжения - из носа показывается тоненькая струйка крови.

Тоненькая струйка крови.

Что-то в лице "армейца" меняется. И он достает из кармана несвежий носовой платок и протягивает врагу.

"Спартаковец", помедлив, берёт платок и, промокнув красным, возвращает.

"Армеец" неловко берёт его другой рукой, тут же роняет и подхватывает на лету. Морщится.

"Спартаковец", видя это, роется в кармане и протягивает грязный эластичный бинт.

Ультрас благодарно кивает и перематывает поврежденное запястье.

Затем лезет в карман и, достав оттуда сигареты, предлагает "спартаковцу".

Тот берёт сигарету, и они прикуривают от его "фирменной" красно-белой зажигалки.

Посматривая друг на друга, парни с наслаждением курят, выпуская в атмосферу вагона клубы сигаретного дыма.

Народ посматривает на них, но ничего не говорит.

Станция.

Парни кидают окурки, встают, выходят и, стукнувшись кулаками, расходятся в разные стороны.

В разные стороны.

15

Серж ЖИРО

Страдания

Ах! Как бьётся сердце!

Как тяжело и часто

Сжимается и разжимается диафрагма!

Ах! Как глядят напряжённо глаза!

Как больно пошевелить левой рукой!

Как не хочется расставаться с зубами,

Белыми и отполированными, как холодильник!

16

Василий ЛИФАНОВ

О шторах

Зато мне все ясно относительно штор на окнах.

По этому поводу вспоминаю историю, которая приключилась когда-то с моим другом Гришей.

Он только-только въехал в квартиру на 3 этаже хрущовской пятиэтажки, как у него закрутился бурный роман. Потом роман схлынул, но приехали друзья - пара из Питера. И веселье закрутилось снова, уже на троих...

И как-то раз в час ночи раздается звонок в дверь.

Гриша подходит к двери, спрашивает:

- Кто там?

- Это ми, - раздается из-за двери - ваши сосэди!

Гриша сильно удивлён - с одной стороны, он знает, квартира пустует, с другой стороны живет глухонемая бабушка. Так что помешать своей музыкой они, по идее, никому не могут.

- Какие соседи, что Вам нужно? - встревоженно переспрашивает он.

- Это ми, сосэди напротив, ми за Вами давно смотрым... Это ти, такой высокий бледный малчик? Можэт, откроешь, познакомимся, дыню съедим, выпьем коньяку, а?

- Спасибо, не надо, мы уже спим! - и, порядком озадаченный, Гриша возвращается в спальню. Открывает окно и точно - на балконе четвёртого этажа соседней пятиэтажки он видит трёх жгучих брюнетов с биноклями! И они ему горячо машут руками!

- То есть выходит, они весь этот месяц наблюдали за нами. Сначала во время моего бурного романа, а потом - за мной и моими друзьями из Питера. - заключил Гриша - А если учесть, что свет в спальне мы частенько забывали выключить, и через незанавешанные окна было ВСЁ и ВСЕХ прекрасно видно, то понятно, почему эти дети гор сошли с ума и решили, что могут присоединиться к нам... С дыней и коньяком.

Так что шторы на окнах не нужны!

17

Василий ЛИФАНОВ

Хэ Зэ

Позднее метро. Полупустой вагон. На месте "... для пассажиров с детьми и инвалидов" сидит миловидная девушка романтического стиля: костюмчик, туфли-шпильки, сумочка, яркий (но не чрезмерный) макияж. Из-под кокетливой шляпки бегут длинные светлые волосы. Девушка читает маленькую книжку в мягкой обложке.

Внезапно отвлекается и смотрит налево.

Прислонившись к надписи "Не прислоняться", у дверей стоит скромно одетый лобастый молодой человек, который внимательно разглядывает девушку. Пальцы рук накрепко сцеплены... Встретившись с ней глазами, молодой человек быстро отводит взгляд (стекла его очков испускают блик), переступает и сглатывает...

Как бы невзначай снова смотрит на девушку и, заметив, что та читает, принимается за старое...

Глаза молодого человека влажные и упорные (но не наглые).

Девушка снова отвлекается от чтива, поднимает голову.

...

Быстро отводит глаза, опускает их долу и розовеет. Молодой человек тоже, похоже, смущен: он опять делает вид, что медитирует (очки - блик, блик). Потом поправляет ворот рубахи. Убирает руки за спину. Сглатывает. Еще раз переступает. Сглатывает. Играет желваками...

Снова украдкой смотрит на девушку. Она это чувствует, поводит плечами, бросает взгляд направо и...

её взгляд упирается в раскрытую газету, что держит сосед напротив - упирается прямо в заголовок:

"Маньяк... желает познакомиться".

Бровки девушки ползут вверх, и на лице проступает беспокойство. Она осторожно переводит взгляд на молодого человека, который тут же отводит глаза (очки - блик, блик).

Это вдруг кажется подозрительным...

Двери открываются.

Девушка поспешно выходит. Молодой человек - за ней.

Девушка быстро идет по пустынному переходу.

Мелькают-цокают каблучки.

Миловидное лицо напряжено.

Сумочка нервно прижата к подрагивающему округлому бедру.

Подозрительный молодой человек следует в некотором отдалении.

Стёкла очков хищно поблёскивают.

Кадык остр.

Взгляд устремлён.

Кулаки полусжаты.

Шаги широки...

И тут девушка бросается к бабушке, торгующей ландышами и завтрашними газетами, и принимается покупать букетик. Пока ей отсчитывают сдачу, осторожно скашивает глаза...

Молодой человек неподалеку покупает тюльпаны.

ИЗМЕНА!!!

Девушка хватает мелочь и бежит вверх по лестнице.

Молодой человек, ускоряясь, - следом.

Девушка вскакивает в подошедший поезд. Оборачивается и с ужасом смотрит, как подбегает преследователь...

и двери захлопываются у него перед носом.

Молодой человек шагает в сторону и, протягивая сквозь открытую форточку в вагон тюльпаны, торопливо говорит:

- Девушка, девушка, это - Вам!

Девушка облегченнейше вздыхает...

Восклицает:

- Тогда это - Вам! - и отдает ландыши, взяв тюльпаны.

Поезд, наконец, трогается.

Молодой человек машет вдогонку букетиком.

Девушка садится. Улыбаясь, нюхает тюльпаны.

Потом смотрит вправо и...

видит в развернутой газете, что держит сосед напротив, заголовок:

"Едва не познакомилась... с маньяком!" -

Девушка с сомнением смотрит на тюльпаны, потом - на другой заголовок:

"Болотные лярвы разделали бабушку".

потом - на желтеющее название газеты...

и брезгливо морщится.

И тут газета опускается, и на девушку смотрит тот, кто ее читал: добро-улыбающийся мужчина со шрамом на лице.

На майке, обтягивающей мощный торс, крупно написано:

МАНЬЯК

...

18

Серж ЖИРО

Берёза

Огромной берёзе жарко весной,

(Маленькой ёлочке холодно зимой)

Тогда в оранжерею посадили дерево,

(Из лесу ёлочку взяли мы домой)

Ветки оборвали, отошли подальше от неё,

(Бусы повесили, встали в хоровод)

Мрачно-мрачно проводили праздник Весны.

(Весело-весело встретили Новый Год)

Нету на берёзе ни одного серого кубика,

(Сколько на ёлочке шариков цветных)

Синих пельменей и бананов алюминиевых.

(Розовых пряников, шишек золотых)

19

Василий ЛИФАНОВ

Сноуборд - альтернатива?

За-ради какого кайфа занимаются сноубордом? Что в этом такого позитивного? Что негативного? Что опасного? Сноуборд - это альтернатива? Чему?

Перед Вами - рассказ о нашей новогодней сноубордической поездке на Урал. Возможно, в нем есть какие-то ответы. Только имейте в виду: в этих ответах - лишь доля истины. И она, эта доля истины, предупреждаем сразу - БРУТАЛЬНА.

*Встретить 2000 год на Урале, в городе Аша, катаясь на доске - прикольно! И новый сноуборд опробую, и деньги с пользой потрачу. И черт с ними, с опасениями.

*"Мы вчера напились. А потом Петька мою девку трахнул. А я ему за это морду набил. И его девку трахнул. А давай и этим козлам тоже вломим!" - прикинь, Васо, какие мы с Грустным базары слышали среди ПАЦАНОВ, когда в прошлом году в Ашу ездили! Стрёмно было. А что в этом году будет - вообще неясно. Поехали с нами, Васо! - Вожжём там как надо!" - так уговаривал меня Киви на склоне в Крыле.

*И мы поехали во Зло. И всё за-ради Снега.

*22.47. Станция Аша. Вокруг - мрак кромешный, редкие огоньки и мороз -30. Иду по перрону. Гляжу насторожено. Резких движений не делаю. Не отсвечиваю. Я один. Туса приедет утром.

*Ночую в зале ожидания в обнимку с рюкзаком и доской. Обстановочка: зеленые стены, тусклый свет, заледеневшие стекла, от дверей сквозняком тянет студеным, клубы пара изо рта, срань какая-то на полу хлюпает, синие бомжи/хи хрипят над ухом, пьяные горланят, население слоняется, изучает меня внимательно...

*Утро. Мороз и солнце. Встреча со своими. Марш-бросок в гостиницу. Вписка. Проблема: мне, Виталику и Олегу не удалось вырубить двухместный номер (мест нет!), поэтому, посовещавшись, они сняли по одноместному номеру. Номера эти располагались на наветренной стороне здания, и в них было уютно, как в могилах. Я вселился к Виталику незарегистрированным. Поэтому пришлось спать на полу в спальнике. Воистину мне выпала жестокая участь! Жёстко - раз, холодно - два (из окон сифонил ледяной сквозняк). Хорошо хоть, горячая вода в душе имелась.

*- Да ты, Василий, не переживай, мы тут лишь сутки побудем. А потом на частную квартиру съедем.

- А чегой-то вы хотите от народа отделиться? А, Олег?

- А ты знаешь, чего ОНИ в поезде творили по-пьяни?! Их три раза хотели ссаживать! Мы с Виталиком на это посмотрели и поняли, что спокойствие дороже. ОНИ же эту гостиницу завтра разнесут! У НИХ же, когда ОНИ перепьют, совсем башню свинчивает!

*Но на квартиру мы так и не съехали. Как-то не сложилось у нас. Остались в гостинице. Когда ветер дул с нашей стороны, я залезал в спальник полностью одетый: в шапочке, куртке и т.д. Подоконник нам служил морозилкой.

*Несмотря на опасения Олега, встреча Нового 2000 Года прошла с минимальными разрушениями. Ситуация была на грани контроля, но все-таки не пересекла ее. Поэтому-то персонал гостиницы и стерпел безумное зрелище праздника, попирающее все допустимые отклонения от их норм приличия. Но счет, конечно, потом выставил. Ну а нам... нам было чрезвычайно весело.

Все просто: молодость, энергия, алкоголь.

*Киви обливал всех шампанским; Лены пили в быстром темпе; Олег поджигал бенгальские огни; Виталик горстями разбрасывал стаканчики с мороженым; Жукс, Плоский, Патологоанатор и Спай мазали мороженым лица и радостно обтекали; Грустный задирал майку и демонстрировал татуированный сосок; Йогурт обрушил стол; Шура разбил несколько бутылок; я танцевал разнузданный хип-хоп с какой-то женщиной в вечернем платье и чуть было не овладел ею на танцполе, затем сломал стул и разорвал тапки; Зукер метался с веником и совком; Олег и Виталик выпили на двоих здоровенную банку кофе, и их накрыло; я, Киви, Грустный и Виталик прыгали друг на друга грудями, слэмуя под "Рычаги"; Лена фотографировала; другая Лена постоянно просила поменять музыку; Грустный и Киви голыми кувыркались в сугробах, долго не могли оттуда выплыть, но выплыли, вернулись и одевались за праздничным столом; Плоский съел кусок пожарной сигнализации; я и Виталик стучали по столам ритмы и рычали горловое пение; Йогурт вышиб ногой дверь в номер, куда уединились для выбривания черепов Киви и Грустный, и откуда они нежно стонали. И т.д., и т.п.

*Нарваться на неприятности в Аше можно не чаще, чем в Москве - МЕСТА знать надо. У нас случился лишь один такой инцидент, когда Спай, отправившейся после Нового Года позвонить, был вынужден топить по прямой от пятерых бухих местных упырей. С нами же судьба обошлась милостиво.

*Уральские горы - добрые. Они редко наказывают человека.

*Мир: склонившиеся трассы, хрустально-оцепенелый лес, задумчиво-опадающее небо. Белое - на белом - на белом... Это было прекрасно. Мы понимали.

*Когда едешь по лесу, нужно уворачиваться в ритме раздвараздваёб!двадватвою!!раздваааматьматьмать!!! Руками закрываешься от хлещущих ветвей, доска скрежещет о стволы и пилит кустарник, потревоженный снег осыпается тоннами, воздух искрится, очко играет - чума, в общем! А награда тому, кто рыскал по лесу - заброшенные трассы и просеки, где снега нетронутого - немеренно (Плоский одно место нашел, где вглубь можно загрузиться в полный рост).

*Олег разфигачил о ёлку край своей новой дорогущей доски и завязал. Я чуть ногу не сломал о наклонное дерево, и тоже завязал. Киви въехал в реку и ноги промочил. Зукер долбанулся на скорости о ствол головой, разбил маску и два часа потом ждал, чтобы тело и голова снова сообща заработали.

*Когда едешь под подъемником, прикол другой. Тут - тройное совмещение: узкая просека и навстречу тебе несутся опоры, а также люди едут. Вот и снуешь туда-сюда у них под носом, как демон, взрывая облака снега.

*Едва не зарубил какого-то малыша, который внезапно в сторону вильнул. Хвала Аллаху, я успел отвернуть. А внизу долго в себя приходил, потому что если бы...

*Совершенно отдельный кайф - езда по целине. Глубокой-глубокой. Склон впереди далеко просматривается, доска пушит снег нэжно-нэжно, несет тебя мяко-мяко и играет под тобой, ох, и играет! - а скорость растет нэзамено-нэзамено; ты летишь, паришь в упоении и восторге, а движешься всё быстрее-быстрее-быстрее и вот уже ощущения зашкаливают... Если падаешь, то надолго исчезаешь в разматывающемся белом шлейфе. Выкарабкиваешься, дыша, как конь, глядь, а маска затуманилась и ты один - на тихом-претихом склоне. И в мире один... Безмолвный Покой...

Целина, дети - это очень позитивно!

*Когда катаешься, покурив, то всё воспринимаешь совсем по-другому.

*Когда катаешься ночью при факелах по укатанной ратраком трассе среди мехового искрящегося леса, пронизывая дрожащие световые овалы и снова ныряя в синюю тьму, то всё воспринимаешь совсем по-другому... Вокруг Йогурта и Хакамады, когда они вернулись с ночного катания, ощутимо воздух дрожал. И пенился счастливо.

*На третий день народ стал мутить себе биг-эйр (трамплин). Киви, который всех на горе знал, договорился с ратраком и за минимальные 50 руб застроил его подгребать к трамплину снег. Ребята равняли его лопатами, укрепляли ветками, поливали, где надо, водой, чтоб схватился. Я частенько видел Плоского, который ехал на доске и с ведром в руке. Трамплин получился клёвый. Выбрасывал далеко, приземлял мягко. Стали прыгать. Красиво! - Спай крутил эффектные родео-флипы. Грустный - три сиксти. Виталик и Олег тоже прыгали. Виталик - впервые. Потом делился впечатлениями: "Интересная штука со временем происходит. Сначала эти две-три секунды полета кажутся тебе одной секундой, полностью набитой страхом-а-а-а-ах! - и вот она, земля. Но прыгнешь раз, другой, третий, и время растягивается. 2-3 секунды уже вмещают 4-5-6 "секунд", и появляется время сообразить, чего к чему."

*Трамплин простоял недолго - день. Я не успел ни пофотографировать, ни сам попрыгать. Думал, завтра, а назавтра его не стало. Оказывается, во время факельного катания какой-то горнолыжник прыгнул с него, упал и сломал позвоночник. И спасатели по-быстренькому, от греха подальше, снесли наш трамплин ратраком.

*- Василий, а твоя доска - хорошая?

- Хорошая.

- А дай мне на ней прокатиться!

- Нет, Лена, не дам.

- Почему?

- Доска, Лена, как и шприц, должна быть у каждого своя!

*Представляете, ребята, - рассказывал нам Грустный - со мной моя доска разговаривает! Честное слово! Еду я как-то с катания. Стою в автобусе, смотрю на доску. А та вдруг и говорит: "Что, Грустный, прикольно было?" После этого я решил, что пока у меня есть сноуборд, девушки у меня не будет. Хочу вытатуировать себе (поднимает майку) пояс верности, который будет идти вот так (показывает). А когда мы поехали с Кэтсом, Шурой и Патологоанатором по спортивной трассе, а Вы знаете, там пиздец как круто, я просто глаза закрыл и подумал, пусть меня доска сама вывозит, и втопил по прямой! Ведь главное в жизни - не сбавлять обороты! Если сноуборд захочет, пусть заберёт у меня всё, что ему нужно - здоровье или чего там ещё.

- А правда, что ты доску кладёшь к себе в постель?

- Правда.

*Однажды, мне рассказывали, Грустный узнал, что сестра подсела на иглу. Грустный сильно раcстроился, жестко поговорил с сестрой, и, выяснив, что та всё-таки хочет слезть, сказал ей: "Хорошо, ты слезешь!" И буквально на следующий вечер они с рюкзаками и досками уехали в Хибины. Вылезли на станции, и Грустный повел сестру, которая была в невменяемом состоянии, в горы. Лезли по перевалам где по пояс в снегу, где по грудь, в трескучий мороз. Сестра периодически устраивала истерики, ломалась, порывалась идти обратно, Грустный орал на нее: "Куда ты пойдешь, дура, заблудишься! " Сестра тоскливо оглядывала горные цепи, и лезла дальше. Жёстко было. Лечь в палатке было невозможно, холод снизу шел. Поэтому ничего больше не оставалось, как беседовать ночи напролёт, сидя на спальниках и упираясь друг в друга ступнями приподнятых ног. В общем, лазал Грустный с сестрой две недели по Хибинам без альпинистского снаряжения (которое было забыто в спешке), научил ее кататься на доске, и когда они вернулись в Москву, та была уже "чистой". Сам же Грустный считает, что это не он спас сестру, а сноуборд изгнал из нее беса.

*Проводница поезда сказала:

"Хорошо, что выпал снег. Он очистил нас от грехов!"

В Аше снег падал каждый день.

SNOWым Годом!

20

Василий ЛИФАНОВ

Гостеприимство

24 свечки - набор подарочный. А именнице - 23 года, и на торте эти свечки. А одна свечка осталась.

И после того, как мы с Линасом всё скурили, скушали и отвалились на диван, а именинницу отправили в магазин за добавкой, Линас вдруг заморочился: сколько в семье должно быть детей, чтобы свечки из набора уходили без остатка. И я заморочился.

Геометрическая прогрессия, долго считали.

Получилось 8 или 4 детей, чтобы уходило без остатка - одновременно.

Но тогда у нас с Линасом возник вопрос - как сделать так, чтобы родилось 8 или 4 детей - одновременно?

И мы заморочились окончательно.

Мы хотели спросить об этом именинницу, но не смогли.

Потому что она нас оставила - в комнате, на диване, одних!

И вернулась только наутро.

То же мне, гостеприимство!

21

Серж ЖИРО

..........нараспашку открытое окно

манит запахом чарующе пельменным..........

22

Василий ЛИФАНОВ

В метро

Мне сложно сейчас многое.

Например - до своей станции добираться. Вчера вот...

Помню, вроде не пьян был и не накурен - ЗАДУМЧИВ. Спросите, почему? - Да на скейте целый день гонял и вообще... Сначала проехал одну станцию дальше. Сел в противоположный поезд. Но в какой-то момент отвлекся - увеличивал громкость в плейере и протирал синие стеклышки очков. В итоге проехал дальше на две остановки. Сел в противоположный поезд. Но автоматически вышел на следующей остановке и оказалось, что моя станция, все-таки, следующая. Стоя задумчиво посередине платформы, я это осознал и, перехватив скейт в другую руку, сел в вагон. Но опять ошибся! - Потому что перепутал направления и уехал в противоположную сторону. Выхожу - опять не моя станция, ну хоть ты плачь! А моя - с противоположной стороны. Сел в поезд, но пока размышлял, как это я мог столько раз ошибаться, опять проехал свою станцию. На две остановки. Тогда я решил воспользоваться помощью окружающих. Обратился к соседней девушке - той, у которой - безумие на голове:

- Девушка, Вы случайно дальше "Новых Черемушек" едете или ближе?

Та смотрит удивленно:

- Ну, дальше.

- Очень Вас прошу, когда мы остановимся на "Новых Черемушках", толкните меня и объясните, что мне пора выходить! А?

Девушка кивает:

- За текст не ручаюсь, но толкнуть - толкну!

ОК. Я незаметно, но быстро погружаюсь в себя и представляю, как я выхожу на родной станции и иду к друзьям. Потом представляю, как кайфово там будет... Наконец, меня толкают. Я озираюсь ошалело:

- А, что?

- Выходи, мудрец!

- Спасибо.

Вскакиваю, подхватываю скейт и выхожу из вагона. Девушка почему-то следом. Я тем временем оглядываюсь и вижу, что это опять не моя станция, а станция "ВДНХ"!!! - Но почему??? Сдираю наушники, ору обиженно:

- Но почему???

А девушка не спеша так объясняет:

- Потому что пока мы ехали, я тебя, задумчивого, разглядывала, и ты мне понравился. И я решила по-своему, раз ты мне дал такую возможность. Пошли ко мне! А?

Я задумчиво смотрю в эти смеющиеся голубые глаза. Наконец, киваю. Мы встаем на экскалатор...

Но это было вчера.

А теперь, сами понимаете, у меня есть новый повод для задумчивости.

И я опять еду в метро...

23

Василий ЛИФАНОВ

Мганга-Рэп

Потому что, потому что, Па-Па-Па-Па-Таму Что

Хип-хоп скачет, Хип и Хоп скачет, скачет Чук, скачет Гек,

и Ночь перевалила за экваторрр,

и Африка у нас в магнитофоне-ма-фоне-ой-не замолкайте чёрные братья,

братки, а не то Кто, а не то Мэ, ме-е-е, бе-е-е...

Е!

А - что, что, как считаешь,

самое Главное, Главное-Славное-Сладкое в этой Жаре,

прыгагающей на полусогнутых вокруг собственной тени? -

А чтобы бы-бы бум-бум Ночь крутила бёдрами и не только - вёдрами,

и все ходило хо-хо хо-дуном!!

И наступит Счастье, колбасит Счастье, сифонит Счастье:

И-идёт великий Мганга, разгоняющий буки волшебной балдой,

бородой, едой и белибердой!!

24

Василий ЛИФАНОВ

Особая благодарность:

Анне КУЗНЕЦОВОЙ, Александру МАРГОРИНУ

Угораздило

В Москве уже пол-месяца - невыносимое пекло.

Все, кто мог - спаслись, уехав на воды и дальше.

Я же решил совершить велопробег "Дача - Москва" в качестве очередного испытания себя и просто, чтобы деньги за билет съэкономить. Выехать нужно было засветло, пока не навалилась жара.

На циферблате - 5.34.

Выезжаю с просёлка на шоссе, щёлкаю передачей и наддаю.

...

На циферблате - 11.49.

Сизый вонючий выхлоп висит над дорогой.

Жму вдоль обочины.

Безумно - до наваждения - хочется пить.

"Терпи, Васо... ещё немного... осталось... вон мост. А там - город, магазины... Купишь холодного квасу... Или воды... Заслужил... 5 часов, 150 км... средняя скорость... твоя средняя скорость... 30 км/ч..."

"Продукты"!

Съезжаю с дороги. Слезаю с седла. Ноги - как не свои. Захожу. Внутри - очумелый стоячий духан, хуже, чем на трассе. Прислоняю велосипед, и - к прилавку. Ряды, ряды... В холодильнике - "Спрайт" и компания.

Не хочу газов!

- А есть... вода ХОЛОДНАЯ и... простая? - голос, как чужой.

- Холодной - нет!

Чертыхаюсь и, поворотив велосипед, стукаюсь о двойные двери.

Опять магазин.

- А есть... вода, из холодильника?

- Он сломался. Возьмите эту, с прилавка.

Стукаюсь о двери.

"Булочная-кондитерская".

Последняя попытка.

Спотыкаюсь на входе. Велосипед - к дверям и, покряхтывая, на негнущихся ногах миную несколько пустующих отделов. Тот же "Спрайт" в холодке, те же ряды и... о, чудо! - в морозилке с мороженым лежит несколько пластиковых бутылок с обычной водой.

- Давно они там?

- С утра.

- Холодные?

Продавщица сдвигает прозрачный купол и достаёт запотевшую бутылку... Ковыляю к выходу, присаживаюсь на одинокий стол у окна и скручиваю крышку. Пью затяжным... и снова пью, и снова.

О, ВЛАГА!! О, БЛАЖЕНСТВО!! О, ПРОСТЕЙШИЙ, СИЛЬНЕЙШИЙ КАЙФ ПРЕТЕРПЕВАНИЯ!!

И вдруг - недовольный женский голос:

- А ты чего тут расселся-то?

Поворачиваю голову - довольно красивая молодая женщина в белом халате с уложенным - несмотря на жару - макияжем, приостановив протирание прилавка со сластями, наставила на меня свои густо-накрашенные, слегка навыкате, глаза.

Смиренно показываю бутылку.

- И ЧТО? - с неприступно-величественным видом реагирует женщина.

- Устал я... Вот и сижу.

- Иди пей на улицу! Погода, слава богу, хорошая. А здесь - НЕЧЕГО сидеть! И велосипед свой забирай!

Показываю ей пятерню. Подумав, убираю один палец:

- Через 4 минуты... Можно?

- НЕЛЬЗЯ! Давай-ка, освобождай помещение.

- А... чем я мешаю?

- ВСЕМ!

Оглядываюсь:

- Всем? Но нет же никого.

- Ты МНЕ мешаешь!

- Да? А... почему?

Продавщица, раздражаясь, швыряет тряпку на прилавок:

- Потому что ЭТО - НЕПРИЛИЧНО! Понял?

Смотрю на себя: мокрая майка, шорты, голени в пыльную крапинку, кеды. Возражаю:

- А что неприличного-то? Я, вроде, не голый...

Женщина поджимает пунцовые губы:

- Тебе ЕЩЁ РАЗ повторить? СЛЕЗАЙ СО СТОЛА И УМАТЫВАЙ!

Ситуация начинает меня напрягать, но я всё ещё пытаюсь её как-то уладить:

- Девушка, да не волнуйтесь вы так! И не грубите мне, пожалуйста! И оставьте меня в покое... всего на 4 минуты! Я, правда, потом уйду. Просто я с пяти утра педали кручу. Я действительно УСТАЛ! Меня ноги не слушаются!

- Мне что, охранника позвать?

"О-ХРАННИКА??? АХ, ТЫ..." - и во мне что-то ЩЁЛКАЕТ.

Поднимаю руки:

- Стоп! Не надо охранника... Я уйду.

И - под её НЕПРИЯТНЫМ взглядом - слезаю со стола, разворачиваю велосипед и... внезапно бросив его (тот за спиной с грохотом валится на пол)... длинно прыгаю обратно - к прилавку, с криком:

- ТОЛЬКО СНАЧАЛА Я ТЕБЯ ОСТУЖУ!!! -

И ХЛЕСТАЮ ОСТАТКАМИ ВОДЫ ЕЙ В ЛИЦО! КРЕСТ-НАКРЕСТ! КРЕСТ-НАКРЕСТ! КРЕСТ-НАКРЕСТ! -

И СТРУЯ АХАЕТ ПО ЗАЖМУРИВШЕМУСЯ ЛИЦУ, БРЫЗГИ СЕКУТ ПРИЛАВОК, КАССУ, ВИТРИНЫ, ГУСТО ТЕМНЯТ БЕЛЫЙ ХАЛАТ...

- Ах ты... ах ты... своло... - ошарашенно лепечет она, пытаясь, наконец, закрыться.

- МОЛЧИИИ!!! - РЕВУ Я, ЗАМАХИВАЯСЬ ПУСТОЙ ПЛАСТИКОВОЙ БУТЫЛКОЙ, КАК ГРАНАТОЙ.

- А...

И, ПЕРЕГНУВШИСЬ, ПО ЛБУ ЕЁ - ЧПОНЬКС!!!

Видели бы вы эту обтекающую, растерянную и напуганную РАСКРАСУ!

И - в наступившей тишине - спокойно беру велосипед и величественно удаляюсь...

А выйдя из магазина, как втопил!! Как втопил!! Как на крыльях летел! И откуда только силы взялись!

И то покачивал головой, то улыбался...

А подкатывая к дому, подумал:

"... А впрочем, сама виновата! Нельзя быть такой бессердечной!"

25

Серж ЖИРО

Химик

Я химик химик химик

Химю химю химю.

Я с ума сошедший! А это значит -

Химю химю куда хочу.

26

Василий ЛИФАНОВ

Полнолуние

Родители купили машину.

Возвращаюсь на район в три ночи в изменённом состоянии. На улице - тихо и заворожённо... Полнолуние. Темнеют окна домов. Фонари изумрудят листву. Светятся подъезды. Глянцевеют замершие машины. Подхожу к родительской "Оке". Думаю с нежностью: "Спишь, наша крошка... Ишь, огонёк сигнализации! - Как пульс!

И вдруг откуда-то изнутри раздаётся тихий, злобный голос:

"ПНИ её! ПНИ!! С ноги! Да покрепче!"

Она заорёт: "Тиу-тиу!" Я - в подъезд. Открою дверь квартиры, а навстречу - встревоженные родители, окна которых - на другую сторону: "Сынок, там никого не было? Ты никого не заметил у машины?" А я пожму плечами: "Да нет. Пусто на улице." И родители побегут проверять.

Нет, как-то это нехорошо.

Но голос не унимается:

"А ты проверь их бдительность! Проверь! Хлебни адреналинчику! Обостри ситуацию! Ты же экстремал!! Создай приключение!"

Это вдруг кажется заманчивым: "А и в самом-то деле? Почему бы не пнуть? С ноги? Да покрепче? Хоть день пройдёт не зря. И завтра будет что вспомнить."

И, решившись, я отступаю от спящей "Оки" для разбега.

А голос внутри, будто сорвавшись, скандирует:

"Сделай гадость, почувствуй радость!

Сделай гадость, почувствуй радость!"

И тут, где-то невдалеке: "Тиу-тиу!"

Я замираю.

Послушав, решаю:

"Нет, не пну. Ты же - НАША "Ока"!"

Захожу в подъезд, поднимаюсь на этаж, проникаю в квартиру, разуваюсь в прихожей.

И вдруг - из темноты родительской спальни:

- Вася, ты?

- Я... Вроде я.

- Разбудил. А это, случайно, не ты нашу машину пнул?

Лёгкое замешательство.

- Ннет, вообще-то... Это другая машина кричала!

- А чего ты у нашей так долго стоял?

Замешательство - больше.

- А... как вы узнали?

- Мы видели.

- ВО СНЕ???

- Мы сторожим.

Сразу успокаиваюсь.

- А, так вы из кухни смотрели! А я-то! А у вас - обычная паранойя!

А из темноты спальни, глухо:

- Да, мы смотрели из кухни. Мы и сейчас там...

В сознании пробегает неприятный сквознячок и, задержавшись, проступает: ПОЛНОЛУНИЕ...

27

Анна МЕЛЬНИКОВА

Загадка

Ночью оживает

И носки жуёт.

28

Василий ЛИФАНОВ

А ЗДЕСЬ ВООБЩЕ УЖЕ НИКТО БОЛЬШЕ НЕ ЖИВЁТ!!

Ну вот как обычно рождаются рассказы? -

Писатели либо их выдумывают, либо пишут на основе каких-то жизненных впечатлений.

Но бывает и совсем по-другому - это вот как я однажды решился рассказать в компании своих друзей - а они все люди чрезвычайно весёлые! - одну трогательную и забавную историю о том, как с треском обломался мой первый сексуальный контакт с моей первой любовью Светкой, и обломался он никем иным, как её мамой, которая заявилась с работы гораздо раньше, чем обычно - почти сразу же, как мы пришли из школы.

А Светкина мама - я прошу заметить! - это мама очень строгих правил, кремень-женщина, работавшая в каком-то советском НИИ инженером-математиком. Но мало того! Над строгим плечом Светкиной мамы постоянно маячила ухмыляющаяся рожа Светкиного папы - мужчины мастеровитого, циничного, умного, грубого на язык и с большими кулаками, поскольку был он инженер-автодорожник, привыкший разговаривать с рабочими любых советских национальностей, и который, как я сейчас понимаю, подспудно ревновал меня к своей дочке-"отличнице" - и именно поэтому он меня, Василия Лифанова - 14-летнего гордого и трусливого "хорошиста" с переразвитым воображением - очень часто и очень обидно стебал.

И смотрите, что вышло из моего повествования...

Я:

- ... Однажды я прятался в шкафу - прямо как в анекдоте, когда приходит муж, и любовник забирается в шкаф. Но там был не муж, там были родители - мама. И она могла легко зайти в Светкину комнату, где мы зависли после школы в какой-то оглушительной невесомости, и, беспрерывно целуясь, вкрадчиво-испуганно, мучительно-медленно избавлялись от лишних одежд... И только-только мы полностью разделись, только-только Светкины дивные русые волосы опрокинуто заструились по подушке, и моя богиня закрыла глаза, и я уже весь затрясся над её ослепительной юной наготой, и запылал, и почувствовал себя каким-то необоримым титаном, каким-то могучим юным полубогом, и уже запраздновал, можно сказать, свою Первую Великую Любовную Победу - в ПЕРВЫЙ РАЗ вообще, представляете! - а тут этот звонок в дверь! Светка с ужасными глазами подскакивает: "МАМА!! ЧЁРТ, Я ЗАБЫЛА, СЕГОДНЯ ЖЕ - "КОРОТКИЙ ДЕНЬ"!" - я резко вспоминаю, что я всего-навсего Василий Лифанов, и начинаю в панике метаться по комнате и хочу уже с балкона сигать с 4 этажа, а Светка, накинув халатик, вдруг хватает меня за плечо железной хваткой и шепчет: "Быстро в шкаф!" И я, матерясь и чертыхаясь, залезаю с охапкой своей одежды и с портфелем впридачу в этот шкаф, и сажусь там на какие-то узлы, а надо мной Светкины платья висят, школьная форма, Светка меня закрывает, и я там тусуюсь в темноте.

Оля:

- А обуви в коридоре разве не было?

Я:

- Была. Но Светка её быстро закинула куда-то, когда шла открывать. И действительно, пришла мама, я слышу её голос в коридоре, сижу, значит, на этих узлах и думаю: "А вот интересно, если мама распахнёт шкаф, ЧТО я буду говорить?"

Алик, удивлённо:

- Как что? Как в анекдоте: "Гадом буду, в трамвае еду!"

Я, задумчиво:

- "Гадом буду, в трамвае еду"... Ну да. Но я ничего не придумал, потому что ничего, кроме этого вопроса, мне не лезло на ум... И вдруг мама вместе со Светкой заходит в комнату - и я в шкафу замираю ни живой, ни мёртвый и понимаю: "Всё, пропал!" - и уже жду позорной развязки, но она почему-то проходит на балкон, берёт там что-то съестное и уходит, а Светка остаётся.

Я перевожу дух и думаю новую мысль: "А вот интересно - сколько я тут буду тусовать в этом шкафу? И когда меня Светка отсюда достанет? Ведь чем дольше я тут, тем хуже - ещё же и папа может припереться - "короткий день" же!" Приоткрываю дверцу и спрашиваю: "Свет, а когда я отсюда уйду?" А она: "Закрой дверь, когда мама заснёт!" "А когда она заснёт?" "Скоро! Она хотела сейчас прилечь!"

Ладно, я закрываюсь и сижу ещё какое-то время, послушно. И тут открывается дверца, и Светка, тыча мне в лицо мою обувь, которую она стянула из коридора, озираясь, шепчет: "Всё, иди. На цыпочках, понял!" А идти ко входной двери нужно было по коридору как раз мимо двери в мамину комнату. Я такой: "Понял!" - и быстро одеваюсь. Затем мы опять бешено целуемся не-помню-сколько-времени, а затем, с трудом отстранившись, тяжело дышащая Светка разворачивает тяжело дышащего меня, и я, умеряя своё дыхание, выскальзываю из комнаты. И иду на цыпочках. А там у них поперёк коридора лежала циновка, и она одним концом уходила в гостиную, где спала мама - прямо под дверь. А мама, видимо, открыла в гостиной окно, и под эту дверь тянуло сквозняком - и эта циновка трепетала, блин, на ветру и стучалась об пол, вот так примерно... фрррррр... фрррррр... И я, значит, крадусь по коридору и подхожу к этой циновке. И хочу уже перепрыгнуть её, но... передумываю, потому что вдруг боюсь, что подниму шум. И тогда, мысленно перекрестившись, я наступаю на эту циновку - и вместо "фрррррр" наступает ТИШИНА... вторая нога - ТИШИНА... И вдруг в маминой комнате... КХ-РРР!! - пружина в матрасе. И кто-то идёт к двери...

Оля:

- Чпок-чпок-чпок-чпок...

Все - впокат.

Кирилл, очнувшись и подняв голову:

- А чего, чего такое? Что за бирюльки?

Алик - ему:

- Детектива! Де-тек-ти-ва! Про любовь. Про любовь!

Кирилл внимательно прислушивается.

Я:

- И услышав эти шаги, я холодею и бросаюсь к входной двери, и быстро её отмыкаю дрожащими руками. Распахиваю, выскакиваю... и тут же распахивается дверь комнаты... и я сразу захлопываю входную дверь, и фиг знает - видила она меня или нет? Сбегаю по лестнице, но ниже этажом опять замираю, потому что слышу, как распахивается дверь Светкиной квартиры...

Алик, посмеиваясь:

- И в тебя летят тапки всякие, утюги, пылесосы, шкафы с книгами по математике...

Общий хохот.

Я, усмехаясь:

- Ага, летят и свистят. И, в общем, там открывается дверь и чьи-то шаги спускаются по лестнице - и вот тут уж я срываюсь и ломлюсь вниз, как сохатый, чтобы мама меня не увидела и...

Алик, колотя кого-то по воображаемой голове:

- И УТЮГОМ ЕГО, ГАДА, МЯСОРУБКОЙ!

Оля, хохоча:

- Чтоб женился, подлец!

Все смеются, кроме внимательного Кирилла.

Я, перекрикивая всех:

- И я, значит, пулей слетаю с 4 этажа - а за мной почему-то никто не спускается! - и перед дверью меня вдруг новая мысль останавливает: "Мама вернулась и смотрит из окна! На подъезд!" - и такой думаю: "Фу-у, блин... НАДО ПЕРЕЖДАТЬ!"

Новый взрыв хохота, смеются все, кроме внимательного Кирилла.

Я, улыбаясь:

- В общем, я решаю переждать, пока маме не надоест смотреть в окно и она не уйдёт со Светкой разбираться. И только я это думаю, как вдруг сзади раздаётся: "Здравствуйте, Василий! А что это вы тут делаете?" - оборачиваюсь - а сзади Светкина мама с авоськой стоит. ОТКУДА?? КАК?? Я, побледнев и заиндевев, лепечу: "А я, Нинель Петровна... зашёл тут... это... к однокласснику Светки! На 11-ый! Мы с ним... это... в танчики играли!" - а сам прям уже вижу, как из-за строгого маминого плеча выдвигается ухмыляющаяся папина рожа с большими кулаками вместо глаз, или же он сзади в подъезд заходит. А она так недобро усмехается и спокойно отвечает: "Всё это, конечно, замечательно - и танчики, и 11 этаж... Только знаете, Василий, в этом подъезде Светины одноклассники, к сожалению, НЕ ЖИВУТ!"

И тут Кирилла ПРОРЫВАЕТ мощным потоком вдохновения, он вскакивает и перебивает меня:

- И тогда, оскалившись, мама рычит: "Только знаете, Василий, в этом подъезде Светины одноклассники УЖЕ БОЛЬШЕ НЕ ЖИВУТ!" - и тут же вся... ГЖЖЖ!! - и, перекосив лицо, Кирилл показывает, как у него стремительно вырастают чудовищные КЛЫКИ... и вдохновенно продолжает - И тогда я собираюсь распахнуть дверь и выбежать из подъезда и никогда больше сюда не возвращаться, но... ручку намертво ХВАТАЕТ когтистая мамина РУКА! Я отскакиваю, уворачиваюсь от сметённых, как пушинка, перил и бегу наверх, а мама, воя, несётся следом, я трезвоню в квартиру, выламываю дверь с петель, врываюсь: "Светка, спаси меня!!" - и, пробежав, закрываюсь в её комнате в шкаф. И держу изо всех сил дверцы и стучу зубами в темноте... ЗЗЗЗ... Но тут снаружи раздаётся трубный Светкин голос: "А ЗДЕСЬ ВООБЩЕ УЖЕ НИКТО БОЛЬШЕ НЕ ЖИВЁТ!! - её леденящий хохот - ХА-ХА-ХА!!" - мамин вой - УУУУ!! - и дверцы пробивают множество когтистых женских рук.

ХА-ХА-ХА!!! УУУУУ!!!

Общий - вместе со мной - хохот, занавес.

29

Серж ЖИРО

Закат

Быстро Солнце вниз поползло.

Велик надо ставить в гараж.

30

Василий ЛИФАНОВ

Некоторые любят погорячее

Новогодняя быль

Морозный зимний предновогодний вечер.

Замедленный - в хлопьях - снег.

В свете фонарей загадочно искрится оснеженный асфальт МКАД.

Проносятся редкие машины.

К остановке подкатывает автобус. К нему, размахивая руками и крича "Стой! Стой!" бежит девушка лет 17-18 (кеды, мешковатые штаны с набедренными карманами, сноубордическая куртка, рюкзак), но... двери захлопываются и автобус - тю-тю. Запыхавшаяся девушка тяжело дышит на опустевшей остановке. Смотрит на часы: 23.45.

Голосует.

Из-под смешной, можно даже сказать - дурацкой (с мишуткой) - шапочки выглядывают рыжие прядки и смышлёные глаза.

Тормозит "Джип". Его недра пумкают от "русского шансона".

Девушка распахивает дверь, что-то кричит, а водитель - крепколицый красавец-мужчина - что-то переспрашивает.

Ничего не слышно.

Обитатель салона убавляет громкость и девушка повторяет:

- С наступающим! А Вы не могли бы меня подбросить до метро - я на ёлку спешу! К друзьям! Только у меня всего лишь пять рублей есть!

Усмехается:

- Садись, Снегурочка.

Девушка садится. Едут. Водитель искоса поглядывает на пассажирку. Та смотрит прямо. Внезапно спрашивает:

- А можно МОЮ кассету поставить?

- Ставь.

Девушка роется в рюкзаке, выуживает кассету, передаёт. Хозяин "Джипа" вставляет её в магнитолу. Из динамиков раздаётся заводной ска-панк. Девушка удовлетворённо кивает:

- Это самая подходящая музыка... для езды.

- А для любви?

- Для любви - нет! - нимало не смутившись, сообщает девушка - Для любви лучше всего даб подходит... Он сильный, но нежный.

- Как я.

- Вы? - девушка усмехается - Ну, Вам виднее...

Молчат. Играет кассета. На лобовом стекле мотаются дворники.

- Нам здесь поворачивать. - указывает девушка.

Но "Джип" по-прежнему летит прямо.

Девушка обеспокоено смотрит на водителя, потом в окно - туда, где уже НЕТ поворота. Недоумённо спрашивает:

- А куда мы едем?

- Домой.

- Ко мне?

- Ко мне... На ёлку. С ДАБОМ! - и, обратив к девушке крепкое улыбающееся лицо, хозяин "Джипа" подмигивает. - Я - твой Дед Мороз, Снегурочка!

Девушка инстинктивно отодвигается к двери, смотрит исподлобья.

Затем повышает голос:

- Останови машину! Слышишь? - Немедленно!

- Чего волнуешься? Хорошо будет!

- Останови, или я выпрыгну! - и начинает судорожно дёргать ручку двери.

- Э, э, э, э! Не ломай - она заблокирована! Какая же ты, однако, горячая, Снегурочка. Я тоже горячий... Дед Мороз! Ты любишь горячих?

В глазах девушки что-то мелькает и, помолчав секунду, она выпаливает:

- Да я... Да я, блин, люблю ОЧЕНЬ горячих!

- Я такой.

- Тыы??? Да какой ты, нафиг, горячий - посмотри на спидометр! - Каких-то вшивых 100 км!

- А если так? - и стрелка ползёт к 120.

- Ещё!

140 км/ч.

- Ещё!!

160 км/ч.

(фары встречных машин сливаются в линию)

- Ещё!!!

180 км/ч.

(в динамиках беснуется переадреналиненный ска-панк)

- Ещё!!!!

200 км/ч.

И тут девушка с воплем "Ура-а-а-а!!!!!" бросается на шею водителю.

По тормозам!

Грудью - в приборную доску!

"Джип" заносит, девушка орёт, мужчина орёт, руль выкручивает, шины дымятся, снег - веером...

Встали.

Магнитола щёлкает.

В машине - тишина...

Мужчина и девушка смотрят друг на друга круглыми глазами.

И тут ЕГО прорывает:

- Дура, блядь, сумасшедшая!! Шуток не понимаешь!!! Вылезай отсюда нахер!! Быстро!!! - надсаживается ОН и наотмашь бьёт по кнопке блокиратора.

Девушка подхватывает рюкзак и выскакивает из машины. Но прежде чем захлопнуть дверь, наклоняется и сочувственно, осторожно окликает:

- Эй... Дед Мороз! - ОН переводит на неё ненавидящий взгляд. - Береги себя! В Новом Году!

Взревев, "Джип" стартует.

Девушка медленно бредёт на автобусную остановку, что виднеется неподалёку. Смотрит на часы: 00.01.

31

Анна МЕЛЬНИКОВА

Загадка

Надел кепарик:

вместо глазок - шарик!

32

Серж ЖИРО

Странное желание

Возникло оно - желание странное,

И выкинуть вон его не могу.

Кричу:

"Пошло на уй! Ты!"

А "оно" остаётся желанием.

Пусть хоть бы нормальное,

А то ведь, ёшкин суп - странное!

Может, лопатой ему пальцы отрубить?

Ещё хуже -

"стр. жел. без пальцев".

Как быть? Кем быть? О, май гад!

Таблетки, интересно, есть от этого?

Может, пойти его и утолить?

И не париться лет семь.

33

Василий ЛИФАНОВ, Александр МАРГОРИН

Познание

На даче Тарас долго убеждал Андрюху познать марихуанового "молока". Тот всё не хотел, не хотел, а потом согласился.

Познали.

И отправились гулять.

И, представьте себе, идут эти юноши по абсолютно гладкому колхозному полю, покрытому сочной травой. Внезапно им встречается маленькая ложбинка - одна-единственная на всём поле. Они синхронно спотыкаются и валятся туда.

И ложатся там - лицами к небу.

И им одновременно начинает грезиться, что напали на них хоккеисты сборной, громадные, как Гулливеры. И носятся те хоккеисты по зелёному полю, как по белому льду, скрежеща коньками, и всё пытаются своими клюшками поддеть из ложбинки Тараса и Андрюху, потому что, видите ли, ИМ ИГРАТЬ НЕЧЕМ! Те же отчаянно защищаются - взявшись за руки, плечом к плечу вжимаются в ямку.

При этом скрежет раздаётся всё громче и громче...

И тогда Андрюха волевым усилием приходит в себя.

Хоккеисты пропадают.

Звук - нет.

И тогда Андрюха выглядывает из ложбинки, чтобы познать - откуда же этот звук идёт?

Тарас же, напротив, закрывает глаза...

Профессор Чудак посмотрел на аудиторию, ожидая увидеть пытливые взоры.

Но аудитория жила своей жизнью, и никто не слушал Профессора Чудака.

Он поправил запотевшие очки, и со вздохом закончил:

... Но как только Андрюха выглянул, его голову тут же срезал колхозный травоуборочный комбайн!

Тарас открыл глаза, посмотрел на друга, и ему стало... СТЫДНО! ОЧЕНЬ СТЫДНО!

Аудитория по-прежнему не реагировала.

И тут прозвенел звонок.

Профессор ОБРЖ* Чудак со вздохом закрыл свои записи, сложил в портфель и покинул опустевшее помещение, ворча из-под запотевших очков:

- Ну и молодёжь нынче пошла! Ботва, а не молодёжь! Не любопытная. Не интересующаяся. Пассивная. Их совсем не влечёт познание мира и самого себя! Вот то ли дело мы с Андрюхой когда-то...

*ОБРЖ - "Основы Безопасности Радостной Жизнедеятельности", название предмета

34

Василий ЛИФАНОВ

Русский хард-кор

ВСЁ ХЕРОВО, ВСЁ ХЕРОВО,

ВСЁ ХЕРОВО В ЭТОЙ СТРАНЕ!!

А НАМ КАЙФОВО, НАМ КАЙФОВО,

НАМ КАЙФОВО В ЭТОЙ ХЕРОТЕ!!

А СТАНЕТ ЕЩЁ ХЕРОВЕЙ,

НАМ СТАНЕТ ЕЩЁ КАЙФОВЕЙ!!

ВСЁ ХЕРОВО, ВСЁ ХЕРОВО,

ВСЁ ХЕРОВО, КУДА НИ ПЛЮНЬ!!

А НАМ КАЙФОВО, НАМ КАЙФОВО

ПОТОМУ ЧТО НАМ - ПО ХЕРУ!!

А СТАНЕТ ЕЩЁ ХЕРОВЕЙ,

НАМ СТАНЕТ ЕЩЁ КАЙФОВЕЙ!!

А СТАНЕТ ЕЩЁ ХЕРОВЕЙ,

НАМ СТАНЕТ ЕЩЁ КАЙФОВЕЙ!!

35

Василий ЛИФАНОВ

Видок

У отца завтра вылет.

Раннее утро. Я ещё сплю.

И вдруг в комнату забегает мама и кричит: "Вася, вставай! Нашего папу у подъезда бьют!" - и к окну.

Вскакиваю. Первая мысль: "Оружие!" Бегу в туалет, выхватываю из инструментов топор, сую ноги в кеды и - за дверь. Лифт? - Долго! Скачу через ступеньки.

7 этаж, 6-5-4...

На ходу - сам с собой: "Чем вломить? - Обухом? Остриём? Или обухом? Остриём - зарублю, уголовка. Обухом - покалечу. Это лучше... Значит, обухом. Обухом... Но ведь Отца же родного бьют, сволочи!!!" - и, стискивая зубы, переворачиваю топор остриём.

1 этаж.

Выбегаю из подъезда.

Ни-ко-го.

Лишь отец сидит на лавочке и медленными движениями отряхивает фуражку. Поднимает глаза:

- Они уехали... Мама такой крик подняла!

Внезапно улыбается:

- Ну и видок у тебя!

Я смотрю - и в правду, видок:

в трусняке, с топором в руке...

Поворачиваюсь и иду досыпать.

36

Анна МЕЛЬНИКОВА

Загадка

Смеётся, смеётся,

А потом как взорвётся!

37

Василий ЛИФАНОВ

Тест

У Аниной подруги, Ани, есть способ определять людей.

Она это делает на кота.

Кота зовут Тарас. И кто из гостей, впервые взойдя в квартиру и слыша имя кота, радостно завопит в рифму:

- Тарас - пидорас! - тот, понятно, неумный человек.

Потому что умный человек скажет по-другому.

Например:

- Тарас - Бульба.

38

Василий ЛИФАНОВ

Бой/Драка

Свист воды

Сердца стук

Вёсла гнут

Сотни рук

Борт крушит

Мой таран

Бьёт вода

В горло ран

Дымится кровь

На моём мече

Стрелы кусок

Торчит в плече

В глазах туман

Идёт резня

И топчешь крик

Под ногой у себя

Фаланги железо

Сомнёт всё живое

Корабль завален

Обрубками боя

Отходит триера

И красной волною

Смывается след

За хвостатой кормою...

39

Анна МЕЛЬНИКОВА

Загадка

Машет саблей, лопатой и граблей!

40

Василий ЛИФАНОВ

Автостоп с топором

После пикника приятель один остался на дороге, пьяный, а все остальные уехали, а тот - отстал. Вещи все уехали, а у приятеля остался только топор.

И когда он голосовал, держа топор в вытянутой руке, естественно, все машины его объезжали - пьяный человек на шоссе голосует топором...

Наконец, он догадался положить топор на поребрик.

Голосует.

Останавливается машина. Но как только приятель нагибается за топором, водитель видит это и - по газам...

И так три раза.

Наконец, приятель догадался спрятать топор в штаны...

Стоит, голосует.

Останавливается машина. Он садится кое-как с негнущейся ногой. Едут. А сидеть-то неудобно! И приятель начинает доставать из штанов топор на дли-и-нной такой рукоятке. Водитель - в шоке. Но приятель его начинает экстренно успокаивать, мол, всё в порядке, я не разбойник, просто до города надо доехать, а с топором в руке не берут.

41

Серж ЖИРО

Жадность

Калинка-малинка, калинка моя!

Смородинка-клубничка моя!

Крыжовник-инжир тоже не твой!

В саду ягоды-плоды - ВСЁ принадлежит мне!

42

Василий ЛИФАНОВ

Москва-Нальчик

Я торопился на поезд, который должен был отвезти меня и мой сноуборд в летний лагерь на Эльбрус. Нужно было успеть к 16.56.

Но, во-первых, я поздно закончил текст - в 16.00. Кинулся собирать рюкзак. Вышел поэтому в 16.20, хотя в 16.20. уже должен был отдать на "Курской" девушке из редакции дискету с текстом. А ехать мне из "Отрадного".

Во-вторых, в автобусе ко мне подошла контролёрша и, когда я ей дал 50 рублей, решила удержать с меня ещё и за багаж - рюкзак и доску. Я ей говорю:

- Это не багаж, а ручная кладь. Такая же, как Ваша сумочка.

- Не такая же. - ответила она и не дала всю сдачу.

В-третьих, когда автобус резко затормозил, сноуборд пребольно упал мне на ногу - плохая примета!

В-четвёртых, зайдя в вагон метро, я решил достать из кармана бумажник, чтобы оттуда билет вытащить. А в кармане ещё деньги лежали. И когда я достал бумажник, они выпали - 50 рублей исчезли в щель между вагоном и платформой, а 100 рублей упали на платформу и, подваченные станционным сквозняком, поползли от вагона прочь… И двери закрылись... Проводив 100 рублей печальным взглядом, я подумал: "Ну вот. Денег и так в обрез, а я их уже терять начал!" - и стал переживать по поводу денег и времени.

Весь изнервничавшись, на "Курской" я был в 16.53.

- Ну, ты даешь! - гневно восклицает девушка из редакции, стрекая меня, как крапивой, своими подкрашенными глазками.

Я же, отдавая дискету, воплю:

- Дорогая, прости, если сможешь! Я опаздываю! Бегу!

И побежал - но, блин, в противоположную сторону! И выскочил к Садовому кольцу!

Бегу обратно к вокзалу - потный, взволнованный, рюкзак тяжело колотится по макушке, наушники сбивает, чехол со сноуборда наполовину сполз и волочится по асфальту.

17.00.

Подбегаю, а вагоны мимо - тудду-тудду, тудду-тудду...

Я - в здание вокзала: А МОЖЕТ - НЕ МОЙ??

Смотрю на табло: а там - "Москва-Нальчик" уже в самом верху, и через секунду... исчезает.

Фак!!

Однако, подумав немного, я расслабился.

И сказал себе:

- Вася, всё к тому шло, и всё тебя предупреждало - не езди на Эльбрус, не езди! Поэтому не бери билеты на завтрашний поезд. Оставайся-ка ты по-хорошему в Москве, Вася!

И я остался.

Тем более, что в кассе мне вернули не 516 рублей, а 200.

И я не пожалел!

Считывай Знаки, чел!

И - СЕРФИ!

43

Серж ЖИРО

Кто?!

Стук! В дверь!

Ещё стук, ещё - всего пять.

Кто это? Кто?

Я себе даже не представляю!

Ума не приложу просто!

44

Анна МЕЛЬНИКОВА

Загадка

В темноте светится

Хоботом трясет.

45

Василий ЛИФАНОВ

Зверь

То, что у велосипедистов проблемы с собаками, я знал еще до покупки велосипеда. Особую же ненависть, как мне рассказывали, питают к велосипедистам бродячие собаки - те, что в стаи собираются. Обитают они, как правило, в промзонах, где у каждой стаи - своя территория, которая ревностно охраняется. Моего приятеля, заехавшего однажды НЕ ТУДА, закусали бешено. Заживал он потом очень долго, хотя, говорят, рваные раны заживают быстрее колотых.

Уже третий час ночи.

Лимонный асфальт, фонари. Внезапные люки - внезапно огибаются. Прошумливают редкие машины. В лицо, майку, шорты - свежак, жарко под рюкзаком.

Алтуфьевский мост.

Упирайся, Васо, упирайся, не понижать же передачу! А теперь - вниз! Что-о-о, загудел, родной!!! На спиде - 30-40-45-50-55-... . По курсу - железные стыки - привстать - тряхнуло. Справа, с боковой, "Мерс" выруливает. А налево не посмотришь, сука? - посмотрел! - пропустил, и заревел сзади, и обходит, и тёлка из окна большой палец показывает...

А куда ЭТА дорога ведет?

Срежу!

Вел - влево, задницу - влево, а дух - давно захватило.

Вписался!

Дорога, по-прежнему, под уклон. Слева-справа - заборы. Промзона. Интересно, а что за кучки впереди темнеют? - А "кучки" не спеша встают, потягиваются и встают поперек дороги. Зевают и хвостами помахивают.

Бродячие собаки! - Попал я...

Пофиг, прорвусь!

Пробиваю невидимую границу - и стая срывается с лаем. Давлю на педали, давлю. И - отрываюсь. Лай затихает. Оборачиваюсь - вывалив языки, стая толпится на дороге.

То-то же!

Оставляю педали в покое. Выкатываюсь. Усиленно дышу. Пронесло же меня, однако! А приятеля, похоже, догнали.

И вдруг - не верю своим глазам.

Тупик???

Да, тупик. Передо мной. А по бокам - глухие заборы, закрытые ворота. Торможу. Слезаю с седла. Тоскливо оглядываюсь. Придется, блин горелый, возвращаться. Но уже - в горку, и скорости не набрать. Но делать нечего. Сажусь и, скрепившись, разгоняюсь - сколь можно разогнаться.

...

Последний поворот.

И - вот она, СТАЯ!

Ждёт, глазами поблескивая...

Она - ЗНАЛА!!!

Пробиваю невидимую границу - стая срывается и с бешеным воем пластается параллельно. Пригибаюсь и топлю педали - запредельно топлю. Один фиг, у ног - оскаленные морды, а этот, кудлатый, слева примеривается. Сейчас прыгнет. Мне - страшно. Резко виляю. Кудлатый отпрыгивает, но ненамного. Зато справа... Сейчас вцепятся.

И тут... совершенно неожиданно! - из моего нутра вырывается низкий звериный рык - нечленораздельный, угрожающий. И - входит в собачий вой, как нож - в масло:

- А-А-А-А-А...!!!

И... Они слышат Его!!! И... понимают!!! -

Тональность воя неуловимо меняется и стая заметно осаживается. Несется параллельно, обиженно воя, но не нападая. Велосипед пробивает невидимую границу, и стая отстает, и лай за спиной затихает.

Спасибо, Зверь!

Будь близко во мне!

46

Василий ЛИФАНОВ

Казантипские истории

Лето. Тёплое Азовское море. Мыс Казантип.

Белёсые выжженные пейзажи, сухая трава, горелые лесопосадки, археологические раскопки, лиманы со стадами коров по колено, пропеллеры на мачтах ветровой электростанции, поля зеркал на заброшенной солнечной электростанции и недостроенный индустриальный колосс Реактора.

Жарит солнце. Облезлый панельный город Щелкино. На верёвках, натянутых на блоках меж балконов домов, сушатся ряды разнообразной одежды. Бродят местные жители в трениках, майках и шлёпках. Бегают загорелые дочерна дети. Сидят на корточках хмурые местные подростки, провожающие взглядами весёлых девушек и юношей с необычным модным "оперением", которые спешат на пляж, откуда доносится тумканье басов.

На берегу, на пляже - молодёжный фестиваль в духе Гоа: множество симпатичного стильного народа, под эстрадой кто-то танцует, кто-то покупает напитки в барах под навесами из шелестящего тростника, куда ни взгляни - загорелые стройные девушки топ-лесс, кожаные байкеры, высокомерные серферы, кто-то играет в волейбол, кто-то в сокс, ездят на велосипедах, на мотоциклах, стоят какие-то дурацкие аттракционы, в море - паруса, блестящие мокрые тела, в воздухе - миксы с трех ди-джейских пультов.

В общем, полнейший отрыв и отвяз.

Как и должно быть.

У молодёжи!

Вот несколько типичных Казантипских историй.

"Иностранцы"

Мы уже были накуренные и пошли наверх, взгреть.

Сидим наверху, на крылечке дома, забиваем, причём в открытую - расслабились, траву на бумажку высыпали, фонариком подсветили. И тут подходят два быдловатых молодых человека, показывают ментовские удостоверения и говорят:

- Что это такое? - и показывают на траву - Наркотики? Марихуана? - и реально всех хотят повязать и в свою украинскую тюрьму тащить.

А мы все молчим. Я тихо сижу в уголочке, Гена тоже молчит, все молчат.

Молодые люди смотрят на ди-джея Лену:

- Ну чего уставилась, говори!

Тут француз начинает по-английски говорить:

- I don't understand... - потом по-английски говорит: "Ну какой это наркотик? Это же не кокаин, не героин!" - а потом вскакивает, подходит к розе, отрывает лепесток и начинает жевать - они вообще с ума сошли!

И в общем, потихоньку Гена начал говорить на венгерском языке (как он потом сказал - детскую считалку)... Я... Ни одного русского слова не было сказано. И был такой театр - минут на 20, и всё они, эти молодые люди, хотели нас раскусить. Они сначала думали, что мы русские, когда мы молчали, и хотели уже "брать", а потом, когда мы стали говорить по-иностранному, всё никак не могли поверить, что мы - иностранцы, и всё говорили:

- Всё, тюрьма вам! - но мы никак не велись, ничего, короче, и они в итоге поверили, что мы иностранцы.

И тогда они стали между собой совещаться, это было очень смешно, типа:

- Ну что будем с ними делать? Блин, пидорасы, ничего не понимают по-русски!

Я сижу, и из меня "ха-ха-ха", да "ха-ха-ха" рвётся. Насилу удержал.

А потом, когда уже стало ясно, что нас не заберут в тюрьму, а только траву заберут, Гена решил совсем обнаглеть и решил у них всё купить обратно. И он к ним обратился по-венгерски, стал деньги совать. Такой борзости они не ожидали и ушли. А было бы сильно, представь - менты продали бы нам нашу же траву!

А на следующий день история чуть было не получила продолжение.

Ди-джей Лена стояла на пляже и на кого-то ругалась матом. Крыла во всеуслышанье, не замечая ничего вокруг. И тут мимо проходят те два быдловатых молодых человека. И они подзывают Ленину подругу, которая стояла рядом, и спрашивают у неё, показывая на разбушевавшуюся Лену:

- А она что, русская?

Но подруга была, слава богу, в курсе, и ответила достойно:

- Вообще-то она русская, но родилась во Франции, всю жизнь там жила и по-русски может только матом ругаться!

- Да? - недоверчиво сказали молодые люди, но потоптались и ушли...

Как по пьяни ребята ошиблись квартирой

Люди по пьяни, сняли девчонок, короче, и повели их домой. И они приходят в свой дом, начинают ломиться на своём этаже в свою квартиру, а там - то ли ключи не подходят, то ли хозяев не было - она была пустая, и никто там ни на звонки, ни на что не отзывался. Шумели они там, тыркались ключом, долго очень. С девчонками, прикинь, да. Так неудобно! И вообще ничего не понимают - отчего квартира не открывается, потому что по-пьяни. С ума сойти.

Потом до них дошло - что это не их дом. И вот ребята пошли по Щёлкино искать свой дом, а найти не могут. Ни тот не подходит, ни другой. Девчонки, естественно, слиняли в конце концов, а парни пошли на берег спать, на песочек. Вот так.

Миша и Паша

Они жили на побережье в одном домике. И у Паши была мечта - переспать с двумя девушками одновременно. И он всю дорогу пытался осуществить это намерение, но ему постоянно мешало пьянство и кумар, которым они предавались с Мишей.

И как-то раз они ТАК убрались в своем домике , что Миша почувствовал себя хреново и лег полежать, а Паша - наоборот, почувствовал себя бойко и захотел пойти на пляжный танцпол за девушками. А Миша ему говорит на это, медленно и с трудом:

- Паша... делай что хочешь, но я... никуда отсюда не уйду..

- Да оставайся на здоровье!

И Паша уходит на поиски девушек. Спустя некоторое время приводит. Одну. Говорит ей:

- Ты тут посиди, а я сейчас вернусь! - и уходит за второй девушкой.

Девушка послушно ждет. И тут с подушки поднимает голову Миша и говорит с трудом, но очень убедительно:

- Уходи, я тебя прошу... Он не придет...

- Ну как же, - отвечает девушка, - он же обещал.

- Сто процентов тебе даю... что он не придет... Уходи... прошу.... пока что-нибудь не случилось...

Что делать? - Девушка встает и уходит.

Тут возвращается Паша с кандидаткой №2. Озирается, спрашивает:

- А где девушка?

Миша отвечает замогильным голосом:

- Не дождалась тебя, ушла...

- Слушай, - это Паша говорит девушке №2, - посиди тут, я сейчас...

И уходит на поиски третьей девушки.

Кандидатка №2 ждет. И тут поднимает голову Миша:

- Прошу тебя... уходи!.. Он не придет...

- Он же сказал, что сейчас появится!

- Я тебе клянусь... - и речь Миши становится ещё медленней и ещё убедительней - уходи... я его знаю... он не придёт... Прошу тебя... ради бога, уходи!

Девушка покидает домик.

Возвращается Паша с кандидаткой №3 .

Смотрит - в домике один Миша на кровати валяется, а его знакомой - нет.

- Где она? - обеспокоено спрашивает Паша

- Не дождалась тебя... ушла - отвечает Миша, не открывая глаз.

Паша обращается к девушке:

- Посиди тут, я быстро. - и исчезает на поиски кандидатки №4.

Но история повторяется.

- Уходи... - и девушка в конце концов покидает домик.

Приходит Паша, уже без девушки, смотрит. Затем спрашивает с нажимом:

- Что, Миша, опять не дождалась?

- Не дождалась - слабым голосом ответствуют ему.

И тут Паша, пристально глядя на Мишу, впадает в тяжкую пьяную задумчивость.

Наконец, говорит:

- Тогда... я выебу тебя!

Миша думает с минуту.

- Нет... - выдыхает он.

Паша задумывается опять. Потом удивляется:

- Но почему?

- Потому что... я спать хочу!

- И я спать хочу! - вдруг осознает Паша.

Ложится рядом с Мишей, и они засыпают.

А Вы верите... У БОХА????

Гриша:

- Решили мы с рейва на Реакторе доехать домой. Сели в такой ма-а-аленький автобус...

Лёха (назидательно):

- Ма-а-аршрутка называется, ма, ма, ма, понял?!

Гриша:

- Да. В общем, сели туда, заплатили денег, и ждём когда она заполнится: там осталось места три примерно. И, короче, заходят две девушки, милые, спокойные абсолютно, спрашивают нас вежливо: "А можно здесь присесть?"- А место как раз между мной и Андреем. "Садитесь". Девушки садятся. "Извините, девушки, а можно Вам один вопрос задать?" "Ну конечно, пожалуйста, ради бога!" - весёлые такие, довольные. И мы им хором, с двух сторон: "А Вы верите... У БОХА????" И тут девчонки вскакивают, кричат ужасно: "Мы не поедем на этом автобусе! Нам вообще не в Щёлкино ехать!!!" И всё, слиняли. Водитель от досады аж харкнул: "Ббблин, уроды! Мне ж ждать опять пассажиров!"

Лёха:

- Ладно. Проходит две минуты, и заходит три пацана. И тут водитель Грише тихонечко так поёт: "Молчи, идиоОот! Мол, я сначала с них деньги возьму, отъедем подальше и тогда начнешь!"

Гриша:

- Короче, он берёт с них деньги. Мы сидим, молчим... Деньги взял, сдачу отдал. "Ну, что едем?" - и мне кричит радостно: "Начина-а-ай!" Ребята такие обстрёманные сидят, переглядываются: "Чего начинать-то?"

И мы им, хором: "А Вы верите... У БОХА????"

За Кришну

Поскольку Щёлкино официально находится на территории Хохляндии, то за порядком на Казантипе "надзирали" местные хохляцкие менты и хохляцкий ОМОН "Беркут". Что касается городских ментов, то вели они себя типично: при каждом удобном случае норовили снять с приезжей молодёжи деньги, а что касается "Беркута" - то эти здоровенные быдловатые ребята в чёрной форме просто бродили повсюду, часто подвыпившие, и искали малейшего повода кого-нибудь жёстко прессануть во имя "порядка".

Например, как-то вечером на трансовом пати один парень стал запускать на пляже фейерверки. Они жахали в невообразимо-звёздчатое бездонное небо и с треском разворачивались над морем в сверкающие опадающие соцветия - под трассирующий за тёмный горизонт транс и наши ликующие вопли. Но красота эта жила над морем недолго - меньше, чем было припасено ракет. Скоро к этому парню чёрными тенями подбежали "Беркуты", профессионально врезали ему ботинком поддых, заломили руки и увели, а ракеты конфисковали, и больше мы его не видели на Казантипе.

А в другой раз был такой случай. У Лёхи Бармалея, бритого тогда налысо, из макушки рос хвостик из волос, прядка. И как-то вечером он стоял у стойки пляжного бара под шелестящей тростниковой крышей, неподалёку от призрачно-светящегося и бурлящего в экстазе танцпола, и разговаривал со знакомыми барменами. И вдруг над его левым плечом медленно воздвигся чёрноплечий "Беркут" и, дыша сивым перегаром из-под лихо заломленного чёрного берета, указал на хвостик. И голосом, не предвещающим ничего доброго, спросил:

- Шо с головой? Наркоман?

Лёха обернулся. И улыбнулся.

- Хари Кришна.

"Беркут", нависая, тут же заревел, схватясь за дубинку:

- Да я тебя за ту харю ща просто убью!! Наркоман поханый!!

Глядя ему в глаза:

- Убей.

"Беркут" сгрёб Лёху за грудки и занёс здоровенный кулак...

Но в этот момент из-за стойки выбежали знакомые бармены, вклинились, заговорили все разом и куда-то увели разъярённого "Беркута". А когда они вернулись и посоветовали Бармалею быть поосторожнее, Лёха им ответил с улыбкой:

- Да я был бы СЧАСТЛИВ, если б он меня убил! За Кришну умереть...

47

Анна МЕЛЬНИКОВА

Загадка

Непоседка, не наседка, не соседка, не сосёт!

48

Серж ЖИРО

Месяц

Выходит месяц из тумана,

Вытаскивает ножик из кармана.

Звёздочки в ужасе бегут от него,

Вытаскивая свистки из карманов и свистя в них.

Кометы и те облетают бандюгу,

Дрожащим голосом крича: "SOS".

Ах ты, месяц, есть и на тебя управа,

Посылаем в космос пса милицейского по кличке "Барбос".

49

Серж ЖИРО

Пьяные девочки

"Молодой человек" - произнесли они.

А смрада примерно на шестнадцать слов.

50

Василий ЛИФАНОВ, при со-участии Валерия ЗАЩЕПЕНКОВА

Нам поможет опасность!

Сильнодействующее средство:

экстремальный спорт

Посвящается нам

У тебя никогда не возникали вопросы:

- Почему экстремальный спорт стал так популярен?

- Что в нём держит людей "за яйца"?

- В чём состоит КОРЕННОЕ отличие экстремального спорта от прочих адреналиновых оттягов типа войнымордобоягопстопаучастиявтерактахреволюцияхмитингахрадикальныхакцияхитд?-

Перед тобой, в таком случае, - варианты ответов.

Имей в виду, это - не агитация.

(ремарка на полях)

Говоря "экстремальный спорт" мы подразумеваем следующие дисциплины:

скейтбординг, агрессив-скейтинг, маунтин-байк, BMX, B.A.S.E., мотоциклы, серфинг, виндсерфинг, кайтбординг, автогонки, сноубординг, каякинг, альпинизм, скалолазание и т.д. и т.п.

*Занимаясь экстремальным спортом, ты САМ даешь "добро" на опасность; будучи в здравом уме и твердой памяти. Тебя не гонят сюда, как скот на убой. Ты - не пешка в этой игре. Ты - слон.

*Ты разряжаешь свою агрессию не в людей, а в стихии и в предметы, поэтому ты избавлен от ответных негативных эмоций - волне, горам, небу, скейтборду и гранитному парапету, в общем-то, ВСЁ РАВНО. После того, как они - по твоей же воле - агрессивно провзаимодействовали с тобой, они про тебя забывают и ОКО ЗА ОКО не жаждут. Ты же, разрядившись, можешь спокойно жить дальше, не срываясь на ближних по пустякам и не карая их до кровавых соплей, раздираемый злобно-оскаленным праведным гневом.

*Ты - не-враждебен людям. Люди - не враги тебе. Они - либо досадная помеха, которую надо объехать, либо сторонние зрители, которым ты являешь захватывающее ЗРЕЛИЩЕ. ВСЕМ, ВСЕМ окружающим интересно - сломаешь ты себе шею или нет, будешь ли ты герой или МЯСО, и за-ради наблюдения за этим они вполне готовы платить деньги - что, согласись, говорит об общечеловеческой ценности той дискуссии, которую ты - молодой и здоровый - ведешь с разнообразными духами смерти. Поэтому люди (хотя и крутят пальцем у виска) относятся к тебе с уважением - ведь ты делаешь то, что выходит за рамки ИХ представлений, и действительно ставишь на кон МАКСИМУМ.

*Экстремалы, говоря по-умному, возрождают в современном, во многом надуманном, мире древние архетипы Героя и кровавой Жертвы. Они знают: никто не гибнет/калечится зря. Жертва - железный обруч, стягивающий соратников. Смерть и травмы друзей, твоя собственная БОЛЬ и КРОВЬ питает азарт Игры.

Так обретается самоуважение.

*С момента старта до момента финиша ты - СВОБОДЕН.

Свободен в том смысле, что не подвластен законам людей. Ты выпадаешь из всех их Систем Контроля и подчиняешься гораздо более ЧЕСТНЫМ и КРАСИВЫМ правилам Игры со скоростью, снарядом, экстрим-средой. И это чувство полёта...

*На самом деле, этот спорт становится экстремальным только тогда, когда ты ОСМЕЛИВАЕШЬСЯ полезть и сделать что-то доселе немыслимое для тебя, когда ты стоишь на краю и РЕШАЕШЬСЯ, постепенно раскачивая себя... а затем ПРОДАВЛИВАЕШЬ страх и бросаешься вперёд.

*Оставив за спиной некую точку НЕВОЗВРАЩЕНИЯ, понимаешь: шутки кончились, всё - серьёзно. Дальнейшие события идут в столь жёстком темпе, что для вписывания в них нужно быть уверенным АБСОЛЮТНО... Чуть дрогнешь, тут же в теле - непонятка, в ногах - расколбас, контролю - каюк, и всё: пока не от-ку-выр-ка-ешь-ся, никто тебе не поможет.

Иллюзий безопасности нет.

Реальность - 200%.

*Экстрим дает человеку мощный психо-физиологический кайф.

И если ты, искря древним азартом Воина и Охотника, поборол страх и СДЕЛАЛ ЭТО, то в самом ядре твоей сути раздается радостный взрыв такой Силы, что он прошибает, как фанеру, все верхние слои психики. И чем интенсивнее страх, тем сильнее радость. Если же страх АБСОЛЮТЕН, то и радость потом - ТЕРМОЯДЕРНА!! Единственный минус этого потного незамысловатого счастья - краткость действия. Секунда-минута-пять, и опять идёшь повторять!

*Биохимическая "подкладка" экстрим-кайфа, в общем-то, такая же, как и у целого ряда наркотиков. Однако в отличии от наркомании, где ты - раб своей зависимости, экстримо-мания (за исключением, пожалуй, самых крайних случаев, когда человек замыкается только на этом и становится узким фанатиком) экстримо-мания в силу своей ЕСТЕСТВЕННОЙ природы вполне КОНТРОЛИРУЕМА. Ты можешь легко планировать и дозировать свой кайф, занимаясь им в другое - от остальной жизни - время.

*Экстремальный спорт эффективно балансирует человека.

Ведь в чём проблема-то? - Современный человек с его переразвитым рациональным мышлением очень напоминает имбицила, у которого голова деформирована на левую сторону. Экстрим же развивает нашу голову до симметричного вида, потому как выжить на такой скорости можно только используя навыки интуитивного мышления, "базирующегося" в правом полушарии мозга. Именно интуиция позволяет телу адекватно реагировать на все изменения обстановки, где задействовано безумное количество случайных факторов. Все экстримеры, образно выражаясь, "СИДЯТ НА ВНЕЗАПНОМ". "Хорошо, - скажешь ты, - а зачем мне, такому современному и умному, симметричная башка?" - Вот зачем: чтобы успешно маневрировать в сегодняшнем СИЛЬНОДЕЙСТВУЮЩЕМ мире, все клетки которого сверх-агрессивны, сверх-насыщены, сверх-динамичны и сверх-случайны (сейчас даже дорогу перейти совсем не то, что 10 лет назад!), нужно периодически проходить СИЛЬНОДЕЙСТВУЮЩИЕ РИТУАЛЫ АДАПТАЦИИ, и экстрим - один из таких ритуалов. Приучая себя к СКОРОСТНЫМ переживаниям, постоянно выводя свой мозг в СКОРОСТНЫЕ режимы мышления, ты тренируешь способность к мгновенной и точной интуитивной реакции на любые ИЗМЕНЕНИЯ. Ты - СОБРАН и КО ВСЕМУ ГОТОВ - телом, мозгом и духом! Экстремальный спорт - это современная разновидность агрессивной скоростной медитации, которая эффективно "апгрейдит" твои конфигурации на более быстродействующие - чтобы ты не захлебнулся в бешено-шарашащем горном потоке жизненных задач.

Чтобы ты СПРАВЛЯЛСЯ.

На своём личном Пути Силы.

Потому что редко кто в зрелости стоек, кто в юности дрябл!

*Чем благополучнее, предсказуемее и безопаснее быт; чем сидячей работа и чем больше в обществе "ПОРЯДКУ", тем, выходит, больше люди нуждаются в экстремальном спорте. Один мой знакомый врач время от времени "топит" свою крысу в холодной воде. Жестоко? - Для её же пользы!

Чтобы сытые и здоровые существа могли долго и продуктивно жить в неволе, и не париться от этого, а наоборот - максимально кайфовать от предоставляемых им в этой неволе удобств (например, чтобы ПО-НАСТОЯЩЕМУ кайфануть от горячего душа и мягкой постели, нужно перед этим сходить в серьёзный поход; чтобы максимально расслабиться, нужно максимально напрячься - и так во всём, всегда) - в общем, любым сытым и здоровым существам, живущим в неволе, нужно периодически устраивать искусственный стресс. Если же этого не делать, они либо сдохнут от скуки, либо передерутся и горе побежденным. Вот поэтому-то экстремальный спорт так развит на Западе, и поэтому он так локален у нас.

*Однако не стоит путать экстремальный спорт с экстремальным идиотизмом (который сейчас так моден на Западе). Грань между ними тонка. И часто - фатальна.

*Как экстремальный спорт влияет на человека? - Наверное, он становится более мужественным. Наверное. Но точно - спокойнее. Возможно, в этом спокойствии - мудрость. И сила.

*Главный дар - ПОЛНОТА ПРИСУТСТВИЯ.

Прошлое - за спиной, Будущее - за горизонтом.

Планируй-не планируй, всё равно спланируешь не туда.

Воспоминания - стёклышки калейдоскопа.

Раскройся настежь, мгновение!

Мы помним о Смерти, мы в контакте с Ней!

Поэтому и Жизнь нам РАДА!

Нам ВКУСНО живётся!

А тебе?

51

Анна МЕЛЬНИКОВА

Забыла

Я, как известно, влюблена.

Вчера сказала Ему, что думаю о Нём 24 часа в сутки - это если со снами, без сновидений поменьше. А сегодня закружилась: к зубному, на работу, красивый комбинезон покупала - совсем не помнила, что люблю.

Еду домой, думаю: что я забыла?

Ужин!

Торможу у магазинчика, напротив моего дома. У нас хороший дом: ужин можно купить, просто перейдя дорогу. Продавец тоже весёлый дядька; здороваемся, улыбаемся. Всё как в старых французских фильмах. Я спрыгиваю с велосипеда и пытаюсь пристроить его к специальной велосипедной штанге. Он - ни в какую. Упрямится, падает, подниматься не хочет. Продавец в магазинчике потешается, наблюдая, как я его ласково упрашиваю подождать.

Наконец, велосипед соглашается, и я бегу в магазинчик.

- Договорились? - кивает продавец на окошко.

- Да, немножко закапризничал. Мне салат, пожалуйста.

Взвешивает и заворачивает мне кочанчик.

- Ты какая-то задумчивая сегодня. Как дела?

- Хорошо-хорошо. Только, по-моему, я чего-то забыла. Ладно, потом вспомню.

- Вспомнишь - забегай! Я тебе скидку сделаю.

Я расплачиваюсь и ухожу.

- Эй, молодая! - кричит он вслед - а кочанчик кому оставила?

Возвращаюсь, забираю.

- Вот видите. Опять забыла.

- Да ты влюбилась, что ли?

- Да, - говорю я и иду к выходу.

И останавливаюсь...

Ну как я ТАКОЕ могла забыть?!!

- А на мне что, написано?

- Вот ТАКИМИ буквами! - показывает он, широко разводя руки.

Я, сияя от счастья, выхожу на улицу и заворачиваю направо.

- Молодая! - выбегает он следом - Ты куда? Ты же напротив живёшь, забыла? И велосипед твой не пристёгнут. Может, тебя проводить?

- Нет, нет, всё в порядке! Я за хлебом, тут рядом, спасибо!

Продавец вдруг становится серьёзным.

- Ты смотри, голову не теряй.

- Почему?

А он как захохочет на всю улицу:

- Салат не во что будет есть!!

Я отмахиваюсь, но он хватает меня под руку и, бросив свой магазинчик (тоже мне головастый!) провожает меня до булочной.

52

Анна МЕЛЬНИКОВА

Загадка

Летом - алый, зимой - белый,

А у его мамы отец дебелый.

53

Василий ЛИФАНОВ

(история Грустного)

Грустный устроился поудобнее в кресле и начал:

- Музыка и Матиас - мои давние друзья.

Плывём мы как-то на майские праздники на байдарке - на "Таймене", на "трёшке" - и прям вёслами - фху-у, фху-у, фху-у... - прям ПРЁМСЯ!! Вокруг - река, солнышко, деревья зелёные, из магнитофона панк-рок орёт, а мы сильно озябшие по случаю праздника и весёлые.

И Матиас сидит первый, и вдруг оборачивается к нам и сообщает:

- Пацаны, там впереди перекат и дерево упавшее. Ложимся и проходим под ним на струе.

Я лёг... А я сижу самый последний. Передо мной - багажное отделение. А ребятам ноги некуда убирать. И они просто их раздвигают и под борта засовывают. А я, не будь дураком, ноги в багажное отделение кладу, и прям ВООБЩЕ-Е! - как мумия, как фараон какой-то лежу в байдарке, и мне супер.

И тут я чувствую, что Матиас, который спереди сидит, вдруг начинает отгребать обратно!! А течение - адское!!! И мы под это дерево... - тут Грустный делает эффектную паузу и неторопливо наливает себе вина...

Смотрим на него.

... Затем опрокидывает стакан, морщится, утирается капюшоном толстовки (на алой ткани - тёмное мокрое пятно), со стуком ставит его на стол и продолжает:

- Оказывается: Матиас увидал какого-то дохленького ужика, который, мирно греясь на солнышке, свисал с этого дерева, и принял его в силу своего алкогольного опьянения за... ОЗВЕРЕВШУЮ АНАКОНДУ!! И КАК начал грести обратно!! Наша байдарка начала крениться... А я, лежа в ней, как фараон, понял - что к чему - только когда мы уже были вот так вот - наклоняет руку - и в борт лилась вода!

Недоумеваю:

- А почему вы... а! так вас боком стало разворачивать?

На что Грустный с жаром восклицает:

- Да как... Да Матиас же сделал вот так - выпучивает глаза и, с усилием налегает на воображаемое весло - фффуууу... одним веслом! И вся байдарка из такого положения - поднимает ладони горизонтально - стала вот в такое! - и разворачивает их наискось.

Понимающе киваю:

- А... и под струю её подставил!

Не обращая внимания:

- А я-то, не будь дураком, запихнул ноги в багажное отделение! И мы делаем... - и Грустный опрокидывает ладони - ПАУ-У-У... Матиас делает - и выталкивается из кресла - ффуиить! Музыка делает - ффуиить! А яяя... - и, зверски перекося лицо, тщетно дёргается в кресле - БОРЮСЬ ПРОСТО!! ЗА ЖИЗНЬ!!

Смеёмся.

... А ноги у меня накрыты какими-то... - и обрисовывает ладонями на коленях - Вот здесь магнитофон с панк-роком заклинен. - и махает рукой - И, короче, какая-то картошка, какое-то пюре там, в этом котле, какие-то спальники, и всё это у меня между ног, и здесь вот - проводит над коленями - вот такая железная штучка проходит!

- Шпангоут. - уточняю я.

Не обращая внимания:

- ... И я чувствую - уже ТЕЧЕНИЕ, и меня вот так вот - и, зверски ощерясь, стучит кулаком по коленке - кол-БАСИТ по дну...

И тут я решительно стопорю разошедшегося Грустного:

- Подожди, подожди, подожди!

- ... по песочному! - всё-таки заканчивает он и торжествующе смотрит на меня.

Спрашиваю:

- Грустный, так ты, как бы... вас что, там по дну, что ль, волокло? Там мелко, что ли?

Все - мне, хором:

- Да перевернуло их, килем наверх!

А Грустный сочувственно спрашивает, смерив меня взглядом:

- Василий, дружище, ну где ты видел в Подмосковье глубокие речки? Тем более на перекате?

- Нет, ну если ты как бы там лежишь целиком... - и вдруг врубаюсь - а, так ты там уже...

На что Грустный, с жаром:

- Так я уже сижу там вниз головой и... - и сдавленно хрипит, дёргаясь в кресле - И ХО-ЧУ ВЫЛЕЗТИ, ДЫШАТЬ МНЕ НЕЧЕМ!!

Cмеёмся.

Грустный, посмеиваясь, качает головой:

- Ка-кой отстой, а! И тут я вдруг с ужасом понимаю: ВСЁ, МНЕ ПИЗДЕЦ! Я ОТСЮДА НЕ ВЫБЕРУСЬ! И ВОЗДУХА НОЛЬ! - и у меня в голове, верите, ребята, проносится - и Грустный, смотря наверх, прижимает руки к груди: "Бог, ну не в падлу... дай мне ещё пожить, а?! Я же в целом совсем неплохой вонючка! И маму свою я люблю. И папу... Бог, а я за это бухать брошу и драться на улицах перестану, и друзьям в карманы личинки больше не буду откладывать!" Нет, правда! Я так и подумал! - и обводит нас блестящими глазами - И, прикиньте, ТУТ ЖЕ заклинивший магнитофон выплывает у меня с колен, и я получаю возможность двигаться!

Наливает себе вина, опрокидывает, утирается капюшоном, ставит стакан и продолжает:

- И Е-ЛЕ Я ВЫКАРАБКАЛСЯ!! Я помню: я а-а-а-а... - глубоко, жадно вдыхает - всплываю и вижу: наша байдарка верх ногами идёт креном на дно, как "Титаник". А вокруг картофель этот плавает, суп, макароны какие-то, Музыка почему-то плывёт в обнимку с магнитофоном, из которого уже ничего не играет, а Матиас, выгребая первым, держит над головой единственную спасённую им бутылку водки... Как знамя!

Смеёмся.

- Вот так! - заключает Грустный и снова тянется к вину.

Интересуюсь:

- А на много тебя хватило-то обещание Богу держать?

Наливая в стакан:

- Ровно до берега. А когда я вылез, то первым делом хорошенько вломил Матиасу, чтоб он змей больше не боялся, а потом мы втроём залпом выпили спасённую им бутылку водки! Вода-то ледяная, хоть и май-месяц. А выпив её, мы снова полезли в воду, и стали нырять за байдаркой и вылавливать вещи с продуктами, какие ещё можно было выловить!

Опрокидывает стакан, ставит на стол и утирается капюшоном:

- А чего, весело сходили. А Бог - это Сила!

54

Василий ЛИФАНОВ

Как здорово ЖИТЬ!!

И "жи"-"ши" писать с буквы

"Ы"!!

55

Василий ЛИФАНОВ

при со-участии

Алика ВОСТОКОВА

НЕ РАССЛАБЛЯТЬСЯ!

С Л Э М

Перед вами - исследование ещё одного экстремального обряда наших дней, способного мощно менять человека, "переворачивая" его агрессию, направленную на других.

*Всё по-настоящему: ОПАСНО.

В теле - изнеможение. Локоть ломит, похоже, разбил - фигня, потом разберёмся, пот, штаны липнут к ногам, грудь - как меха, сил нет - копить. У всех, похоже, такое же... Гитара ёкает, ухает басуха, наяривают дудки, скачут ударные - и скачут, высоко подбрасывая коленки, малорослые и девичьи "окраины" толпы - но это не важно. Идёт СКА-шный кусок: оп, оп, оп, папарапа-парарура! Боевой же Центр слегка переминается - и копит, копит энергию, копит ярость, ждёт ПАНКА, ждёт "волну". Все, бурно дыша, видят и не видят друг друга, взгляды - в сосредоточенном расфокусе.

Суммарный вольтаж неуклонно растёт; куплет, резвясь и лихача, подскакивает к концу; и неотвратимо - сплошным энергетическим ВАЛОМ - подкатывает припев. Центр - подбирается, локти - к груди, зубы - к зубам, он уже близок, этот ВАЛ, уже виден, виден, растёт, вздымается, вздымается над нами, всё выше, выше, над нами, нами, гребень наклоняется, наклоняется, И...

Музыка - с цепи!!! А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!!

Всё срывается-сметается-сшибается, тела - в тела, сила - на силу, тесно, жёстко, грудь - в грудь, в спину, в бок, локти - в ход, месиво, рубка, на тебе, на, на, на!!! а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! - иступление-озверение-злоба-упоение-восторг-упал-подняли-отлетел-устоял-ринулся, а сверху хуярит, хуя-хуя-хуярррррит ритм, гитара пи-и-и-и-и-и-и-и-лит, несё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ёт, бас ре-е-е-в-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ёт, обезумевшие дудки летя-я-я-я-я-я-я-ят, солист ор-р-р-р-р-ё-ё-ё-ё-ёт, скорость-скорость-скорость, тонны - в секунду, горный поток из звука, тел, прорубаешься сквозь и СКВОЗЬ ПРОРУБАЕТСЯ СКВОЗЬ ТЕБЯ...

И вдруг - ЕДИНСТВО!

Щетина крепких кулаков - к сцене, на выдохе: "ОЙ! ОЙ! ОЙ!" - и в этот момент тебя - НЕТ, ты - ВСЕ, все - ТЫ.

НАМИ МОЩЬ ГОВОРИТ! -

МУЖСКАЯ МОЩЬ.

И -

всё опять срывается-сметается-сшибается - себя не жалеючи.

...

Скачет новый куплет.

И опять трубадурит ска, и пляшут "окраины", и Центр остывает...

Как же локоть-то ломит, зараза! А сосед - вон, за нос держится... Но без обид. Переводим дух, ждём "прилива"...

Итак, С Л Э М.

Когда возник? Зачем? Почему? Что это такое? Что это даёт человеку?

Ответы - ниже.

*Слэм - порождение хард-кор культуры, зародившейся в начале 80-х гг. в Америке, в мегаполисах, которая сплачивает музыку в стиле хард-кор, а также ска-панк, ска-кор, рэп-кор, грайнд-кор и т.д., с её экстремально-настроенной аудиторией, куда могут входить панки, стрейт-эйджеры, шарпы, ска-мэны, альтернативщики и т.д. - в общем, все крепкие бойцовые ребята больших городов.

*Предтечей слэма можно считать панковский танец пого, который подразумевал бешеную тряску всеми членами тела, раскоординированные прыжки в разные стороны и толкания. Слэм идёт гораздо дальше.

Он добавляет открытую агрессию и боевую злость.

*Слэм также отличается от пого по своей энергетике, как панк отличается от своих позднейших мутаций - хард-кора, ска-панка, ска-кора и пр., где - скорости ещё выше, мощь - ещё больше, а оголтелость переходит в откровенную озверелость. Чтобы играть такую музыку, музыкант должен выкладываться максимально. А это, естественно, будит максимум и в публике, чья суммарная энергетика ещё больше подхлёстывает ярость музыкантов, которые ещё больше ярят публику.

И т.д.

А такую энергетику можно достичь только в бою.

Вот бой и происходит.

Но только - Обрядовый Бой, по определенным правилам, с определёнными целями. И вовсе не случайно в хард-кор культуре музыканты и аудитория - не по-отдельности существуют: типа, "мы тут такие крутые на сцене, а вы - где-то там, внизу", а - НА РАВНЫХ. Они - братья.

Они помогают друг другу БЫТЬ.

*Через слэм выходит вся избыточная агрессия, которую скапливает в человеке современный урбан, а также агрессия возраста, пола, темперамента.

Но это не всё.

Через слэм его участники проходят важнейшую (и отменённую, кстати, обабившимся потребительским обществом) часть Великого Обряда Мужской Инициации - пробуждение и тренировку бойцовских черт характера, которые лежат в "фундаменте" любого мужчины.

Но и это не всё.

Через слэм (и тем более через футбольное фанатство, а также через самые крайние проявления экстрима - B.A.S.E., BMX, скейтбординг и пр.) происходит резкое и благотворное размежевание Мужского и Женского. Сейчас "слабый пол" повсюду соревнуется на равных с "сильным", и уже вообще неясно, в чём сила "сильного" пола и в чём слабость "слабого". Вот и возникают такие затеи, где участие женщины невозможно в принципе, а участие мужчины даёт ему Настоящую Силу и Самоуважение, а также Уважение женщины - пусть даже и невольное, пусть даже и в сопровождении слов - "придурошный", "ненормальный", etc.

Она-то ведь откровенно боится!

Она-то видит, что ТУТ она действительно слабее!

И слава Богу, что благодаря всевозможным экстремальным обрядам новейшего времени все эти базовые понятия встают на места в наших чересчур от-цивилизованных и от-цифрованных - и потому ослабших - головах!

Но к делу.

*Слэм - это что-то среднее между всеобщим танцем и массовой дракой. Иными словами, это одновременно - и "танец-сражение", и "безопасная драка". От танца тут - 100%-синхронизация участников с музыкой и подчинение их боевой активности музыкальным "приливам" и "отливам", а также единый характер движений и соблюдение некоторых правил.

От драки в слэме - накал страстей, открытая агрессия, направленная на окружающих, и яростная бомбардировка их ударами, которые, тем не менее, не наносят им целенаправленного и намеренного вреда.

*Движений в слэме немного, они просты и имеют ограниченную амплитуду. Это могут быть толчки и пихания - одного или нескольких зараз, а также прыжки вверх, и друг на друга. Но главным образом это сшибки тел. Сопровождаются они ударами локтей, которые, однако, вбиваются исключительно в ПЛЕЧЕВЫЕ ПОЯСА окружающих - в их груди, спины, бока. Или же - в блокирующие предплечья. По негласному взаимному соглашению участники слэма щадят головы и всё, что пониже пупков. Поэтому если туда что-то и прилетит, то - ненарочно.

(прим. - здесь и далее мы говорим о самой экстремальной форме слэма, так как бывают и более "щадящие" варианты - просто с пиханиями и прыжками)

*В слэме - в любой его разновидности - есть ещё одно железное правило. Если кто-то вдруг упал, а такое случается нередко, ибо колыхания бьющейся толпы - непредсказуемы и чрезвычайно сильны, то рубилово на секунду приостанавливается, и множество рук вздёргивают упавшего с пола.

*Стойка слэмующего практически неотличима от стойки бойца - кулаки сжаты, руки согнуты перед грудью, прикрывая её от сыпящихся отовсюду ударов. Вместе с тем эта стойка позволяет сильно, скорострельно и коротко бить локтями - в ответ. Удары же кулаками в такой ситуации малоэффективны. Почему? - На ум приходит сравнение из военной истории. Мечи римлян, создавших самую грозную армию древности, были короткие, так как они предпочитали резаться в тесноте, когда их сомкнутый строй с разбега вминался в ощетиненное "тело" вражеского войска. Мечи же рыцарей, предпочитавших поединок и разомкнутый строй, были наоборот, длинные - чтобы перекрыть свистящей сталью побольше пространства и достать противника.

*В слэме мы выплёскиваем на окружающих СВОЮ агрессию, и принимаем на себя ИХ агрессию. "Держим удар" - как говорят боксёры. А так как плечевой пояс и предплечья, в общем-то, безболезненно гасят ЧУЖИЕ удары (синяки и ушибы - не в счёт), это позволяет заряжать СОБСТВЕННЫЕ на полную катушку.

Раз опасения - минимальны, нападение - максимально.

*В отличии от драки в слэме мы сражаемся не против конкретного врага, а против всех сразу. КАЖДЫЙ должен как бы отмудохать ВСЕХ, и выстоять против ИХ безжалостного влома. Но - что важно! - так как никто никого не стремится УБРАТЬ, то персональные различия в боевой подготовке нивелируются. Поэтому в слэме может учавствовать ЛЮБОЙ, крепкий духом и телом.

НО!

Суммарная энергетика пространства слэма очень велика. Тут возникает как бы ядерный реактор из множества тел. И, оказываясь в его бешено колыхающихся недрах, ты должен соответствовать общей энергетике. Иными словами, твоя Личная Сила должна быть на уровне противостоящей тебе Коллективной Силы. Для этого необходима сверх-мобилизация себя. Необходимо НЕИСТОВСТВО. Необходимо пробудить в себе могучие древние вихри боевой ярости, которые, с рёвом устремляясь наружу, превращают тебя в оружие.

Зато после концерта - ну ТАКАЯ усталость в теле, ну ТАКОЙ покой на душе, ТАКОЙ мир!

*Структура толпы на концерте неоднородна. Перед сценой, лицом к ней, стоят в несколько рядов любители экстремального созерцания. Они сосредоточенно впитывают музыку и действия музыкантов. Время от времени кто-то вылезает на сцену и ныряет с неё, и созерцатели подхватывают его на руки и, немного пронеся, опускают - как придётся, за спину. За созерцателями бушует слэм. С боков и сзади его ограничивает "стенка-отбойник", состоящая из людей, которые согласны принимать на себя удары отлетающих тел, тем самым останавливая их. Далее идут пляшущие, далее - слушатели с пивком.

Так что опасность и безопасность на концерте дозируется.

*Слэм - не место демонстрации собственной индивидуальности. Это затея коллективная, поэтому ты обязан быть СВОИМ - по поведению и внешнему виду, и только тогда агрессия окружающих будет изливаться на тебя в относительно безвредной форме. Если же ты - инородное тело, то не удивляйся, если внезапно на тебя накинется пара-тройка крепышей с остановившимися посередине глаз зрачками, и спустя несколько секунд последние удары - уже по твоему лежащему телу - нанесут ногами.

И твоё тело уволокут.

"Левому" же фотографу могут запросто разбить камеру.

И охрана не предотвратит.

*В кипящем энергетическом котле слэма все участники РАВНОПРАВНЫ и НЕ-СЛУЧАЙНЫ. Именно из этого свойства вытекает основной сюжетный переворот слэма, которое и составляет его Главный Смысл - когда внезапно, как по мановению волшебной палочки, яростное рубилово ПРОТИВ ВСЕХ оборачивается ЕДИНСТВОМ СО ВСЕМИ, и ты, выбрасывая свой кулак в череде других кулаков и скандируя: "ОЙ! ОЙ! ОЙ!" - переживаешь чрезвычайное острое чувство собственной СИЛЫ, СРОДНЁННОЙ С СИЛОЙ ТАКИХ ЖЕ СИЛЬНЫХ. Пространство слэма мгновенно схватывается цементом настоящего боевого братства: "Раз Ты и Я мужественно проходим это нелёгкое испытание, то Мы достойны уважать и Себя, и Друг Друга!"

И это - СИЛЬНЕЙШЕЕ МУЖСКОЕ ПЕРЕЖИВАНИЕ!

Которое хочется повторять.

Переживание Победителей.

Пик. Вершина. Возмужание.

И тут нет никакого удовольствия.

Но есть Радость.

Нет гордыни.

Но есть Гордость.

56

Анна МЕЛЬНИКОВА

Загадка

Задом небоскрёбы тушит.

57

Василий ЛИФАНОВ

Свет и Темь

*- Значит так. Одеваешься тепло, но так, чтобы потом не жалко было эту одежду выкинуть...

- Там холодно?

- Да нет: круглый год - + 8 С, зато влажно. Поэтому одевайся тепло... Желательно, конечно, и сменный комплект взять, чтобы на обратной дороге в метро пустили, но... Нет, не надо, не бери. На улице мороз - на входе должно быть сухо... Да, самое главное: бери запасные батарейки.

- А рюкзак брать? - Для продуктов и прочего - спальника, коврика...

- А он у тебя специальный?

- Угу.

- Тогда бери... Так, ну вроде, всё. Встречаемся в метро, на "Домодедовской", в 7 вечера, в центре зала. Только смотри, не опаздывай, последний автобус в 7.20.

- Понял.

*Метро: слегка поёживаюсь, будто меня проветрило-выветрило, и стало свежо, и весёлые мурашки побежали. А делов-то - шаг в сторону! Сквозь лень! И ты - опять на Волне! Разглядываю заюзанных людей, едущих с работы, и думаю: "Час назад, Васо, ты был таким же, в общем потоке."

*На "Домодедовской" меня встречает Неваляха. Настроена она, как всегда, по-энергичному. Почему-то скептически оглядывает мой рюкзак, но ничего не говорит. Машет рукой, мол, "пошли быстрее".

*Автобус № 21, остановка "Плотина". Высаживаемся. Когда автобус стихает за поворотом, нас обступает настоящая зимняя ночь - морозная, синяя, с хрустким снегом. Над промоинами заледенелой реки, мимо которой мы идем, кувыркается пар, лезут к игольчатым звездам дымы из труб ближайшей деревеньки, слева же, в пол-неба - жёлтое немигающее зарево.

*Вход в пещеры располагается в небольшой котловине округлой формы - сюда будто садились тарелки. Спускаемся по заснеженному склону к центральному сугробу, где зияет дыра. Около нее уже копошатся какие-то люди. Они передают вниз рюкзаки, которые, в отличии от моего - бугристого, с карманами и лямками - представляют собой гладкие цилиндрические мешки с единственной длинной петлей. Затем сами ныряют.

Машка говорит:

- Ну, прощайся с этим миром. Когда вернемся, ты его не узнаешь.

- Да ладно!

- Я тебе говорю! Снимай рюкзак, полезли.

*Вход в пещеру: сначала в дыре исчезает рюкзак. Снизу его принимают чьи-то руки. Теперь моя очередь. Упираясь спиной и руками, метра два спускаюсь по обледенелым камням. Оказываюсь в небольшой "норе", где справо, над сырым хлюпающим "полом", тянется узкий пролом, откуда слышатся смутные голоса и отблески фонарных лучиков.

- Спустился? - раздается сверху Машкин голос. - Теперь ползи. Как только сесть сможешь, жди нас.

- А рюкзак?

- А чего рюкзак? Волоки за собой.

С тоскливой неохотой опускаюсь пузом в холодную жижу - она неприятно пропитывает одежду - и коряво ползу, подтаскивая за собой рюкзак, который сразу становится и громадным, и неуклюжим. Ко всему прочему эта зараза своими лямками за все неровности цепляется! - Чертыхаясь, выпутываю его. Теперь я понимаю и Машкин скептический взгляд, и смысл гладких мешков... Таким макаром ползу метров 10. Далее каменный потолок слегка поднимается.

Все, я - внутри Системы. А тут действительно тепло! Правда, воздух сырой, зато пол сухой. Сажусь, прислоняюсь к рюкзаку, с нас капает. Оглядываюсь, свечу фонариком: каменные своды, многочисленные темные провалы ходов. Валяются бычки, пустые бутылки, рваный носок, использованный презерватив. Никаких людей нет, голоса, которые я слышал, пропали.

Наконец, из лаза выползает Машка и остальные.

- Отдышимся, а потом в грот почапаем, кинем вещи. - решает Неваляшка. Смотрит на меня:

- Промок? Не бойся, не заболеешь.

- Слушай, а можно сюда как-то по-другому попасть?

- Неа. Этот вход - единственный.

*Систему зовут "Сияны". Своим появлением на свет она обязана Москве белокаменной, для строительства которой ломали камень. Ломали долго - со времён царя Гороха и чуть ли не до революции. В итоге образовался огромный лабиринт. Общая протяженность ходов - больше 40 км. В какой-то момент Систему закрыли, а входы-выходы завалили, чтобы всякий подозрительный элемент не лазил. Вторично открыли Систему где-то в 60-х годах первые советские туристы. С тех пор всякий элемент сюда так и прёт.

*- Вообще-то есть постоянный круг людей, которые сюда ходят. - рассказывает мне Машка на ходу. - Люди самые разные: от нормальных до совершенно ебанутых. Маньяки, были случаи, прятались, бомжи живут. Их хотя и выгоняют, а они все равно лезут.

- А чем питаются?

- Да-а, - Машка махает рукой - ходят, ништяки подбирают. Или в гротах нычки разнычивают. Иногда встречаются совершенно непонятные типы: в костюме и галстуке. Однажды девушку видели в шубе и на каблуках.

- А эти персонажи как под землю попали?

- Ну, либо их по-пьяни увезли и прикололись, либо они просто фанаты. Я знаю одного человека, который отсюда на работу ездил целый месяц. Вообще, "крыша" тут легко съезжает.

*Мы направляемся к гроту. Идем, естественно, гуськом. На нас вкривь и вкось наплывают своды, выступы, складки, потолок то понижается - и мы принимаем стойку конькобежцев, то ещё понижается - и мы опускаемся на четвереньки, то ещё понижается - и мы ползём по-пластунски. Через пять минут такого родео становится жарко, но стоит только присесть, как сырость тут же начинает пробираться под одежды, и климат меняется. Так что греешься в пещерах ходьбой, едой и алкоголем.

*Идём по какому-то штреку и вдруг перешагиваем через живописно разметавшегося во сне человека. Чел похрапывает. На животе у него лежит горящий фонарик.

- Вот алкаш! - комментирует Машка, идущая первой.

Наклоняется и гасит фонарик.

Я, идущий следом, недоумеваю:

- Зачем ты его погасила? Представляешь, как ему страшно будет, когда он глаза откроет в кромешной темноте?

Машка отрезает:

- Ему ещё страшнее будет, если он проснется, а у фонарика батарейка кончилась.

Мысленно оказываюсь тем парнем. По спине - холодок.

Говорю:

- Да, вот так однажды проснешься, сразу не поймешь на каком ты свете, и - хана.

*Свет под землей - всё. Потому что ТЕМЬ, которая царит в пещере - в тысячу раз страшнее, чем мы привыкли видеть на земле. Там - у темноты всегда есть какой-то оттенок - синий, например; там всегда может выйти из-за туч луна, или огонек мелькнёт, или тропинка забелеет, или снег. Здесь же - полнокровный, могучий, первородный чёрный цвет, без компромиссов. И это в сочетании с ТИШЬЮ... А ТИШЬ такая, что начинаешь слышать, как живёт собственный глаз, ухо, палец, сердце... как душа в теле поскрипывает... И ТЕМЬ в сочетании с ТИШЬЮ быстро выводят тебя на ту грань, откуда легко рухнуть в Ужас...

*Мы все идем, я развиваю вслух свои идеи, меня несёт, и в какой-то момент Машка замечает:

- Ну вот ты и начал сам с собой разговаривать. - и, заметив моё вытянувшееся лицо, утешает - Это не страшно. Хуже будет, если вздумаешь сам себе отвечать.

*В какой-то момент к ТЕМИ начинаешь относиться, как к живому существу. Я пару раз эксперементировал: посвечу фонариком вокруг, ага, штрек просторный и пустой - нет ни камней под ногами, ни выступов. Выключу фонарик, а ТЕМЬ ка-ак хлынет!! Как затопит воздух!! И как себя потом не уговаривай пройти несколько шагов гордо и прямо, все равно выставляешь вперед руки, ногой щупаешь и движешься потихоньку, бочком. Не веришь. Зато веришь, что подземелье вот-вот бросит под ноги камень, а в голову - выступ.

*- Ой, блядь!

- Ты чего?

- Головой ударился!

*И опять складчатый штрек змеится навстречу.

Лучи наших фонариков - как живые нервные усики. Прыгают, мечутся, скользят; касаются то стены, то пола, то потолка; то ближе, то выше, то дальше, то ниже. И в ответ: тени-тени-тени: то с чёткими, то с размытыми очертаниями, внахлёст, в разные стороны, многослойные и изломанные.

*Сидим в гроте на каменных скамьях за каменным столом. Фонари в целях экономии выключены. Грот освещен дрожащим живым пламенем Машкиной налобной шахтёрской лампадки. Синий же огонек примуса, на котором булькает рис, в силах осветить только сальный бок тушенки, стоящей рядом на камушке.

Над Машкой на шершавой стене углем нарисован рисунок в наивной детской манере: солнышко, домик, дерево, конь скачет. Я вглядываюсь в него, вглядываюсь, живые отсветы всё играют по шершавой стене, играют и вдруг... рисунок оживает!!!! - В нём появляется движение, глубина, краски, ветер... Я смотрю настоящий магический каменный телевизор!!!! Первую супер-модель!!!!

- Машка, глянь-ка! - показываю. - Там дерево колышется и в окошке кто-то мелькнул!

Машка и все остальные смотрят и соглашаются. Затем пересаживаются и мы смотрим...

*В Системе за каждой давно ходящей тусовкой закреплен определенный грот. Грот - это оборудованная стоянка, где отдыхают, веселятся, куда ходят друг к другу в гости. Эти "квартиры" возникли давным-давно и передаются, если можно так сказать, "по наследству". За Машкиной компанией закреплен комфортабельный грот, состоящий из двух раздельных помещений - кухни/гостиной и спальни. Нам, новичкам, повезло. Мы гостим у крутых.

*Поужинали. Или позавтракали? Спрашиваю про время. Никто не знает - все счастливы. А счастливы потому ещё, что здесь, под землей - Времени нет. Оно по поверхности шарится, это Время, а в пещерах ты - в до-Временьи. Знаете, КАКОЕ это острое чувство, когда тиканье часов везде замирает, и секунды-минуты-часы растворяются в НИКОГДА?!

Становится ВСЁ РАВНО.

*Машка ведёт нас на экскурсию и ещё зачем-то, о чем говорит неясно. Но заранее настраивает. Чего она задумала?

Снова родео. Бесконечная сеть коридоров свивается, развивается, ветвится. Словно попал в какую-то зловещую компьютерную игру. Да, заблудиться здесь как два пальца об асфальт... Машка - та ориентируется по каким-то незаметным приметам, впрочем, у неё и карта Системы есть - я видел. Она постоянно докладывает нам о нашем местонахождении, мелькают названия - "водокап", "Кресты" и прочее, а по мне - так всё едино.

*Приходим куда-то. Обширный каменный "мешок". Сидит на каменной полке какой-то парень, курит. Между ним и Машкой происходит странный диалог:

- Ну как у тебя? - это Машка.

- Ещё не знаю. Но, похоже, надолго.

- Фак! - восклицает Машка и говорит нам - Пошли!

- А что, что такое? - гомоним мы.

- Так. Ничего. Пошли. - и Машка заворачивает за угол. Мы послушным гуртом спешим следом - деваться-то некуда!

Опять родео.

Внезапно Машка останавливается. Поворачивается и молча снимает с меня куртку.

- Ты замёрзла? - интересуюсь я.

- Неа... - отвечает Машка и буднично продолжает - В общем, помни одно - всё будет хорошо. Мы сейчас пойдем, а тебе - и Машка светит вниз, где над полом виднеется узкое&плоское отверстие - вот сюда! Ты же хотел экстрима? До встречи.

И Машка поворачивается и мгновенно исчезает в штреке.

- Эй, эй, эй! - растерянно тяну я руку, но поздно.

Один…

Бежать вслед? Заблужусь. Да и стыдно. А что делать? Неужто лезть? - Похоже на то... Но ТАК не хочется!

Становлюсь на колени, наклоняюсь, свечу фонариком: другого конца не видно, лаз, видимо, где-то поворачивает. Всовываюсь в нору до половины и... замираю. В груди - целый комок сосущего холода, а все внутренние голоса орут: "Может, не надо??? Может, ну его нафиг???" - А стрёмно-то по-настоящему: я как-то очень плотно вхожу в лаз. Его ширина - мои плечи, его высота - моя грудь+поджатые руки. "Нет, надо лезть. Все будет хорошо." - говорю сам себе и втискиваюсь глубже. И ещё глубже. И ещё...

И пополз.

*Чувство: ты стиснут накрепко. Под тобой - толща, над тобой - толща. Что бы ты не делал, ЭТО так и останется. Пенал. Ловушка. Давящая теснота. Единственное, что в твоих силах - ползти дальше... Ползу, толчками протискиваю тело, со свистом выдыхаю. Изнутри рвется дикое желание закричать и забиться, еле сдерживаю себя... Доползаю до поворота. Лаз разделен вертикальной каменной перемычкой. Влево отходит недлинный аппендикс, вправо - основная "магистраль". Но как изогнуться, не приподнимаясь? После нескольких попыток это удается... Ползу... И тут потолок - я же его чувствую спиной! - начинает опускаться! И чем дальше я себя протискиваю, тем плотнее вхожу... Останавливаюсь. Унимаю дыхание, а оно не унимается. В груди - ту-дуу, ту-дуу, ту-дуу, ту-дуу... Назад? - Без мазы: куртка задерётся и будет мешать. Вперёд? Ладно, вперёд... Плотно... Плотнее... И ещё плотнее... И ещё... И ещё... И ещё... Всё, приполз. Ни вверх, ни вниз, ни туда, ни сюда... Невдалеке слышны голоса: "Застрял он там? Или ползёт?" - "Ползёт. Только дышит часто". Суки, ещё и издеваются! Вылезу, точно кому-то паяло расколю! Если вылезу... Если... Но как??? - ТУ-ДУУ, ТУ-ДУУ, ТУ-ДУУ, ТУ-ДУУ... Не знаю почему, но вдруг вытягиваю правую руку и, о чудо! - между мной и пещерой появляется микро-зазор. Делаю рывок вперед. Потолок еще ниже. Вытягиваю левую руку. Зазор. Рывок... Рывок. Рывок. Рывок. Уже полосы фонарей видны. МОГУЧЕ РАЗГОРАЕТСЯ НАДЕЖДА... Ещё рывок, ещё, быстрее отсюда, быстрее. И... вот он, выход! Но... прямо перед моим носом его закрывают камнем!!! Что за фигня?!? Вытянутыми руками буквально сметаю последнюю преграду и... выпадаю наружу с идиотской улыбкой.

- Дураки, я же говорила, надо было раньше вход заваливать! - недовольно говорит надо мною Машка.

- Ага, раньше. Сейчас вот как встану...

- Это что! Некоторых вообще с двух сторон пускают. -успокаивают меня, и этот контраст хуёвого с ещё более хуёвым кажется мне вполне убедительным. Встаю, отряхиваюсь, и вдруг меня прошибает РАДОСТЬ, РА-ДОСТЬ.

Я смог!!!

*Вообще, в Системе активно практикуется чёрный юмор. Особенно над новичками. Заводят их и бросают... часа на три. Или на три дня... Как вспомнят. Хотя считают себя спасателями. Бывает, зажигают в штреках рядом со стоянкой новичков "волоки" - куски пластмассы, которая ужасно воняет - для паники. И т.д. и т.п.

- Машка, а зачем они это делают?

- Испытывают. Как-никак реальная стрессовая ситуация.

- А для чего им это нужно?

- А чтобы человек точно решил - нужна ему Система или нет.

*Выход: сначала подаю рюкзак, потом вскарабкиваюсь сам. И по глазам бьет ярчайший СВЕТ.

Мороз и Солнце, день чудесный!

И меня захлестывает ЭЙФОРИЯ!

На какой-то неуловимый миг мне становится понятно ВСЁ.

И даже - БОЛЬШЕ, ЧЕМ ВСЁ.

Машка была права: я заново узнавал окружающий мир.

P.S.

- Вот ты побывал в пещерах, - сказал мне Дюша - и если тебя дать волю, ты мог бы рассказывать о них и час, и два. А многие и вчерашний день вспомнить не могут.

58

Василий ЛИФАНОВ

И вдруг я увидел:

СИНЕБО ГРОМАДОСТНО!!

59

Василий ЛИФАНОВ

Всё, что ты мог бы сделать - СДЕЛАЙ!

60

Василий ЛИФАНОВ

Особая благодарность:

Анне КУЗНЕЦОВОЙ, Александру МАРГОРИНУ

Последний Че

Темнота...

Возникает "окошко":

"Продолжить загрузку программы?"

Раскатистый мужской голос:

- ДА.

Пропадает.

Отцифровываются титры:

"К 3000 году человечество, наконец-таки, ОБРАЗУМИЛОСЬ."

"А всю рядовую работу стали выполнять роботы."

"Год №3333"

"Москваполис №239"

Разрываются.

Древняя станция метро.

По отколотым зеркальным стенам, увитым бледными лианами, множится пламя факелов, которые держат в руках двое парней лет 20 в продранных куртках с капюшонами и силовыми ранцами; в штанах со множеством карманов, часть которых оторваны "с мясом"; в грубых ботинках, заляпанных грязью.

Первый - плотный, лысый, с татуировкой микросхемы на всю голову. Над правым ухом укреплена маленькая камера.

Второй - повыше, широкоплечий, со спутанной рыжей гривой, перехваченной цепочкой, сомкнутой на ржавый замок.

Перед ними, в тупике, заваленном обглоданными человеческими костями, люто горя жёлтыми глазами, пригнулся огромный ощетиненный волк.

Первый:

- Это п-последний. М-матёрый, гад... Не п-передумал?

Второй молча вклинивает факел в щель треснувшей колонны.

Первый плавно поднимает руку и включает камеру.

- А м-может, всё-таки, п-подстраховать? У меня п-плазмопатрон есть.

- Нет. - и, продолжая следить за волком, вытаскивает из нагрудного кармана сложенную бумажку - Держи Маму. Если что, позаботься.

Засовывая в карман:

- Ты п-попросил Её о за-а-заступниче...

- Да. Про себя.

- Хорошо... А м-может, в-всё-таки, нож?

- А, нах! - и медленно выходит вперёд.

Волк глухо рычит.

Ещё шаг - и взмётывается - стремительно отклоняется - пасть лязгает - за уши опрокидывает, и - катаются по полу перекрученным воющим клубком.

Первый, крутя факелом, что-то кричит и азартно снимает с разных точек.

... Пламя, отражения, тени, хвост, ноги, руки, пасть, грива...

Отлетает лопнувший ржавый замок, кровящее звериное ухо.

Наконец, подмят.

Пальцы - на горле. Бьётся, обнажая клыки, бешено хрипит, пена летит на разодранные рукава, руки, лапы судорожно полосуют куртку, штаны, скребут мокрый от крови пол.

Сквозь спутанную гриву - безжалостный взгляд.

Каменеют предплечья.

Жёлтые глаза медленно стеклянеют, стеклянеют, стекля...

Хрип затихаааааа...

Скребанув последний раз, когтистые лапы обмякают - в луже натёкшей крови.

Разжимает руки. Морда падает.

- Ул-лыбочку! - наезжает Первый.

Медленно поворачивает голову: сквозь спутанную гриву - безжалостный взгляд.

- С-снято! - и ударом запястья выключает камеру.

И восторженно орёт, заклинивая факел в щель треснувшей колонны:

- Ты - к-крутейший, Че! Ты выиграл с-спор! Твой Рейтинг - Небо!! Наши оф-фигеют от увиденного! Тебе в-все поклонятся! М-меня бы он п-порвал в лоскуты, да я и не вышел бы!

Затем - к другу, и помогает встать.

Че, пошатываясь и тяжело дыша, смотрит вниз: на свои подрагивающие руки, неподвижное тело...

Поднимает взгляд на груду человеческих костей и криво усмехается:

- Квиты.

- П-пойдём лечиться! - и Быча ведёт Че к полурасколотой скамейке у колонны.

Тот бессильно опускается.

Быча скидывает ранец, камеру. Осторожно раздевает друга. Включает на разодранных вещах режим регенерации. Осматривает раны, в некоторые суёт палец (Че, откинув голову, скрипит зубами) и удивлённо констатирует:

- Н-надо же, неглубокие! - и вытирает палец о штаны.

Присев, достаёт из ранца "пистолет", заряжённый баллончиком.

Че, обильно истекая, тянет мускулистую руку:

- Я сам.

Быча отводит "пистолет":

- Брат, н-не дури!

Че наклоняется и выхватывает "пистолет", запачкав ладонь друга.

- Сказал же, сам, нах. А ты волка пакуй. Вытащим, благодарность получим. - и склоняется над располосованными ногами.

Жмёт курок - и кровь под воздействием фиолетового луча начинает дымиться, сворачиваться, а раны - затягиваться. Морщится от боли.

Быча встаёт и, вытирая ладонь о штаны, восклицает:

- Да н-нахрена нам благодарность, Че? Рейтинги у н-нас и так... - закатывает глаза. - Учёба и Подвиги - в-всё на высшем балле! На что м-мечтаем - ХВАТИТ! Вакансии К-киберкосмонавта и С-спецагента - наши!

- Лишние баллы всё равно, нах, не помешают. - упрямо возражает Че. - А вдруг Проходной балл снова повысят?

Быча смотрит на него cверху:

- Б-брат, ты опять всё забыл.

- ЧТО я забыл?

- Что мы уже П-ПРОШЛИ! И завтра у нас - Процедура Взросления! Короче, есть другое п-предложение.

- Какое? - поднимает голову Че.

Быча трогает ботинком мёртвый оскал:

- Я к-кушать хочу!

Че чешет "пистолетом" висок:

- Вообще-то... А чего на ужин в яслях?

- Б-биобульон.

Че, подумав, кивает:

- Действуй. - и снова склоняется. Волосы падают ему на лицо.

Быча выхватывает из кармана нож и провозглашает:

- Б-брат, это будет п-прощальный ПИР! - и присаживается к волку - А органы загоним, с-согласен? Я нашёл п-покупателя.

- А зачем ему волчьи органы? - спрашивает Че, сосредоточенно водя "пистолетом".

- Т-трансплантировать хочет. Втихаря.

- Во даёт! А кому?

- А, - и Быча махает рукой - к-какому-то инопланетному уроду, кому ещё! Выдаст за человечьи, и все дела.

- А он Взрослый, этот покупатель?

- Взрослый. Но конченный Д-дегенерат. Прикинь, он со м-мной общался не п-пословицами, как н-нормальный Взрослый, и не как К-каратель - то так, то эдак, а - связным ч-человеческим текстом, п-прикинь! Как с равным!

- Его ж Накажут. - и морщится от боли.

- Угу. Его к-кибертраффик уже пасут Спецагенты.

Поднимает глаза:

- А не боишься, что он нас СДАСТ?

- Че, что я, м-младенец? - обижается Быча - Всё б-будет шито-крыто! А п-потом мы продолжим угар. Я приготовил с-сюрприз!

- Что за, нах, сюрприз?

Быча поднимает мёртвую морду, целует в нос и объявляет:

- ЛЮ-ЛЮБОВЬ!

Че рывком отбрасывает волосы:

- Быча, фильтруй, что несёшь. Детям любить НЕПОЛОЖЕНО, забыл? Или ты хочешь провыть на нейро-стуле остаток своей тупой жизни? И чтобы я рядышком бился?

Быча на корточках увлечённо крутит нож.

Че повышает голос:

- Короче, я - против, понял? Я - честный диггер-охотник, и беспределю только чтобы Детство скоротать! Я - нарушаю Закон, а не кидаю Его! Я не подлый киберхам, как ты, нах!

Быча указывает на себя ножом:

- Я не п-подлый, а - ум-мелый. А ты - и нож поворачивается - хоть и честный, а всё такой же с-сопляк!

- Я??? Сопляк??? - Че вскакивает, но... скривившись, бессильно валится обратно. Кровь течёт сильнее.

Быча поводит в воздухе ножом:

- Не р-рыпайся, б-брат, пока не за-аживился! Иначе благодарность п-получу я.

- По ходу, совесть... ты ещё, нах, в инкубаторе потерял. - переведя дух, отзывается Че, снова берясь за "пистолет".

Быча усмехается:

- А без совести ф-функционировать легче. Ладно, не парься, Че, шучу я. - и, скинув куртку, начинает вспарывать волка.

- Завтра, нах, познаем Любовь, после Процедуры, слышь, ты, умелый! - окликает Че.

- Нет, сегодня. - гнёт своё Быча - С-сегодня мы ещё можем узнать истину. А завтра - уже нет.

- Какую такую истину?

Быча поворачивается на корточках:

- А с-стоит ли нам вообще Взрослеть?

Че, принимаясь за длинную рваную рану на боку, спокойно интересуется:

- А связь?

- С-смотри: Любовь - это же основная тема мира Взрослых, да? Т-так ведь нам говорят? Типа: "КАЙФ. ЛЮБОВЬ. ПОРЯДОК.", да?

- Ну.

- З-значит, если Она нам не п-понравится, то Взрослеть - не обязательно! П-потому что всё остальное тогда - б-бесмысленно! И лучше оставаться...

- Вне всего?

Быча чешет голову:

- Ну, на к-крайняк, можно и сюда!

- И бегать как этот волк? От Детишек вроде нас?

Быча, смутясь:

- Но... Но я же, всё-таки, ХОЧУ, чтобы нам П-ПОНРАВИЛОСЬ! Я же не против.

- Тебе просто НЕ ТЕРПИТСЯ, брат. Но придётся. - и Че опускает "пистолет" - А где запаска?

- В т-твоём ранце. - и распрямляется - Да сиди ты, я д-достану!

- Сиди ТЫ! - и Че с трудом поднимает полную бутылку с кровью.

Медленно разматывает прозрачную трубку с иглой. Закрепляет на держателе на голове бутылку. Внедряет в руку иголку. Нажимает кнопку микро-насоса - тот жужжит, и трубка, ведущая в вену, краснеет и приподнимается, как живая.

Блаженно улыбаясь, откидывается к колонне.

- Что, к-кайфы? - интересуется Быча, вспарывая волку живот.

Че кивает.

Быча погружает руки по локоть и, поднатужившись, вырывает большое дымящееся сердце:

- О, какое... - и умоляюще прижимает сердце к груди - Брат, ну не б-бросай Бычу! Он в-всё равно это сделает! Это же мега-экстрим! - и, воодушевляясь - Т-такого же ещё никто не делал! Мы станем н-настоящими "звёздами" помёта, Че, и легендами! Мы...

Че в сердцах сплёвывает:

- Ладно, пойду я с тобой, пойду, не плачь только, нах! - и, вынув из держателя опустевшую бутылку, выкидывает.

- Ура!! - радостно вопит Быча и делает вид, что приподнимается - Д-дай-ка, я тебя засосу!

- Вот Дегенерат-то! - с чувством говорит Че и достаёт из ранца вторую бутылку.

Повеселевший же Быча примеряется к ранцу...

Раздаётся жужжание, и трубка, ведущая в вену, краснеет и приподнимается, как живая...

- Б-блин... А р-растегни его! Не хочу пачкать.

Че, придерживаясь за колонну, встаёт и осторожно ступает на заживлённую - сплошь в шрамах - ногу. Отсветы факелов, размноженные в зеркалах, мечутся по его мускулистому телу, покрытому полосами запёкшейся крови.

Шаг, другой.

Раскрывает ранец.

- П-перчатки в кармане!

Одевает и вытаскивает полупрозрачный кофр, в боковом отделении которого - голубая жидкость. Раскрывает.

Окровавленные руки Бычи кладут волчье сердце в пустое отделение.

- Т-теперь кнопку (Че нажимает кнопку). Ага...

Отделение заполняет голубая жидкость, которая тут же смерзается.

Быча разгибается:

- О-отлично. Один орган готов.

- А какой второй?

- Ч-член! - и Быча гогочет.

- Че-го??

- Член, клянусь В-Великой Материнской Платой! К-клиент заказал член.

Че поражённо восклицает:

- Да нахрена этому инопланетному уроду ЧЛЕН?? Куда его ему, суке, приделают? У него ж, поди, и ног-то нет!

- Н-не знаю. А может, на лоб! Или вместо глаза. А н-нужен он ему в качестве с-сувенира. - отворачивается и склоняется над разъятым телом, под которое уже подтекла обширная кровавая лужа - Че, к-как думаешь, член с мошонкой отрезать, или без?

- Конечно, с мошонкой. - и весело подмигивает - Он же устремится, нах, в иные миры!

Быча, повозившись, распрямляется.

...

Че защёлкивает кофр.

Убирает в ранец. Снимает перчатки и заталкивает в карман.

- А теперь - жрать! Я голодный, как волк. - и вынимает из вены кровящую иглу.

Толстые стальные створки плавно разъезжаются.

Два силуэта идут по тоннелю навстречу световому потоку.

Из подземной галереи, врезанной в склон зеленеющего холма, выходят Быча и Че. Теперь на них - серые просторные Детские робы, на спинах - рюкзачки, на ногах - лёгкие сандалии. Они идут по извилистой мозаичной дорожке сквозь янтарные лучи предзакатного солнца. По обе стороны от них - изумрудное разнотравье: душистое, густое. На крупные цветы упоённо присаживаются, смежая крылья, порхающие бабочки. В розовой вышине стремительно чертят дуги стрижи и парит золотистый патрульный аэрокар.

По бревенчатому мостику переходят журчащий ручей, где - в отдалении, в серебряных брызгах - с хохотом плещутся какие-то голые люди, на висках которых что-то поблёскивает. Их настежь раскрытый аэрокар стоит в бархатной тени деревьев.

Че удивляется:

- А чего народу так мало отдыхает?

Быча смотрит на него, как на потерянного:

- Че, ты опять всё забыл. С-сегодня же гладиаторские бои! Р-роботы против Наказанных. Л-лично я - за роботов. А ты?

- А я, нах, забыл.

Поднявшись по широкой лестнице, подходят к турникетам. Отразив их в сенсорных зеркалах, те гасят надписи: "Кредит-чип" и втягивают острые, как бритва, блок-перегородки.

Миновав металлические "ущелья", доходящие им до плечей, Быча и Че оказываются на пустынной площадке станции. Вырисовывая название ("Райская-конечная"), на стене благоухают соцветия. Из недр ангара, инкрустированного мшистыми валунами и водопадиками, струятся ленты транспортёров: выезжают пассажирские секции со скамейками и поручнями; выползают прогулочные "острова" с авто-барами, столиками и диванами; выскакивают скоростные капсулы с обтекаемыми креслами.

- Д-двинули на скоростном? - тихо предлагает Быча, показывая глазами.

- Не, я пас. - качает головой Че - Не хочу, чтобы меня больше принимали и пороли.

- Тогда п-поехали на прогулочном. - упорствует Быча - В-возьмём по ко-октейльчику и развалимся на д-диванах, как боги.

- Откуда у богов деньги?

Быча подмигивает:

- А мы с-соскочим. Я знаю г-где.

- Нет, брат, я на пассажирском. Ты - как хочешь. - и направляется к соответствующему перрону.

Быча, потоптавшись, мрачно идёт следом.

Робот-уборщик чуть было не врезается в них, но, мигнув сенсорами, останавливается и гудит:

- ПРОСТИТЕ, ДЕТКИ! - и объезжает.

Быча внезапно ощеривается:

- К-какие мы тебе "д-детки", бол-ван?! - и с разворота, ногой: ша-рах!

Подскочив, растерянный робот выпускает мыльную лужицу.

И вдруг откуда-то сверху - раскатистый мужской голос:

- МАЛЬЧИК, НЕ ШАЛИ! НАКАЖУ.

В ангаре открывается бойница, и оттуда - дуло плазмомёта.

Быча, вполголоса выругавшись, поворачивается и смиренно кланяется. Бойница закрывается.

Робот оживает и принимается подтирать за собой.

- Не ведись на мелочи, брат. - советует Че, ковыряя в носу. И, повернувшись, быстро проводит по роботу.

Тот гудит:

- СПАСИБО, ДРУЖОК! - и моет дальше.

Быча ржёт.

Подождав очередную секцию, друзья заскакивают на неё и валятся на противоположные сидения, и станция начинает медленно уплывать вниз...

Плывут над зеленеющей равниной, и плывёт в нежно-розовом небе оранжевое предзакатное солнце.

Скоростные капсулы с шумом проносятся сверху.

Прогулочные "острова" влекутся снизу, прихотливо извиваясь над красотами ландшафта.

На горизонте - Москваполис.

Разросшиеся кусты образуют замкнутое кольцо под сенью раскидистой липы. Друзья - внутри.

- Центральный Храм Любви... - задумчиво тянет Че, отогнув тяжелую от цветов ветвь и наблюдая - Ну и как мы туда попадём?

- Эл-лементарно! - от раскрытого рюкзачка встаёт Быча. В его руках - металлический штырь с присоской и тюбик.

- Это - на в-висок! А это - клей.

Поворачивается (потревоженная ветвь - на место).

Забирает и, недоверчиво:

- А почему ты уверен, что эта клоунада, нах, прокатит?

- Я п-провёл эксперимент.

- На ком?

- На жабе.

- На жа-бе??

- Я одел на неё бумажный к-костюмчик, проволочную "антеннку", и ж-жёстко напугал. Она в ужасе з-запрыгала от меня, и сенсорное зеркало в-восприняло её как Взрослую особь.

- И пропустило??

Улыбающийся Быча кивает.

Че задумывается.

- Быча, но если её потом нашли, то...

- Её не нашли.

- Почему?

- Я её в-взорвал!

- Как взорвал??

- Так. Я к ней ещё и радиоуправляемую м-минку п-пристегнул!

- И... взорвалась?

- Ещё как в-взорвалась, брат! Разлетелась в кровавую п-пыль!

Че качает головой.

- Ты, Быча, конченный живодёр!

Разводит руками:

- Л-любовь требует жертв.

Че переводит взгляд на штырь и тюбик в руках:

- А будет держаться-то?

- Б-будет, будет... - и Быча присаживается - Д-давай быстрее! Нам ещё п-переодеться нужно. - и достаёт из рюкзачка второй комплект.

Выдавливает клей на присоску и прижимает к правому виску. Отпускает - штырь торчком.

- П-порядок. А у т-тебя?

- Тоже.

Быча достаёт из рюкзачка розовый пластиковый футляр и встаёт. Раскрывает, и это оказывается косметичка.

- Н-ну-ка, п-повернись! Маскировка. (Че послушно поворачивается к нему правым виском) - берёт на палец грим и, раздвинув путанные рыжие волосы, принимается замазывать присоску.

Че скашивает глаза:

- А это откуда?

- У д-девок взял. - берёт ещё - У Л-Лиззи Большое Туловище.

- Быча, ты мне-то хоть не ври, а? Да она сразу бы тебя, нах, сдала! Она же - ДЕВКА! Забыл, сколько нашего брата из-за них погибло? Держись от Девок подальше, брат!

- А эта не с-сдала. - берёт ещё грим.

- Интересно - почему? Я бы точно сдал.

- Потому что я её с-сооблазнил!

- СООБЛАЗНИЛ??

Втирая грим:

- Н-ну, наплёл ей в-всякого... про древнюю п-подземную библиотеку, где ты свою как бы Маму нарыл.

Че, нахмурившись:

- Она мне не "КАК БЫ" Мама.

- Да "как бы", "как бы", Че, не в-выдумывай! Кончай т-тешиться иллюзиями! У инкубаторских Детей не б-бывает Мам!

Сжав кулаки, СТРЕМИТЕЛЬНО поворачивается (Быча опасливо отступает на шаг) и, глядя в упор, чеканит:

- Слышь, ТЫ, завали помойку, А?? Это у вас, козлов однояйцовых, нет Мам, а у меня - ЕСТЬ!! И если хочешь быть моим братом, то относись к Ней, нах, С ДОЛЖНЫМ УВАЖЕНИЕМ!! Ты ПОНЯЛ меня??

Быча примиряюще поднимает испачканную в гриме ладонь:

- П-понял, понял, Че, не г-горячись.

- А понял, так ИЗВИНИСЬ!!

- Извини, Че.

- Перед Ней, дубина!

Быча, тщательно обтерев ладонь о штаны, достаёт из кармана сложенную бумажку и серьёзно говорит ей:

- Извините м-меня, п-пожалуйста!

Че забирает бумажку и, спокойнее:

- Знал бы ты, сколько раз Она меня спасала из всякого дерьма. Сколько советов дала. Тоски развеяла... - и, с силой - Да Она мне просто СЕРДЦЕ ГРЕЕТ, понимаешь, брат? А ты - "как бы", "иллюзии"! - и усмехается, качнув головой - Сказал, нах, будто в лужу пёрднул! Рассуждаешь, как какой-то умник задроченный!

Бережно разворачивает бумажку - и это оказывается ветхая фотография, вырванная из древнего порно-журнала: бесстыже раскрывшись на камеру, брызжуще смеётся рыжеволосая юная девушка.

Очень ОСТОРОЖНО целует её.

- Я живой, Мама. Прости, что заставил тебя волноваться...

Складывает и убирает в нагрудный карман.

Молчит...

Поднимает на Бычу глаза:

- Так чем ты там сооблазнил эту Лиззи Большое Туловище, что она не сдала тебя за свою косметичку?

Быча, сразу заулыбавшись, берёт на палец грим и подшагивает.

И снова втирает:

- Я ей н-наплёл, что н-нашёл в этой древней п-подземной библиотеке чудо-трактат о похудании. А я его д-действительно нашёл. На т-третьей полке. - отступает на шаг и придирчиво осматривает - Нормал.

Берёт из футляра багровую косметическую глину и формует вокруг штыря ободок:

- Теперь б-биопорт. И п-прикинь, она загорелась. Ну и п-полезли мы в Систему, и я ей там организовал с-случайное падение в б-бурную говнянную реку с ранцем в руках!

- В Дерьмовый Стикс? - улыбается Че.

- Ну да! Я нырнул в говно и г-героически спас её. Ранец она, само собой, упустила. - зацепляет ещё глины - Тогда я нырнул за ним. И вынырнул с расстёгнутым.

- А она?

- А она мне руку п-протянула. Я вылез, отдышался и прогнал, что ранец в г-говновороте об камень ударился и р-растегнулся. Поверила.

Че смеётся:

- Ну ты и жук!

Тот самодовольно ухмыляется:

- Я - К-КИБЕР ЖУК! Правда, мой чудо-трактат ей ни фига не п-помог.

- Не подействовал?

- Да нет. - и Быча вздыхает - П-просто её УДАЛИЛИ. На следующий день. По причине низкого рейтинга. - и оживляется - Ну и визгу же б-было, Че, ты бы с-слышал! Как у свиноты, к-которую режут! А кровищи целая ванна вытекла, п-прикинь!

Отступает, смотрит:

- Н-нормал. - и поворачивает футляр зеркальцем к Че - П-полюбуйся!

Тот, взяв, ловит отражение.

- Ну да. Похоже.

- Т-теперь меня. - и Быча поворачивается к Че.

Тот берёт на палец грим.

...

- Готово. - и разворачивает футляр.

Быча бросает взгляд.

- С-сойдёт.

- Всё, пошли! - кидает косметичку в рюкзачок и раздвигает кусты.

- Стой! - хватает его сзади Быча - А п-переодеться?

- А, да. - спохватывается Че - Гони Взрослую одёжу!

Быча командует:

- С-снимай робу и одевай наизнанку. - и, отвернувшись, спускает штаны, обнажая татуированные мискросхемами ягодицы.

Че смотрит на друга, как на больного:

- Говно-идея, брат! Роба по любому будет выглядеть как роба!

Быча, поворачиваясь передом, высокомерно отвечает:

- П-ПОСМОТРИ НА МИР СВОБОДНО, М-МАЛЬЧИК! ХОТЬ РАЗ В ЖИЗНИ!

Че, тяжело взглянув, задирает робу и... резко опускает:

- А переодеться ДО установки "антенны" нельзя было, ты, умник??

Быча, смущённо:

- Вообще-то, м-можно.

- М-м-м-можно! - зло передразнивает Че и сплёвывает - Ты не кибер-жук, а кибер-лох! - и осторожно тащит робу через голову.

- САМ лох! - зло огрызается Быча и выворачивает штаны.

...

Насуплено смотрят друг на друга.

От правых висков - "антенны"; робы наизнанку (выглядят как крапчато-оранжевые балахоны с лохматыми - вполне дизайнерскими - швами наружу).

- Извини за "лоха". - скупо роняет Че и протягивает кулак с отогнутым мизинцем - А идея твоя хорошая. На робу совсем не похоже.

Быча тоже протягивает кулак с отогнутым мизинцем:

- А ты из-звини за "мальчика".

Сцепляют мизинцы и встряхивают.

Затем Быча наклоняется к рюкзачку и, порывшись, достаёт два кредит-чипа:

- А в-вот и наши д-денежки. - и чуть дрожащими пальцами засовывает в вывернутый карман.

Че же закрывает глаза...

...

Коротко выдыхает, открывает:

- Пошли.

- П-погоди секунду. - переминается чуть побледневший Быча - П-помни: главное - п-постоянно улыбаться.

- Да. - и раздвигает кусты.

- С-стой, Че!

Недоумённо оглядывается:

- Что?

- П-присядем на дорожку.

Садятся.

Сидят...

...

- Ладно, п-пошли. - и Быча встаёт.

- А рюкзаки куда? - спрашивает Че, пружинисто поднимаясь.

- А... - махает рукой - П-пусть тут лежат. - и раздвигает цветущие ветви.

Шагает вперёд.

- Последний вопрос, Быча!

Поворачивает голову:

- Н-ну.

- А как ты ту жабу напугал?

Широко улыбается:

- Я ей на ногу н-наступил.

По мозаичной тропинке друзья идут к Центральному Храму Любви.

Вокруг вращаются водомёты, орошая жемчужной пылью подстриженную траву и головки цветов. Впереди, на фоне Москваполиса - огромное здание: с колоннами-аквариумами; с большими овальными окнами, на которых ритмично двигаются силуэты; с клубящимися благовониями в проёмах входов, по обе стороны от которых, в нишах, рядом с сенсорными зеркалами, то и дело видоизменяясь, сооблазнительно танцуют под стонущую, влекущую, вязкую музыку прекрасные цифровые конструкты Мужского и Женского Тела.

Множество ярко-одетых людей подъезжают к Храму на транспортёрах, подлетают на аэрокарах, поднимаются по ступенькам, спускаются, прогуливаются меж колонн, входят в Храм и выходят из Него. Сквозь музыку пробивается их цветущий смех, приветственные возгласы, напутствия.

На лицах, сплошь - счастливые улыбки.

И у каждого(-ой) из виска - АНТЕННА с застывшим солнечным бликом.

Улыбающиеся Быча и Че поднимаются по широкой подсвеченной лестнице.

Татуированная голова Бычи сплошь усеяна бисеринками пота.

Че то и дело отбрасывает назад свои спутанные рыжие волосы.

Никто не обращает на них внимания.

Ступают на верхнюю площадку и медленно пересекают её.

... НЕОТВРАТИМО НАДВИГАЮТСЯ КЛУБЯЩИЕСЯ ПРОВАЛЫ ВХОДОВ.

СЕНСОРНЫЕ ЗЕРКАЛА. БОЙНИЦЫ.

ПРИСТАЛЬНО ГЛЯДЯ НЕЗРЯЧИМИ ГЛАЗАМИ, ТАНЦУЮТ КОНСТРУКТЫ - МУЖСКОЙ, ЖЕНСКИЙ.

ВКРАДЧИВЕЕ, ВЯЗЧЕ, ТРЕВОЖНЕЕ МУЗЫКА.

ОСЛЕПИТЕЛЬНЕЙ БЛИКИ С АНТЕНН.

УДУШЛИВЕЕ АРОМАТЫ...

Быча, идущий первый, останавливается и судорожно сглатывает. Оборачивается и видит: приближаются два ржущих гиганта-Карателя в золотистой форме с именными бирками на груди.

Зрачки Бычи расширяются...

И он шагает вперёд.

НОЛЬ РЕАКЦИЯ!!!

Быстро проходит сквозь благовонные клубы. Че - следом.

А гиганты-Каратели, скрипя пластиковыми портупеями и покачивая прозрачными щитами, сворачивают в боковую галерею.

Друзья стоят перед одной из розовых тумб с литерой "М", которыми заставлен обширный холл, и читают Меню Любви:

ЗДОРОВЫЙ ТАРИФ -

- "ЛЮБОВЬ К ВИРТУАЛЬНОЙ ОСОБИ";

- "ЛЮБОВЬ К ИСКУССТВЕННОЙ ОСОБИ";

- "ЛЮБОВЬ К НАТУРАЛЬНОЙ ОСОБИ";

- "ЛЮБОВЬ К НАТУРАЛЬНОЙ ОСОБИ, НО С УСИЛЕННЫМИ ДАННЫМИ";

СПЕЦИАЛЬНЫЙ ТАРИФ -

- "ЛЮБОВЬ К ОДНОПОЛОЙ ОСОБИ";

- "ЛЮБОВЬ К ГРУППЕ";

- "ЛЮБОВЬ К ЖИВОТНОМУ";

- "ЛЮБОВЬ К ОВОЩУ";

- "ОСОБЫЕ ВАРИАНТЫ ЛЮБВИ";

- "ЛЮБЫЕ ВАРИАНТЫ ЛЮБВИ НА ЗАКАЗ".

Напротив каждого пункта - прорезь с надписью "Кредит-чип".

Быча, возбуждённо:

- Эх, б-были бы деньги! В-всех бы!

- Каждому овощу - своё, нах, время! - усмехается Че.

- Т-так ты какую Любовь выбираешь?

- Фиг знает. - и ещё раз пробегает глазами Меню - Я не думал, что у Любви столько сортов.

- Так это же п-прекрасно! - и Быча величественным жестом возлагает на экран ладони - Любовь одна, а объекты - разные! То есть: к-каждому уроду - свою любовь-методу!

- А может, попробовать "особый вариант"? - и Че поднимает руку с кредит-чипом.

- С-стой, идиот!! - яростно шипит Быча, сдёргивая ладони и перехватывая её - Это ж дорого!! В-выбирай в "ЗДОРОВОМ ТАРИФЕ"!

- Давай ты первый.

Быча чешет подбородок:

- Ну, м-мне, как будущему К-киберкосмонавту, интересней всего п-познать... - и вкладывает кредит-чип в прорезь "ЛЮБОВЬ К ВИРТУАЛЬНОЙ ОСОБИ".

- А мне, как будущему Спецагенту... э-э-э... это! - и вкладывает кредит-чип в прорезь "ЛЮБОВЬ К НАТУРАЛЬНОЙ ОСОБИ, НО С УСИЛЕННЫМИ ДАННЫМИ".

И увесисто толкает Бычу:

- Сейчас узнаем, что это за Зверь за такой - Любовь! - и усмехается, оглядывая его - "Звёзда" помёта. Кидала, нах, Закона. А на входе чуть не умер от страха! Да?

Быча широко улыбается.

И вдруг из-за спины раздаётся синхронное:

- УВАЖУВАЖАЕМЫЙЫЙ, ВАВАШШ ЗАЗАКАЗАЗ ОЖИОЖИДАЕТАЕТ ВАВАСС! СЛЕСЛЕДУЙТЕЙТЕ ЗАЗА МНОМНОЙ!

Вздрогнув, как ужаленные - а сзади уже стоят два расплывшихся в профессиональных улыбках робота-проводника, на лбах которых высвечены заказы.

И, переглянувшись, Быча и Че расходятся - вслед за роботами.

В больших овальных окнах Центрального Храма Любви под стонущую, влекущую, тревожную музыку ритмично двигаются силуэты...

Над Москваполисом рдеет закат.

Разросшиеся кусты образуют замкнутое кольцо под сенью раскидистой липы. Друзья - внутри.

Че, сидя на траве и покусывая сорванный белоснежный цветок, смотрит перед собой.

Быча, сидя на корточках и весело насвистывая, роется в рюкзачке. Вытаскивает нож, тряпку, бутылку с водой и "пистолет", заряженный баллончиком:

- П-пожалте бриться! П-подсядь, Че.

- Подсядь ты. Я устал, как собака.

- Л-ладно. - и пересаживается.

Кладёт нож, тряпку, бутылку с водой и "пистолет" на траву.

Командует:

- Р-руки - вверх! Раз, два.

Че вяло поднимает руки, Быча стягивает с него робу, откладывает в сторону, встаёт сбоку на колени и берёт нож.

Че, сидя голым на траве, подозрительно смотрит на нож:

- А иначе, нах, нельзя?

- Н-нельзя! Это ж - супер-клей! - и оттягивает "антенну" вместе с кожей.

И, приложив нож, нажимает.

На лезвие брызгает кровь.

Че, сквозь зубы (цветок ходит в углу рта):

- Быча, сссука, на... хрена... ты супер-клей?

- Для н-надёжности, Че, для п-пущей надёжности. - аккуратно водя мокрым ножом, бормочет Быча, отгибая "антенну" всё больше и больше. - Есть! - и бросает её на траву.

Хватает "пистолет" и подносит к алому струящемуся виску. Жмёт курок - и кровь под воздействием фиолетового луча начинает дымиться, сворачиваться, а рана - затягиваться.

Че морщится.

- Ладно морщиться-то! - ворчит Быча, водя в ране лучом - П-пора бы уж привыкнуть... за 10-то лет! Ты лучше с-скажи: как тебе Любовь? Вставила? - и, не дожидаясь ответа, восклицает - Л-лично меня, бли-и-ин, ОЧЕНЬ вставила! Я просто оф-фигел!! С-скорей бы завтра настало, мне не т-терпится! Я п-понял: быть Взрослым и Любить - это очень к-круто! Да, Че?

Тот вынимает цветок и, вертя в пальцах, грустно вздыхает:

- Ну да, круто. Только... только веришь, у меня вот здесь - и указывает цветком на грудь - какое-то странное чувство...

- Н-неужели?

- ... что тогда, с волком, как-то... ЛУЧШЕ было! Реальней как-то. А здесь мне будто... КОЖЗАМЕНИТЕЛЬ подсунули! - и толкает Бычу в плечо - Точно! ЛЮБОВЬ - ЭТО КОЖЗАМЕНИТЕЛЬ! - облегчённо смеётся и... опять грустнеет - И ещё мне подумалось, что... аукнется мне эта Любовь, наверняка. И что зря я... убил. И послушался тебя зря.

Грустно задумывается.

...

- И чего я хотел доказать? Что крутой? А ЕМУ и так тоскливо было. Один на свете - это ведь не шутка! У меня хоть ты есть в живых, да Мама, а у НЕГО... - и вздыхает.

Поворачивает голову к Быче:

- Всё это бред, да, брат?

А тот, как ошпаренный, отдёргивает "пистолет":

- Ты совсем ох-хренел, идиот?? Я ж тебе глаз чуть не выжег!! - и, взяв за подбородок, поворачивает обратно - Прямо смотри!

Снова "стреляет".

И спокойно отвечает:

- Если ты про то, что т-тебе с волком "лучше" было, то... - пожимает плечами - Не знаю, брат, я же не к-кувыркался с ним! А если н-насчёт "аукнется". В-вопрос: КОГДА? - У нас же з-завтра ни свет, ни заря - Процедура Взросления, и отпущение всех г-грехов.

- Наверное, ты прав. - задумчиво соглашается Че - По ходу, паранойя у меня. Ну чего, скоро ты там, нах?

- В-всё! Как новый! - отложив "пистолет", Быча любуется заживлённым виском. Омочив тряпку, бережно вытирает натёкшую на плечо друга кровь. Омочив ещё, тянется к скуле, но Че, отбросив цветок, забирает каплющую тряпку и протирает сам. Берёт окровавленный нож и устало приподнимается.

- Твой выход. Раздевайся!

...

В траве, рядом с валяющимся цветком - срезанная "антенна".

Один из белоснежных лепестков - тот, что неловко завернулся - испачкан.

Станция рейсовых транспортёров.

Быча и Че в серых просторных робах, с рюкзачками, в лёгких сандалиях стоят у стены. Вырисовывая название ("Центральный Храм Любви"), над ними благоухают соцветия. Проходят люди.

Быча, бодро:

- Н-ну что, Че, в к-казарму двинем, или в ясли? Б-биобульон, я надеюсь, нам оставили.

Че, рассеянно:

- Ты езжай. Если хочешь, мою порцию выпей.

- А ты к-куда?

- Я - в Капище.

- З-зачем?

- Хочу светодиод поставить Великой Материнской Плате.

- На фига?

Че, смущённо:

- Мне как бы... того... ну... ОЧИСТИТЬСЯ нужно.

- Так ты в-всё из-за волчары того п-переживаешь? Или из-за Любви? - недоумевает Быча - Да ну, б-брось, чего на тебя нашло? Ч-что сделано, то засчитано! Р-расслабься, брат, и поехали в ясельки!

Че поводит широкими плечами:

- Не, мне нужно ОЧИСТИТЬСЯ. А то как-то неспокойно... Первый раз со мной, нах, такое.

Быча кивает:

- Всё, я п-понял тебя, езжай. А твой б-биобульон я в казарму захвачу. Вернёшься, похаваешь. А потом - п-присоединишься к нам. У нас сегодня - п-прощание с казармой и п-поминки погибших, ты не забыл?

Че немного грустно улыбается:

- Спасибо за биобульон, братишка. Только вы не ждите, начинайте без меня. Я прогуляюсь. Пообщаюсь с Луной и рекой. С Мамой наговорюсь. А братьев помяну, когда очищаться буду. Ну всё, по... - и спохватывается - О, да, чуть не забыл! А ты не помнишь, где эта станция... ну, "Капище", находится?

Быча удивлённо поднимает брови.

Че разводит руками:

- Забыл, нах, наглушняк. Ты же знаешь, я ненавижу по поверхности лазать и плохо в городе ориентируюсь.

- "Капище", брат, п-прямо по этой ветке, б-ближе к концу. Сам увидишь.

- Ясно. Пока, брат.

- П-пока.

Стукаются кулаками и расходятся.

Пассажирский транспортёр, выгибая сочленённые из секций звенья, плавно струится по маршруту.

Мимо проплывают кроны деревьев, террасы небоскрёбов, проглядывает далёкий Западный Холм (среди сосен - золотистые крыши вилл); на станциях кто-то заходит, кто-то выходит; наплывают яруса переходов и транспортёрных "развязок" - и то погружаешься в бархатную тень, то косо вспыхиваешь на солнце.

Че, положив рюкзачок на колени, сидит в самом углу полупустой секции, что "течёт" последней в звене. Его взгляд рассеяно скользит по соседям, сидящим напротив.

Вот - седобородый сухонький старичок в красной хламиде в цветочек, одев очки, смотрит новости по кибер-кепке. Его антенна - допотопная, брутальная, как из-под напильника.

Вот - блаженно поник с закатившимися под веки зрачками упоротый в хлам мужчина с представительным туловищем в голубом костюме и с ноутбуком на коленях. Его антенна - строгой бизнес-формы.

Вот - весело болтают две симпатичных молодых женщины (платиновая блонди и иссиня-вороная) в изумрудных сарафанах, в шнурованных сандалиях и с сумочками на поясах. Их антенны - модные и миниатюрные.

Че прислушивается.

Блонди:

- ... Нет, Клав, я тебя уверяю, наша Любовь была бы просто НЕЗЕМНОЙ, если б не одно "но"!

- И что за "но"? - Вороная обращается в слух.

Блонди заговорщически наклоняется:

- Кла-ВА, это - шо-У! Ты не поверишь, но... ВО ВРЕМЯ КУННИЛИНГУСА ОН ВСЁ ВРЕМЯ СМОТРЕЛ МНЕ В ГЛАЗА!! И это было так смешно, ТАК СМЕШНО, ты не представляешь!

- А чего смешного-то, Тань? - недоумевает Вороная.

- А то, что выглядел он не как Герой-Любимый, как ему хотелось, а как ХИТРЫЙ ФАШИСТ, ВЫГЛЯДЫВАЮЩИЙ ИЗ-ЗА БРУСТВЕРА!!

Дружный хохот.

Вороная вытирает слёзы:

- Что, прямо как на той картиночке в учебнике?

Блонди, озорно блестя глазами, кивает.

Новый приступ хохота.

Че тоже улыбается.

И - тут же спохватывается и озирается.

Перегибается и спрашивает:

- Простите, девушки, а я станцию "Капище" ещё не проехал?

Те переглядываются.

Блонди, подумав, холодно чеканит:

- Разинь рот - так он оглоблями въедет.

- Ты лучше по яйцам пройди, и ни одно не раздави. - высокомерно желает Вороная.

- Выть тебе волком за твою овечью простоту. - добавляет Блонди.

- Волк - не петух, а свинья - не огородник. - высказывается Вороная.

Че, чертыхнувшись, отворачивается.

А подруги возобновляют болтовню:

- ... А ты-то, ты-то как, Клав?

- ... О-о-о, это та-акое наслаждение, Тань, ...

Че затыкает уши.

Близится станция.

Подруги, встают и выходят, и, смеясь чему-то, идут по перрону, подрагивая загорелыми высокими ногами.

Че, проводив их неприязненным взглядом, отпускает уши.

И тут из турникетных "ущелий" стремглав вылетает какая-то девушка и, чуть не сшибя взвизгнувших красавиц (в стене - бойницы, откуда - дула), ломится по перрону, нагоняя-нагоняя-нагоняя последнюю секцию транспортёрного звена.

Че, подавшись вперёд, внимательно следит...

И - уже на самом краю - впрыгивает (бойницы, помедлив, закрываются) и, нисколько не запыхавшись, оглядывается.

Че на Неё - во все глаза...

Она - вихрастая, рыжая, юная, огнеглазая, невысокая, ладная и БЕЗ антенны. Острая грудь облита сетчатой майкой в зелёных маск-узорах, тонкая талия - на виду, крепкие бедра - в шортах цвета хаки, на расцарапанных гладких ногах - пружинящие мокасы. В кобуре под мышкой - "пистолет", заряженный баллончиком.

Скользнув по Че ВЗГЛЯДОМ, девушка разворачивается и ОЧЕНЬ быстро идёт к началу секции, встаёт там и неподвижно смотрит вдаль.

Че смотрит вслед, затем - на нагрудный карман и... мучительно закусывает нижнюю губу.

Близится станция.

Решившись, поднимается, закидывая на спину рюкзачок, шагает и... спотыкается о внезапно вытянувшуюся в проход ногу в голубой штанине. От толчка ноутбук с угловатым стуком падает на пол, а само туловище медленно заваливается, испуская тягучую слюнку.

Чертыхнувшись, подбирает ноутбук и кидает рядом на сидение. Распрямляется и встречается с лучистыми глазами Старичка, приподнявшего кибер-кепку.

Старичок ласково ворчит:

- Бог дурака кормит поваля, гм, хе-хе...

Переводит взгляд в конец секции - девушка по-прежнему стоит там и неподвижно смотрит вдаль.

С ЖАРКО-ПЕРЕХВАТЫВАЮЩИМ ДЫХАНИЕМ,

СТРЕМИТЕЛЬНО БЛЕДНЕЯ,

НА ВАТНЫХ НОГАХ -

К НЕЙ.

И вот уже остаётся - ЧУТЬ, как Она, внезапно спружинив мокасами, выскакивает на перрон, и, перебежав, вскакивает на соседнюю секцию. Разворачивается и, неподвижно - вдаль.

Че - как вкопанный.

Станция - позади...

Шумно выдыхает. Смотрит на Неё. Трёт бледную переносицу. Резким движением отбрасывает рыжую путаницу волос. Снова смотрит на Неё. Чешет нога об ногу. И - встаёт на край.

Близится станция.

Подбирается.

Настороженный взгляд - вниз, на Неё, вниз, на Неё.

У мысков - перрон бежит...

Она - смотрит вдаль...

Перрон...

Она...

Перрон...

Она...

Проплывает надпись "Капище", благоухающая соцветиями на стене...

До окончания перрона - 15 - 10 - ... - 5 метров.

Спрыгивает и - торопливо пробежав - вскакивает на соседнюю секцию...

Станция отплывает.

… и - встаёт рядом.

А Она разворачивается и ОЧЕНЬ быстро идёт к началу секции.

Че смотрит вслед, прикусив губу...

Встаёт там и неподвижно смотрит вдаль.

... Понуро вздохнув, садится на рюкзачок. И - отворачивается, потирая ладонью нагрудный карман...

Очередная станция.

Не выдержав, бросает в Её сторону взгляд - а Её НЕТ!!

Подрывается и, в секунду промахнув перрон, ныряет в турникетное "ущелье".

Переходы, переходы, люди, люди, люди, люди...

Идёт-летит, ловко уворачиваясь от спин, лиц, держа на створе реющую впереди вихрастую рыжую головку над ОЧЕНЬ быстрыми ногами.

Сквозь спутанную рыжую гриву - острый, всё замечающий, взгляд.

Расстояние не сокращается.

Вправо-влево в толпе, вверх-вниз по экскалаторам - не сокращается.

Наддаёт - не сокращается.

Ещё наддаёт - а Она, круто повернув, скрывается в турникетах.

Бегом!!

Промелькивает в сенсорных зеркалах, меж втягиваемых перед грудью острых, как бритва, блок-перегородок и выбегает на перрон.

Она - на последней секции звена, которое - у конца...

И он - "ТОПИТ"!!!

Неудержимо мельмельмельмелькают ноги...

С самого края - прыгает, промахивается, рушится, но успевает-таки за поручень - а следом раскатистое: "МАЛЬЧИК, НЕ ШАЛИ! НАКАЖУ." - подтягивается, перекидывает ногу, другую, и - оказавшись в секции - поворачивается лицом назад и смиренно кланяется.

Бойницы на внешней стене отдаляющейся станции закрываются.

Бурно дыша, поворачивается и встречается с Ней глазами...

И - С ЛЕДЕНЯЩИМ ДУШУ СВИСТОМ - ПРОВАЛИВАЕТСЯ

В БЕЗДОННЫЕ

ОГНЕННЫЕ

ПРОВАЛЫ…

Наконец, криво, горячо, бурно, дыша, выталкивает:

- Ну... ты... и ходишь! Я... просто... фигею, нах!

Молча смотрит.

- Ты... не подумай, я... не Дегенерат какой... и ничего такого не... поэтому... не убегай больше!

Она, спокойно и звучно:

- Я всегда так хожу. А с чего ты взял, что я убегала?

Че, смутясь:

- Ну... ты ТАК... взглянула!

Удивляется:

- Где? Когда?

- Ну... - и махает рукой - там, тогда.

- Не помню. - и смеряет Че спокойным взглядом - Я тебя сейчас первый раз вижу.

Че, растерянно:

- Да?? А... как тебя зовут?

- Эжени.

- А меня - Че. А... мы Взрослеем завтра. А ты?

- Я не думаю об этом.

Удивлённо смотрит. Помедлив, спрашивает:

- Ты... не торопишься?

- Нет.

- А сейчас... не торопишься?

- Нет.

- А может, прогуляемся?

Эжени на секунду задумывается.

- Зачем?

- Ну так... просто. Захотелось, нах! - и указывает глазами на её "пистолет" - Ты же ведь любишь, что ЧРЕВАТО?

Эжени кивает.

- Я так и понял. А ты когда-нибудь каталась верхом на скоростном транспортёре?

Удивляется:

- Разве так можно?

- Нельзя. Но... я знаю участок, где нас точно не примут! - и умоляет - Поехали, Эжени, ты не пожалеешь! Это - КАЙФ, поверь! А потом мы замутим ещё что-нибудь... если, конечно, ты "за".

Эжени опускает голову и чертит носком мокаса какой-то иероглиф на полу...

Затем поднимает на Че глаза и... согласно кивает.

И в Че - ВЗРЫВАЕТСЯ ФЕЙЕРВЕРК!!

И, ликуя, он кричит:

- Тогда - ХОДУ!! - и ловко спрыгивает на убегающий перрон.

Эжени - за ним.

Высокая дуга скоростного транспортёра туго гудит от проносящихся капсул с рядами обтекаемых кресел.

Че и Эжени, вставши одной ногой на подголовник, а другой - на сдвинутый обтекатель, летят каждый на своём кресле - летят сквозь меркнущее небо...

Че, улыбаясь, что-то кричит.

Бархатные сумерки.

Отдалённый рокот речки по камням, близкие сверчки.

Полная луна, плывя за мачтовыми стволами, выпукло, бело, рвано светит на узкую тропку, по которой поднимаются Эжени и Че. К поясу Эжени, идущей первой, привязан реющий фосфоресцирующий воздушный шарик, который Че, балуясь, пинает ногами - и тот мечется от ударов, как дурак. Наконец - от сильнейшего, с разворота - ббах!!! В ЛОСКУТЫ!!! - и нитка с останками бессильно планирует на куст можжевельника.

Эжени оборачивается и спокойно замечает, отрывая её от пояса:

- Ну что ты как Ребёнок, Че?

Озорно блестя глазами:

- Я и есть Ребёнок. Официальный сорванец до утра, нах.

Эжени поворачивается и идёт дальше.

Че бережно снимает с можжевельника нитку с фосфоресцирующим лоскутиком, и кладёт в нагрудный карман, к фотографии Мамы.

Торопливо догоняет.

Минуют древний метро-коллектор.

...

Из-за стволов показывается высоченный забор, за ним тускло-блещущая от луны крыша.

Че удивлённо останавливается:

- Роскошная казарма. Ты здесь живёшь? Ты отличница?

- Вроде. - отвечает Эжени, подходя к старой сучковатой сосне, растущей у забора. Кладёт руку на ствол и поворачивается к нему:

- Прощай, Че. Спасибо за прекрасный трип.

Молчит.

Лицо - в бархатных сумерках, на пепельной гриве - белый, выпуклый лунный свет…

Эжени повторяет:

- Прощай, Че.

Шевельнувшись:

- Знаешь, Эжени… мне... никогда не было ТАК СИЛЬНО, как с тобой. - и горячо восклицает - Во мне всё ЛЕТИТ, понимаешь? И АЖ ЗВЕНИТ ОТ ВЫСОТЫ! Давай встретимся завтра!

- Мы больше не встретимся.

Вскидывает голову:

- Почему?

- Потому что ты завтра - Взрослеешь.

Подходит к сосне и усмехается:

- А ты, типа, ещё Ребёнок, и дружить нам, типа, уже нельзя будет? Да я, Эжени, плевать хотел на все эти Взрослые понты! Я всё равно буду с тобой общаться!

- Да нет. - спокойно отвечает Эжени - Дело не в этом.

- А в чём?

Эжени молчит.

Че заглядывает Ей в глаза:

- Так В ЧЁМ??

Эжени ставит ногу на нижний сук:

- Ладно, полезла я. Пора. - и поднимается.

Че, будто в нём распрямилась пружина, длинно прыгает, хватается за сук с другой стороны, мигом подтягивается и седлает его.

- Пока не скажешь, фиг влезешь! - решительно объявляет он.

Эжени, спокойно и снизу:

- А ты упрямый мальчик. А ты в курсе, что в немалом знании - немалая печаль?

- По делу говори, если не хочешь, нах, на пеньке ночевать! - зло отвечает Че с сука.

- Хорошо. - соглашается Эжени и сходит на землю. - Я скажу. Только слезь, пожалуйста.

Че спрыгивает. И - мрачно прислоняется к сосне.

А Эжени, испытующе глядя ему в глаза, начинает:

- Высокая Детская Смертность - это основа здорового общества. В Рай Взрослеют лучшие. Остальных удаляют. И когда отобранный и допущенный - то есть ВЫЖИВШИЙ 1 из 100 - Ребёнок Взрослеет, у него чистят мозг. Всё ненужное уничтожают. Уничтожают навыки восприятия и выживания, память о друзьях Детства и память о себе самом - в Детстве. Так что не волнуйся - завтра ты меня уже не вспомнишь.

Че, ошарашенно:

- Но…

- Взамен же в мозг вшивают профессионализм, оптимизм и законопослушание. Подсаживают на разрешённые виды кайфа. Присваивают новое Имя. Монтируют неприязнь к Детям, и особенно - к Подросшим. Устанавливают защитные блоки пословиц.

- Но… ЗАЧЕМ ЭТО ВСЁ?? - потрясённо спрашивает Че.

- Чтобы отформатировать из лучшего Ребёнка совершенного Взрослого. Высокопроизводительного, улыбающегося, с гладким, а не нахмуренным лбом. Без изъянов и излишеств. Думающего лишь о работе и о проплаченных наслаждениях - с приятными коллегами и партнёрами - в общественном земном Раю.

- А как же... личное вырастание? Ну, дальше?

- Хватит с тебя. Забудь. Это удел Дегенератов.

Внезапно Че недобро прищуривается:

- Слушай, а… откуда, нах, ты всё это знаешь?

Эжени пожимает плечами:

- Я правду говорю.

Че - вдоль ствола - медленно опускается на корточки.

И - неподвижно сидит, обхватив голову руками…

...

Эжени, спокойно и сверху:

- Я же предупреждала: в немалом знании - немалая печаль. А ты не поверил.

…

Наконец, встаёт и, глядя Ей в глаза, говорит:

- Я НЕ БУДУ ВЗРОСЛЕТЬ. МЫ ЕЩЁ ВСТРЕТИМСЯ?

Эжени усмехается краешком губ:

- "Не буду Взрослеть". Решение Ребёнка. А ты не забыл, что за это предают Смерти - согласно Закону Москваполиса №239?

- Я НЕ БУДУ ВЗРОСЛЕТЬ. МЫ ЕЩЁ ВСТРЕТИМСЯ? - повторяет, будто не слыша, Че, крепко прижимая ладонь к нагрудному карману - ДА? - и, торопливо - Поверь, Эжени, для меня это очень, ОЧЕНЬ важно! А иначе я дров, нах, наломаю! Я за себя не ручаюсь! И за этот забор тоже!

Эжени опускает голову и чертит носком мокаса какой-то иероглиф на хвойном песке...

Затем поднимает на Че глаза:

- Хорошо. Мы встретимся. - и шагает к сосне.

Че сторонится:

- Завтра вечером. Здесь. В начале росы. Как станция называется, где мы сошли? Я забыл.

- "Злато-песчаная". - отвечает Эжени и быстро, как кошка, взбирается по стволу. И - ловко перемахивает стену.

Че закрывает глаза…

…

Минут пять стоит неподвижно - весь пепельный в белом, выпуклом лунном свете.

Отдалённый рокот речки по камням, близкие сверчки.

Очнувшись, проводит ладонью по лицу, поворачивается и углубляется в бархатные сумерки спящего соснового бора.

Неподалёку трескает сучок.

Выходит на опушку и сбегает косогором к cтруйно-серебрящейся ленте. На противоположном берегу, за камышами - смутная луговина, поросшая кустами, а выше, за тёмной полосой деревьев - далёкое жёлтое зарево.

Медленно идёт вдоль пузырчатой водной кромки.

Над левым плечом - сосны и полная луна.

И вдруг по глазам - СВЕТ! - в воздухе - СВИСТ! СЕТЬ! - и, накрывая, сбивает-сдёргивает наземь!

Рыча бессильном бешенстве, бьётся на мокром песке - но ни рукой, ни ногой.

Над ним дымится мошкарой застывший луч света, ослепивший его...

И приближаются зычные голоса:

- А ночка-то, Витёк! Поэзия прям!

- И не говори, Серёга! Сплошной Мандельштам!

Дружный хохот.

Кто-то тяжело подходит.

И над Че нависают два гиганта-Карателя. На груди одного (чуть пониже, похудощавее, покрасивее) светится именная бирка "Витёк", у другого (чуть повыше, помощнее, погрубоватее) - "Серёга". Из висков - антенны военного образца.

Витёк:

- О, кусался, который попался!

Серёга:

- Чего косишься, как среда на пятницу?

Че, сдержанно, снизу:

- Какие проблемы, служивые?

Витёк усмехается:

- Комендантский час, сосок! Ты почему ещё не в кроватке?

- Какой ещё "комендантский час"? - изумляется Че - Вы что, нах, с ума сошли? Кто его объявил?

Золотисто сверкнув в луче, над ним склоняется Витёк:

- Я ОБЪЯВИЛ! - и, зажав ноздрю - ФХУ!!

Резко отворачивается - и смачная сопля повисает на виске.

- А это чтоб Старшим не грубил. И матом не ругался. - распрямляется и достаёт белый платок.

Серёга, поскрипывая пластиковой портупеей и смутно белея антенной, обходит лежащего и становится в ногах:

- Да что с ним разговаривать? С лица-то он - детина, а разумом - скотина!

- Ага. По роже видно - не из простых свиней! - подхватывает Витёк, обтирая платком нос - Но ты не волнуйся, мы тебя вовремя ПРИЖМУРИМ! А то ишь, Взрослеть он не хочет! Мы же ВСЁ расслышали. - и поворачивает голову - С чего начнём, Серёга?

- Давай для начала прокатим его. С ветерком. - предлагает тот - Ему же нравятся острые ощущения. Да, сосок?

Че молчит.

Витёк, убирая платок:

- А сетку не порвём? Не вывалится?

- А мы его за ноги прицепим, и пусть рвётся на здоровье. - и окликает - Эй, ублюдок малолетний, не спи, замёрзнешь! Тебе понравится!

- Да, мальчуган, кайфанешь по полной! Гарантируем.

- Пойду, кар поближе подгоню. - и Серёга уходит во тьму.

Витёк подходит к пузырчатой кромке воды.

Мечтательно смотрит на cтруйно-серебрящуюся ленту…

Вздыхает:

- Эх, на рыбалку бы щас...

Возвращается, наклоняется:

- Я вот только одного не пойму в вас, Детях: зачем вы свой сопливый беспредел всё в Город норовите вынести? Мало вам подземелий, руин, помоек? Вам что, доставляет удовольствие портить жизнь нормальным людям, или просто нравится гадить и срать? Отвечай!

Че молчит.

Витёк, подождав, вскипает:

- Чего молчишь? Гордый, да?? Загордился, как пузырь на болоте?? Так я тебя ЛОПНУ!! - и сапожищем под-дых - ННА!!!

Че скручивает в ЖГУЧЕ-СТЫНУЩИЙ КОМ. Сухо, по-рыбьи, разевает рот, пытаясь вдохнуть.

...

- Опять молчишь?? - и по копчику - ННА!!!

Выгибает ПРОНЗИТЕЛЬНОЙ ЗВЕНЯЩЕЙ ДУГОЙ, судорожно всхлипывает, кашляет, бьётся головой, впивается в песок, скрипит им. Из глаз текут слёзы.

...

- Что, дошло, наконец, ДО ДУШИ? - раздаётся над ним - Ладно, думай пока над ответом. - и тяжело отходит.

Неподалёку раздаётся басовитый шелест, луч света плавно взмывает, бежит по траве-кустам-песчаным откосам, и - далеко проскользнув по косогору-реке-луговине - скрывается за золотистой кормой опускающегося аэрокара.

Че закрывает мокрые глаза…

Голос Серёги:

- Витёк, бери трос от лебёдки!

- Взялся. Трави помалу! - включается электропривод - О, пошёл, пошёл, пошёл, родимый!

…

- Всё, хорош! 20 метров. Цепляй его, Витёк!

Кто-то грубо приподнимает Че за ноги.

Резко сгибает и, перекатившись на спину, выстреливает вверх - и те с силой врезаются во что-то твёрдое.

- Ах, ты… ссука… - сдавленный голос Витька - чуть зубы не вышиб, ублюдок! - зло сплёвывает и, зычно - Эй, Серёга, выйди-ка, подержи его, эта сволочь брыкается! - снова достаёт платок и вытирает испачканное лицо.

Че открывает глаза, улыбается.

Хлопает дверца, тяжёлые шаги.

В поле зрения показывается Серёга.

Останавливается над Че и задумчиво чешет толстую шею:

- А может, вырубить его? Ненадолго?

- Знаю я твоё "ненадолго"! - хмуро отзывается Витёк, наклоняясь за выроненным тросом - После тебя он и Смерть-то свою не почувствует, не то что муки! Лучше садись на него и ноги ему держи.

Серёга опускается тяжёлым золотистым коленом на начинающего бешено извиваться Че:

- К-куда? С-стоять! Стоять, Зорька! - и как тисками зажимает ему ноги.

Витёк накрепко обвязывает их тросом, щёлкает карабином.

- Всё, отпускай.

Встаёт.

- Ну что, В ПУТЬ, сосок?

И, поскрипывая пластиковыми портупеями и смутно белея антеннами, гиганты-Каратели идут к аэрокару.

Че неподвижно смотрит вверх.

Мерцают, переливаются созвездья... У носа пищит комар… В изголовье шумит река... Пахнет водой... и холодными цветами...

Раздаётся басовитый шелест.

Плавный рывок - ноги приподнимаются - и их начинает увлекать неодолимая сила - всё быстрее, быстрее - ускоряющийся шорох песка и нагревающиеся плечи - быстрее, быстрее, быстрее, быстрее - начинает подбрасывать, бить, чиркать, обдавать - быстрее-быстрее-быстрее-быстрее - всё вытягивается в свистящую линию - бьёт-чиркает-обдаёт - быст-быст-быст-быст...

- Что, КАЙФЫ?? - доносится зычный голос Серёги. - А теперь - ВОДНЫЕ ПРОЦЕДУРЫ!!

Корма уходит вправо, и, ураганно ускоряя, по большой дуге выносит в сторону, безжалостно вращая и колошматя - удар-тьма-небо-земля-удар-...-ВОДА-удар!!!!! туча брызг!!! - небо-вода-небо-вода-удар!!!срывает-сеть-рюкзачок!!!бешено-рычит-переворачивается-спиной-голову-к-груди-удар!!!туча брызг!!!задавливает правое плечо - и пишет шипящую злую дугу, выбрасывая стремительный веер, окатывающий прибрежные камыши - режет мимо кормы - и хлещут по разбитому лицу струи, и хрипло смеётся - переходит на левое плечо - шипящая злая дуга - и стремительный веер окатывает береговой песок - режет обратно...

Витёк, с одетым наушником рации, оборачивается и, удивлённо:

- Ты смотри-ка, приспособился!

Серёга, пригнувшийся за рулём:

- А мы его ПО ПОРОГАМ! На нерест! - и направляет нос аэрокара в сторону клокочущего участка реки с чернеющими среди пены камнями.

Дальний свет фар выхватывает скальные выходы на берегу, спящие на склоне сосны...

... несётся навстречу литое серебрянное полотно - свист рассечённой воды, ветра - секущие брызги - белая луна - золотистая корма - трос как струна - хриплый смех - и всё ближе пена, грохот, мокрые камни - дуга - ещё дуга - меж камней! - в пенную "бочку" (руки - на затылок, локти - к груди) - ВРЕЗАЕТСЯ!!! ОГЛУШАЕТ-ОСЛЕПЛЯЕТ-ОТОПЛЯЕТ!!! БЬЁТ-МНЁТ-РВЁТ!!! РЁВ!!! АД!!! БЕШЕНО ВРАЩАЮЩИЕСЯ ВОДЯНЫЕ МОЛОТЫ!!! - вырывает уже голым и, едва не чиркнув по камню, размашисто кол-басит в тучах брызг по стоячим валам, образованным верхней - ещё более страшной - линией порогов...

... показывает корме "фак"!

Витёк, смотрящий назад, аж крякает от досады:

- Вот неубиваемый сукин сын!

- А может, ёбнуть его об скалы, и - по домам? - подаёт голос Серёга.

Оборачивается, стаскивая наушник рации:

- Не вздумай, Мандельштам хренов!! Нам только что ЗАПРЕТИЛИ! Его утром предадут! Публично! Клади назад!

Серёга крутит руль, аэрокар бросает в вираж - корма валится вправо, и, ураганно ускоряя, по большой дуге выносит в сторону, безжалостно вращая и колошматя - удар-тьма-небо-вода-удар-...-ЗЕМЛЯ-удар!!!!!

ЧЁРНЫЙ ВЗРЫВ.

...

Темнота, подержавшись, опадает...

Проступает край стола, кафельный пол, белый свет... Со стоном поворачивает разбитую голову со слипшимися от крови волосами - бетонные стены, запястье - в замке. Поворачивает в другую - бетонные стены, запястье - в замке.

В поле зрения возникает улыбающаяся рожа нагнувшегося Витька:

- Очухался, ублюдок? Понравилось кататься? Понра-авилось, вижу по глазам! Но наша развлекательная программа ещё не закончена. - и хитро прищуривается - Как насчёт ПОРКИ - за катание на скоростном транспортёре и за прочие художества? Ты замечен неоднократно, мы проверяли. Что-о, не хочешь? Не-ет, мальчуган, так не пойдёт: перед Смертью все грехи нужно ОТРАБОТАТЬ! - и, ласково - Ты не спеши на тот свет: там кабаков нет.

Че, собравшись с силами, плюёт розовым... на пол.

Витёк, проводив плевок глазами, укоризненно качает головой:

- Наряди свинью в серьги, а она всё равно в навоз лезет.

Голос Серёги:

- А он из себя смелого корчит!

- Ага. Только он забыл, что смелость без силы наводит на вилы.

- А строптивого коня построже взнуздывают. - добавляет голос Серёги.

Витёк исчезает, распрямившись.

Край стола, кафельный пол, белый свет...

- Дай-ка мне, Серёга, вон ту струну и фартучек! Спасибо. Готов? Ну что, попарим ублюдка в баньке?

Раздаётся свист, Че, вскинувшись/зажмурившись, громко кричит и... наступает ТИШИНА, а КРАСНАЯ ПЕЛЕНА под веками начинает ВЗМЫВАТЬ-ОПАДАТЬ... ВЗМЫВАТЬ-ОПАДАТЬ... ВЗМЫВАТЬ-ОПАДАТЬ...

...

ТИШИНА...

СВИСТ...

ПЕЛЕНА...

...

Всё гаснет.

...

Пол, забрызганный кровью, свесившаяся с капающего стола голова, слипшиеся волосы.

Над столом склонились в испачканных фартуках Витёк и Серёга.

По стенам, потолку гуляют фиолетовые отсветы...

Витёк, раздражённо:

- Серёга, кайф уходит!! - зло сплёвывает - И всё опять из-за этого соска! Возимся с ним, как с девочкой! И что за странный приказ: передать этого чёрта на Лобное Место ЗДОРОВЫМ и ЧИСТЫМ?

- А может, это из-за того, что публично? - предполагает Серёга.

Витёк смотрит на него в упор:

- Дегенерата вчерашнего, с замороженным кофром, помнишь?

Серёга кивает.

- Его тоже публично! А помнишь, в КАКОМ виде его Спецагенты представили?

Серёга кивает.

- То-то. А чем он хуже этого?

Серёга, прокашлявшись:

- А мне, Витёк, очень даже понравилось, как с тем Дегенератом обошлись. Та-кая КРАСОТА! Перед гладиаторскими боями - самое оно!

- Ну да, ничего так. Ты за кого болел?

- За роботов.

Подмигивает:

- А я - ЗА роботов и ЗА Наказанных!

- ТОГДА МЫ ВЫИГРАЛИ, ВИТЁК!! - вдруг зычно кричит Серёга.

- ВСУХУЮ, СЕРЁГА!! - подхватывает Витёк.

И, дружно хохоча, мощно хлопаются мокрыми ладонями.

Витёк вдруг останавливается:

- Слышь, Серёга, а транспортные гробы у нас остались?

Ухмыляется:

- На колёсах - один!

- Готовь к отправке! Скоро утро. И робу Смертника достань.

- Сейчас, кишки только доделаю. - и Серёга склоняется над столом.

По стенам, потолку гуляют фиолетовые отсветы...

Пол, забрызганный кровью, свесившаяся с капающего стола голова, слипшиеся волосы...

Темнота...

Узкие полоски света покачиваются на закрытых глазах...

Открывает их, взгляд постепенно проясняется - в узкие щели что-то мелькает, но ЧТО - не понять.

Пробует руки, ноги - зажато. Какой-то ящик.

Куда-то везут.

Нахмурив лоб, мучительно вспоминает...

...

И - ЗАКУСЫВАЕТ ГУБУ.

РАСШИРИВШИЕСЯ ЗРАЧКИ.

ХОЛОДНЫЙ ПОТ.

...

Останавливаются...

Поднимают...

Подняли...

Стоймя...

Какая-то суета...

Шум...

Голоса...

Музыка..

ХОЛОДНЫЕ РУЧЬИ НА ЛБУ.

...

И вдруг, сзади - СВЕТ!!

ВЗДРАГИВАЕТ.

ЗАМИРАЕТ.

ЖДЁТ.

ЗАТЫЛКОМ.

...

Ничего...

ПЕРЕВОДИТ ДУХ.

Похоже, сняли заднюю крышку.

Пробует повернуть голову, и... нет, что-то держит виски.

Раздаётся жужжание, и каменно напрягшихся скул-запястий-ног мягко касаются держатели.

Крепко обхватывают, защёлкивается, подтягивают вверх.

Виски отпускает.

ЖДЁТ.

ЗАТЫЛКОМ.

...

И вдруг, качнувшись, разом убираются боковые, нижняя и передняя стенка.

В ГЛАЗА - СВЕТ!!

ЗРАЧКИ - В ТОЧКУ.

Наконец, привыкают.

...

И Че широко раскрытыми глазами следит...

Как в боковые двери укатывается робот-служитель со снятой боковиной гроба.

Изумлённо - вокруг...

Просторный серебристый холл, освещенный встроенными светильниками.

Под потолком - карниз-клумба с шеренгой алых роз.

Стена напротив - закрытые бойницы.

Меж ними - алая бегущая строка: "ВЗРОСЛЕЮЩЕМУ ПОМЁТУ - СЛАВА!"; "ОТПУСКАЕМ ВАМ ВСЕ ГРЕХИ!"; "ПЕРЕСЕКАЙТЕ ПОРОГ!"; "ВАШИ РЕЙТИНГИ - ВАШИ МЕЧТЫ!"; "МЕЧТЫ СБЫВАЮТСЯ!"; "КАЙФ. ЛЮБОВЬ. ПОРЯДОК."

Слева, в углу - блок-перегородка, за которой - гомон, хлопки шампанского, возгласы, звон бокалов, тосты ("За нас!", "Мы выросли!", "И уцелели!", Ура!!").

В самом же холле сдержанно играет "Весна священная".

И одуряюще пахнут розы.

Лента же транспортёра, на которую он, Че, поднят и обездвижен, тянется поперёк холла и исчезает справа, в золотой арке, за льющей завесой из алой жидкости, похожей на кровь, которую уже бурно бороздит кто-то, зафиксированный ранее, и неистово гогочет.

У ног - трап.

У трапа - робот-распорядитель.

Который торжественно гудит:

- ВНИМАНИЕ! ИНСТРУКЦИЯ! В СВЯЩЕННОМ ПУНКТЕ ВЗРОСЛЕНИЯ ИЗДАВАТЬ ЗВУКИ - МОЖНО! ИЗДАВАТЬ СЛОВА - НЕЛЬЗЯ! ТЫ ПОНЯЛ МЕНЯ? ИЛИ УДАРИТЬ ТЕБЯ ТОКОМ?

Че, сверху, хрипло:

- Понял.

- И ДА БУДЕТ ТАК! - и, мигая сенсорами, плавно сводит конечности над "головой".

"Весна священная" - громче.

И лента, на которой стоит Че, начинает медленное движение к золотой арке, где шумит уже разгладившийся алый "водопад". Система держателей тащится вдоль длинной прорези в потолке.

И Че въезжает в шумящие струи...

Останавливается.

...

Дёрнувшись, выезжает. Сбегают ручейки.

Проезжает трёх роботов-чествователей с воздетыми конечностями, которые троекратно скандируют:

- ПРО-ЩЁН! ПРО-ЩЁН! ПРО-ЩЁН!

Останавливается.

Быстро - исподлобья - вокруг.

Белый зал.

Под зеркальным потолком - карниз-клумба, розы.

Ниже - закрытые бойницы.

Окна во всю стену, золотые рамы.

В окнах - за туманными далями - заря.

Справа - в конце транспортёрной дуги - загородив собой кого-то повизгивающего, жужжит-движется изящных очертаний прибор, похожий на автоматизированную бор-машину, с золотым корпусом, полированной сталью шурующих рабочих поверхностей, пневмотрубками, магнито-уловителями, активизаторами, утилизаторами и тянущейся из барабана обоймой со свежими свёрлами.

А между ним - Че - и этим прибором - в свисающих с потолка держателях - покачивается... мокрый БЫЧА!!

Который, закрыв глаза, пьяно горланит:

- О-ё-ёй! О-ё-ё-ё-ёй! Ха-ха-ха! О-ё-ёй! О-ё-ё-ё-ёй!

Че зовёт:

- Быча!

Ноль внимания.

- БЫЧА, НАХ!!

Открывает мутные глаза. Смотрит...

Но вот его взгляд проясняется:

- О... Че! Б-б-братишка! Т-ты - п-п-прорвался! А я... тебе очередь з-з-занял, да, д-да! Три ра-а...

Че, косясь на подкатывающих роботов-служителей, торопливо:

- Быча, слушай сюда! Быстро!

А тот радостно горланит:

- С-с-сейчас в-всё будет, Че! Я - Киберк-к-космонавт, ты - Спеца... - и затягивает - М-мечты сбываются, и не с-с-сбыва... О-ё-ёй! О-ё-ё-ё-ёй! Ла-ла-ла...

- Быча, линяем отсюда нахер!

Недоумённо:

- З-з-зачем?

- ИЗДАВАТЬВАТЬ СЛОСЛОВА - НЕЛЬЗЯЛЬЗЯ! УДАУДАРИТЬ ТЕБЯБЯ ТОТОКОМ? - гудят снизу подкатившие к каждому роботы-служители.

Быча метко плюёт на своего:

- П-п-пшёл в ЖОПУ, бол-ван! Не в-в-видишь, я с другом б-беседую?

Че, косясь на своего, торопливо:

- Быча, я передумал Взрослеть! Я не хочу ТАК УЁБИЩНО Взрослеть! И тебе не советую!

Роботы-служители телескопически удлиняют конечности, превращая их в электро-хлысты...

- П-п-почему?

Золотой прибор плавно отводит рабочие поверхности, и становится видна белокурая девушка с затуманенными глазами в облепленном по статному телу платье...

- Быча, Взрослые, нах - зомби!.. СВИСТ! (резко - вбок, подставляя ножной держатель) СНОП ИСКР!!

... из её виска звонко выщёлкивается блестящая новенькая антенна...

- В тебе сейчас сотрут, нах... всё НАСТОЯЩЕЕ, сечёшь?? И вгонят ХЕР... - СВИСТСВИСТ ТРЕСК ИСКР АА!!

... включается активизатор - и её глаза проясняются, на губах появляется безмятежная улыбка, держатели разжимаются, и в утилизатор падает мокрое от крови сверло...

- А от-ткуда ты... СВИСТ! А ТВАРЬ!!

... вставляется новое сверло...

- Ночью узнал! От одно... От одного человека! СВИСТСВИСТ ТРЕСКТРЕСК!!!

... а девушка, развернувшись, спускается по трапу...

- Че, ты б-бредишь! Т-тебя обманули! СВИСТ! АА!! Б-быть Взрослым - к-круто! С-сам же... СВИСТ! АА!! знаешь! Лично я - ХОЧУ! СВИСТ! АА!!

... и, не оглядываясь, гибко уходит сквозь золотую арку - навстречу свету и музыке, а транспортёр начинает движение...

Сзади:

- ПРО-ЩЁН! ПРО-ЩЁН! ПРО-ЩЁН!

Робот-служитель катится вровень.

Вот он, прибор...

Кричит:

- Че, не в-волнуйся! В-вспомни вчера! В-встретимся снаружи! СВИСТСВИСТ! АА ССУКА!! Т-тебя обманули! В-вот... СВИСТ! АА!!.. увидишь!

Останавливается - и прибор смыкается.

- Вот ув-вид... и... - раздаётся жужжание, длинный вздох, скрежет зубов, жужжание... тишина... далёкая музыка... шум "водопада"... жужжание...

"Бычин" робот-служитель вбирает хлысты в конечности и откатывается.

Че, закусив добела губу, смотрит...

"Его" робот-служитель - наготове.

Чуть дымится прожженная роба и изоляция держателей, в прорехах - багровеют ожоги.

Сзади - кто-то зычно храпит.

...

Золотой прибор плавно отводит рабочие поверхности, и становится виден Быча с затуманенными глазами; из виска звонко выщёлкивается блестящая новенькая антенна; включается активизатор - и глаза Бычи проясняются, на губах появляется безмятежная улыбка; держатели разжимаются, в утилизатор падает мокрое от крови сверло; вставляется новое; а Быча, развернувшись, спускается по трапу; и чётко идёт в направлении золотой арки;

а транспортёр начинает движение...

- ПРО-ЩЁН! ПРО-ЩЁН! ПРО-ЩЁН!

Че, с исказившимся лицом, надрываясь:

- БЫ-ЧА!!! - СВИСТСВИСТ! - БЫ-ЧА!!! СВИСТСВИСТ!!

Не оглядываясь, уходит - сквозь золотую арку - навстречу свету и музыке...

Блестя новенькой антенной.

И - движется лента...

К прибору.

И вдруг Че начинает безудержно РЫДАТЬ - некрасиво, взахлёб, содрогаясь всем телом: "Б... Быча, б... братишка м... мой..."

Робот-служитель катится вровень.

И - вот он, прибор...

- НЕЕТ!!!

РЫВОК, ЕЩЁ РЫВОК!!!

И, С КОРНЯМИ ВЫДИРАЯ ВОЛОСЫ, ВЫДИРАЕТ ИЗ ДЕРЖАТЕЛЯ ГОЛОВУ...

Включаются сирены.

Свист электрохлыстов - вбок-вбок - треск коротких замыканий - и ручные держатели раскрываются.

Стремительно наклоняется и перехватывает электрохлысты робота.

Одна за одной открываются бойницы.

Раскатистый мужской голос:

- МАЛЬЧИК, ПРЕКРАТИ! ТЫ РИСКУЕШЬ ЖИЗНЬЮ!

Хрипя от натуги, загибает электрохлысты к ногам - треск коротких замыканий - и ножные держатели раскрываются.

Спрыгивает на металлическую "грудь".

А из бойницы: ГРОХОТ!!! - змеино хлещет разряд - по "спине" робота.

Спрыгивает с пылающего остова и, увернувшись от второго робота - головой в окно!!

ГРОХОТ!!! ГРОХОТ!!!

Вой сирены.

Вылетает со звоном, осколками...

От речки к карам бегут Каратели.

Запрыгивает в кар. Врубает зажигание.

- Всё, хана вам, суки!! ХА-ААНА!!!

Басовитый шелест, скрежет - и, обдирая золотистое брюхо, кар ползёт назад.

Целится с золотистого колена.

Оглядывается, и - пластом!

ГРОХОТ!! - змеино - НАД!! - хлещет разряд.

- Ах ты, тварь! Cейчас ты у меня попляшь!

Дёргает регулятор - корму закидывает влево - удар!! - сдвигает соседний кар, зажимает золотистую ногу.

Роняет ствол, орёт, вырывается.

Всаживает регулятор - басовитый шелест растёт - кар приподнимается...

Недобро - вполоборота - усмехается:

- Попался, который кусался? А это тебе - за Бычу!!

Педаль! - кар бросает назад - и сносит орущую голову!

По тормозам!!

Сигает из зависшего кара, подхватывает выроненный ствол и ловко, как кошка, впрыгивает обратно.

Внизу - толчками бьющий фонтан, корчи...

Кидает на сидение:

- С трофеем, Че! Спасибо, нах.

Руки - на руль.

- Продолжаем нашу Смерто-терапию! За братьев!!

Гашетки бортовых, кар ведёт носом - ГРОХОХОХОХОХОХОТ!!! - и пылающая очередь хлещет по припаркованным карам с запрыгнувшими Карателями, а остальные - кто куда, кувырком и кубарем.

Крики, вопли, взрывы, мат...

Хрипло смеётся.

- Что, нах, НЕ НРАВИТСЯ, СУКИ ВЗРОСЛЫЕ???

Педаль газа!! - басовитый шелест нарастает, нарастает, нарастает...

- ХОДУ!!! - и срывается с места - руль на себя - и в опасном вираже - меж деревьев...

И вжимает в сидение, свистит в ушах, выдувает из глаз слёзы, раздувает улыбку...

А вдогонку - ГРОХОТ!!! ГРОХОТ!!! ГРОХОТ!!! - хлещут разряды - вспыхивают кроны, с криком летят горящие птицы.

Золотистый кар уходит в розовеющую вышину.

И оттуда - НА ВЕСЬ МИР:

- Я - СВОБООООДЕЕЕН!!!!!

Переводит кар в горизонтальный полёт.

Озирается - небо чисто.

Хрипло:

- Неужто, нах, оторвался? Не верю. - и ухмыляется, потирая кровящий рассаженный подбородок - Ну и ДАЛ же я ДРОЗДА, аж самому страшно! Высший, нах, пилотаж! - и, через плечо - Надолго меня запомните, твари отцифрованные! - мрачнеет - Только вот братика жалко...

Вздыхает.

Молчит...

Оглядывается.

- Ой, блииин... Вот дерьмо! ОТКУДА они взялись?

Нагоняют-окружают бесчисленные золотистые точки...

- Ну что ж...

Кладёт руку на грудь:

- Прости и сохрани меня, Мама.

И - МЕНЯЕТСЯ В ЛИЦЕ.

Смотрит вниз.

На робе Смертника - нет карманов.

- А где... Где моя Мама? Я же помню, что кла... Это не моя роба! А где моя? Переодели?? Кто? Когда? - нахмурив лоб, вспоминает - А... Витёк, Серёга... Точно! Они!! - и яростно кричит - КОЗЛЫ!! СУЧИЕ КОЗЛЫ!! - и бьёт-бьёт-бьёт кулаком по приборной доске, круша цифровые табло...

...

Шумно дыша, кусает окровавленный кулак.

Смотрит перед собой...

Выдыхает.

Ещё раз оглядывается.

Со всех сторон тянутся пылающие очереди.

Хрипло:

- Херня, Эжени, прорвёмся.

Перегнувшись, ищет туманное русло реки, ведёт глазами - вон пороги, холм.

Засекает направление.

- Ну что, нах, В АТАКУ!!

Руль от себя - и валится вниз меж под - со свистом проносится под скоростной линией - на себя и влево - и оглушительно шелестит вдоль пассажирской линией над запрокинутыми головами, над встающим из-за далёкого горизонта солнцем...

... У пузырчатой кромки воды полыхает перевёрнутый золотистый аэрокар. Другой, окутанный облаком вскипающего пара, полыхает на отмели - и оттуда страшно кричат.

Пять, десять, пятнадцать других с оглушительным шелестом заходят на посадку - снижаются, снижаются, разглаживая под собой воду - в тучах брызг садятся, выезжают на песок.

Из-за бортов выскакивают в полном вооружении.

И, растягиваясь в цепь, бегут наверх.

Рявкают команды, тяжёлый топот, сопение.

Блещут антенны.

Навстречу: сосна-сосна-можжевельник-сосна - ТРОПИНКА!! - задыхаясь, бежит по ней, бежит, прихрамывая, мимо древнего метро-коллектора.

Сосны расступаются и показывается высоченный забор и нестерпимо блещущая золотая крыша.

Пригнувшись, пересекает поляну - из-за старой сучковатой сосны выставляет ствол и... ГРОХОХОХОХОХОХОТ!!!

Закинув на спину, карабкается наверх.

Ответный ГРОХОХОХОХОХОХОТ!!! - хлещут очереди - и сосна вспыхивает - переваливается через пламя, забор - падает на подстриженную траву, стонет, зло матерится, дымится - поднимается обожжённый, страшный - сдёргивает ствол - и, умеряя дыхание, бежит-ковыляет вглубь, настороженно оглядываясь...

Вокруг - никого.

Ухоженный сад, цветы, цветы, цветы, цветы.

Никого.

Дом: стекло, дерево, ажурный пенобетон.

Из-за угла - золотистые - ГРОХОХОХОХОХОХОТ!!! - на углу - пламя, крики, мат.

Толкает прозрачную дверь - пустой холл, лестница, второй этаж - ...

Держа входную на прицеле, прерывисто:

- ЭЖЕНИ! ЭЖЕНИ!

Из комнаты:

- Кто это?

Прыжком - к двери, толкает - сдвигается.

Пустая белая комната.

У огромного светоносного окна - вполоборота - обнажённая Эжени: рыжая, невысокая, ладная, огнеглазая.

Заскакивает-задвигает, ствол - в щель, припадает к прицелу и, через плечо:

- Эжени, привет! Очень-рад-тебя-видеть-всю-ночь-мечтал, СОБИРАЙСЯ, МИГОМ!! Бежим, нах, из этой Болвании, пока они до нас не добрались! - жмёт курок - ГРОХОХОХОХОХОХОТ!!! ХРЕН ВАМ НА РЫЛО, ТВАРИ ОТЦИФРОВАННЫЕ!! В лесу коллектор, уйдём, нах, низами! - ГРОХОХОХОХОХОХОТ!!! НАС НЕ ОБОЛВАНИТЕ!! - И заживём на воле! Круто, вместе, неприкаянно, как боги!

Сзади, спокойно:

- Собаке с волком не ужиться.

Изумлённо оборачивается.

И вдруг видит:

из-под острой левой груди в стенной разъём тянется ШИНА...

Ствол опускается:

- Как...

Усмехается краешком губ:

- Да, Че. Я - Взрослая.

- А почему ты... - с трудом сглатывает - БЕЗ антенны?

- Я - УСОВЕРШЕНСТВОВАННАЯ МОДЕЛЬ. КЛАССА "А".

И тут: ГРОХОТ!! - и струя горящей плазмы хлещет Че в грудь, превращая в живой факел.

Темнота...

Голос Эжени:

- Он умер.

Раскатистый мужской голос:

- Я ВОССТАНОВЛЮ ЕГО.

- Я протестую.

- ПРОТЕСТ ОТКЛОНЁН.

- Но он заслужил эту Смерть! Он не прошёл Высшее Испытание Знанием и нарушил Закон! Почему ТЫ спасаешь его?

- ЛЮБОЙ ДОПУЩЕННЫЙ В СВЯЩЕННЫЙ ПУНКТ ВЗРОСЛЕНИЯ УЖЕ НЕ СЧИТАЕТСЯ РЕБЁНКОМ И ТЕРЯЕТ ПРАВО НА ПРЕЖДЕВРЕМЕННУЮ ПРОИЗВОЛЬНУЮ СМЕРТЬ.

- Тогда ответь мне: ПОЧЕМУ Нарушитель, которого я передала Карателям, и который ещё ночью должен был умереть, попал в Священный Пункт Взросления?

- ПО МОЕМУ ПРИКАЗУ.

- Причина?

- ВЫСОЧАЙШИЙ РЕЙТИНГ. Я ПЛАНИРУЮ СДЕЛАТЬ ИЗ НЕГО СПЕЦАГЕНТА КЛАССА "А". РЕШЕНИЕ В СИЛЕ. ЕМУ ПРОЩЕНО ВСЁ: И НЕЖЕЛАНИЕ ВЗРОСЛЕТЬ, И АФЁРА С ВОЛЧЬИМИ ОРГАНАМИ, И ПРОНИКНОВЕНИЕ В ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ХРАМ ЛЮБВИ, И СОПРОТИВЛЕНИЕ, И ПОБЕГ, И МНОГОЕ ДРУГОЕ. ЕГО ЖЕ БРАТ БЫЧА НАКАЗАН И ПЕРЕФОРМАТИРОВАН В ГЛАДИАТОРЫ.

- Хорошо. Поступай, как знаешь. Но я хочу, чтобы его мозг вычистили. Я хочу, чтобы он меня забыл.

- ЭТО НЕВОЗМОЖНО. ПЕРЕФОРМАТИРОВАНИЕ СПЕЦАГЕНТОВ МИНИМАЛЬНО. НО ТВОЁ ЖЕЛАНИЕ ЗАКОННО. ОН О ТЕБЕ НЕ ВСПОМНИТ.

- В силу чего?

- В НЕГО БУДЕТ ВНЕДРЁН ЧИП, КОТОРЫЙ БУДЕТ ГЕНЕРИРОВАТЬ БОЛЬ. БОЛЬ БУДЕТ УСИЛИВАТЬСЯ ПО ЭКСПОНЕНЦИАЛЬНОМУ ЗАКОНУ. ТО ЕСТЬ: ЧЕМ БОЛЬШЕ ОН ДУМАЕТ О ТЕБЕ - ТЕМ ЕМУ БОЛЬНЕЕ, ЧЕМ БЛИЖЕ ОН К ТЕБЕ - ТЕМ ГОРАЗДО БОЛЬНЕЕ. Я УВЕРЕН: ЭТО БЫСТРО ЕГО ОТУЧИТ.

- Хорошо. Я согласна.

- МОЖЕШЬ ВЫБРАТЬ ВИД БОЛИ.

- Острая. Зубная. Сверлом - в нерв.

- ХОРОШО. И ДА БУДЕТ ТАК.

Темнота...

Возникает "окошко":

"Восстановить файл ЧЕ.hum?"

Раскатистый мужской голос:

- ДА.

"Сохранить изменения в файле ЧЕ.hum?"

- ДА.

Пропадает.

Темнота...

Золотой прибор плавно отводит рабочие поверхности, и становится виден Че с затуманенными глазами; из виска звонко выщёлкивается блестящая новенькая антенна; включается активизатор - и глаза Че проясняются; держатели разжимаются, в утилизатор падает мокрое от крови сверло; вставляется новое; а Че, развернувшись, спускается по трапу; и чётко идёт в направлении золотой арки - навстречу свету и музыке...

Блестя новенькой антенной.

Выходит из здания.

И, СТИСНУВ ЗУБЫ, ВЫЛАМЫВАЕТ АНТЕННУ - ИЗ ПРАВОГО ВИСКА.

И - ИДЁТ...

НАРАСТАЕТ ЗВУК БОР-МАШИНЫ

СКРЕЖЕЩЕТ ЗУБАМИ А ВСТРЕЧНЫЕ КОНТУРЫ НАЧИНАЮТ НАЛИВАТЬСЯ КРАСНЫМ ДОРОЖКА КУСТЫ ВОДОМЁТЫ ТРАВА СТУПНИ СТУПЕНЬКИ ТУРНИКЕТЫ СТАНЦИЯ СЕКЦИЯ СИДЕНИЕ ЛЮДИ РЕЖУЩИМ КРАСНЫМ ИХ КОНТУРЫ НАЛИВАЮТСЯ ПУЛЬСИРУЮТ

ЗВУК НАРАСТАЕТ

КРОНЫ ДЕРЕВЬЕВ ТЕРРАСЫ НЕБОСКРЁБОВ РЕЖУЩИМ КРАСНЫМ ЯРУСА ПЕРЕХОДОВ СТАНЦИИ НАЛИВАЮТСЯ КРАСНЫМ ЛЮДИ ЛЮДИ

НАЛИВАЮТСЯ КАК

НАРАСТАЕТ ЗВУК ВОЙ ВИЗГ СВЕРЛА

РЕЖУЩИЕ КОНТУРЫ

КРАСНЫЙ ЗВУК РУК ДРОЖЬ

ВСТАЁТ ВЫХОДИТ ИДЁТ КАЧАЯСЬ ЗВУК НАРАСТАЕТ СТАНЦИЯ ТУРНИКЕТЫ КОНТУРЫ ОКРУЖАЕТ ПЕРЕХОДЫ ЛЮДИ ЛЮДИ ЛЮДИ ВИЗГ СВЕРЛА ЛЮДИ КРАСНОЕ ВСЁ КРАСНОЕ ВПРАВО ВЛЕВО КРАСНОЕ ВВЕРХ ЗВУК СПОТЫКАЯСЬ ВНИЗ КРАСНОЕ ЭКСКАЛАТОРЫ МЕДЛЕННО КРАСНЫЙ НАРАСТАЕТ ИДЁТ КОНТУРЫ РЕЖУЩИЙ ВИЗГ КАК ЛАВИНА НАРАСТАЕТ КРАСНОЕ ПРОНЗАЕТ НАРАСТАЕТ СЛИВАЕТСЯ В ОДНО

В ОДНО В ОДНО В ОДНО В ОДНО

НАРАСТАЕТ НАРАСТАЕТ НАРАСТАЕТ ПРОНЗАЕТ СПЛОШНОЕ КРАСНОЕ ВОЮЩЕЕ РЕВУЩЕЕ СВЕРЛЯЩЕЕ ПРОНЗАЕТ НАРАСТАЕТ ПЫЛАЕТ ПЫЛАЕТ

И ВДРУГ:

Пустая белая комната.

У огромного светоносного окна - вполоборота - обнажённая Эжени: рыжая, невысокая, ладная, огнеглазая.

ОГРОМНАЯ БЕЛАЯ ВСПЫШКА!!!!!!!!

И - темнота...

Голос Эжени (ехидно):

- Его снова нужно восстанавливать.

Раскатистый мужской голос (спокойно):

- ДА.

- Восстанавливай, но учти: я не хочу ЕЩЁ одного визита, всё, хватит! Это выбивает меня из колеи. ТЫ ЭТО понимаешь?

- ТВОЁ ЖЕЛАНИЕ ЗАКОННО. ПРИДЁТСЯ ЕГО ПОЛНОСТЬЮ СТЕРЕТЬ. А ЖАЛЬ. ТАКОЙ РЕСУРС ВОСПИТАН. ТАКОГО НЕ БЫЛО СО ВРЕМЁН МОЕГО ПОМЁТА. ТОЛЬКО В КИБЕР-СПАРТАНСКИХ УСЛОВИЯХ НАШЕГО ОБЩЕСТВА ВОЗМОЖНО ВОСПИТАНИЕ ТАКОЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ СИЛЫ И КРАСОТЫ.

Возникает "окошко":

"Восстановить файл ЧЕ.hum?"

- ДА.

"Сохранить изменения в файле ЧЕ.hum?"

- ДА.

"Файл ЧЕ.hum восстановлению не подлежит.

Закрыть программу?"

- КАК "НЕ ПОДЛЕЖИТ"? НЕ ПОНЯЛ.

- Что-то случилось?

(стук клавиатуры)

"Файл ЧЕ.hum восстановлению не подлежит.

Закрыть программу?"

(стук клавиатуры)

"Файл ЧЕ.hum восстановлению не подлежит.

Закрыть программу?"

- ДА... ЗАКРЫТЬ. СЛУЧИЛОСЬ ТО, ЧТО ВОССТАНОВИТЬ ЕГО НЕ УДАСТЬСЯ. ОН УМЕР ОКОНЧАТЕЛЬНО... ОСВОБОДИЛСЯ, БОГ БЫ ЕГО ПОБРАЛ! НАВСЕГДА И ОТСЮДА. ДАЖЕ МНЕ ЗАВИДНО... А ВПРОЧЕМ, ТУДА ДУРАКУ И ДОРОГА! МОГ БЫ ДОЛГО И БЕЗЗАБОТНО ЖИТЬ, ЗАНИМАТЬСЯ СВОИМ ДЕЛОМ И КАЙФОВАТЬ ПО ПОЛНОЙ. В МОЁМ ЗЕМНОМ РАЮ. А ТАК - СДОХ, КАК СОБАКА. ПОСЛЕДНЯЯ.

- Но максимальный эффект, который предусматривал чип - это потеря сознания! Отчего он ТАК умер?

- ОН УМЕР ОТ СЧАСТЬЯ. КОГДА ОН УВИДЕЛ ТЕБЯ, В НЁМ ВЗМЫЛА РАДОСТЬ ТАКОЙ ВЕЛИЧИНЫ, ЧТО, СОЧЕТАЯСЬ С БОЛЬЮ, ОНА ПОЛНОСТЬЮ РАЗРУШИЛА ЕГО НЕРВНУЮ СИСТЕМУ.

- Но... ЗАЧЕМ ему нужно было видеть меня во второй раз? Он что - совсем больной? Ведь это же БОЛЬНО!

- НЕ ПОНИМАЕШЬ?

- Нет.

- ТАКОГО РОДА ГЕРОИЧЕСКИЕ ПАТОЛОГИИ В ПОВЕДЕНИИ ЧЕ-ЛОВЕКА ВЫЗЫВАЮТСЯ Т.Н. "НАСТОЯЩЕЙ, ИЛИ АБСОЛЮТНОЙ ЛЮБОВЬЮ". СРЕДИ ЛЮДСКИХ ОСОБЕЙ ОНА ВСТРЕЧАЕТСЯ, НО КРАЙНЕ РЕДКО. И ВОТ К ЧЕМУ ПРИВОДИТ, ПОЛЮБУЙСЯ.

- Я не понимаю такую любовь. Это какой-то психоз.

- ТОГДА ИДИ В СПАЛЬНЮ, БЫСТРО! Я ПОКАЖУ ТЕБЕ ТУ ЛЮБОВЬ, КОТОРУЮ ТЫ ПОНИМАЕШЬ! КАК ТАМ ЭТОТ ДУРАЧОК СКАЗАЛ? - ЛЮБОВЬ КАК КОЖЗАМЕНИТЕЛЬ.

- Иду. С удовольствием. (кокетливо) И какой кожзаменитель ТЫ предпочтёшь сегодня?

- РАЗНЫЙ. НО - КЛАССА "А".

Темнота...